Александра Турлякова - Мирон сын Мирона

* * * * *

Он и правда изменился с того дня, как вернулся. Аэлла следила за ним со стороны и не могла понять, что могло случиться с ним, что повлияло на него, ведь он ничего ей не рассказывал. Замкнулся, стал ещё более молчаливым, часто думал о чём-то. Сначала Аэлла думала, это из-за войны, ведь предстояла война с Мирополем, с его Родиной, с отцом, с королём. Но Идвар занимался приготовлениями к ней, как к любой другой, обычной, как он готовился к войне гражданской. Это было что-то другое, что-то серьёзнее. Но на все вопросы жены Идвар отмалчивался, говорил что-то бессвязное, и это ещё больше доказывало, что что-то случилось. И, когда она поняла это, ещё больше захотела знать, чтобы помочь ему, понять и успокоить. Но не могла.

Через несколько дней вернулся Айрил. Доложил военному совету, что было сделано за это время, сколько заложено крепостей, сколько собрано войск. Строительство шло в спешном порядке, собирались добровольцы для защиты укреплений. Земли Райрона будут защищаться каждым замком, каждым городом, каждой крепостью.

Представители совета признали работу князя удовлетворительной, разошлись. В зале остались только Айрил и Идвар. Идвар всё это время молчал, только дважды задал уточняющие вопросы, не сводя внимательного взгляда с карты. Да, на этот раз всё значительно серьёзнее, если удастся построить всё, что задумали, то, может быть, получится измотать армию Мирополя до подхода к Райрону, а потом придётся уходить на восток. Райрон, конечно, какое-то время продержится, это большой и сильный город, но оставаться здесь будет опасно. За эти дни Идвар проверил систему подземных ходов, выходящих к берегу реки, подальше от крепостных стен. Бежать на восток, в приграничные земли, там дальше Солк, даст ли он убежище врагам Мирополя? В свете последних событий король Солка, может быть, и пойдёт на это, в обиде за дочь, которую ему вернули, как несостоявшуюся жену наследника.

Надо будет написать королю Солка и попросить убежища на случай длительной войны. А что будет с Райроном, с теми людьми, кто живёт здесь, кто выступит против короля? Почти все аристократы — мелкие и крупные — поддерживают эту войну, а, значит, рискуют всем. Но, если у них ещё есть шанс даже после войны добиться прощения короля, пусть не им, так их детям, то у Идвара этого шанса нет. Король убьёт и его самого, и Аэллу, и их сына… Поэтому он и поддерживает эту войну, каким бы удивительным для всех окружающих это ни казалось. Война отца с сыном…

Мысли его прервал Айрил, он наливал себе в кубок разбавленного водой вина и спросил вдруг:

— Я не ожидал увидеть вас здесь, когда вернусь в Райрон, почему вы не уехали?

Идвар перевёл на него глаза, оторвавшись от карты.

— Почему я должен был вдруг уехать и куда?

— Ну как, — Айрил пожал плечами, будто говорил известную истину, а его не понимали, — в Мирополь…

— Зачем? — Идвар нахмурился.

— К отцу, на Родину, вы что, собираетесь воевать со своим отцом? Не смешите меня, Бога ради… Я знаю, бывают войны, когда воюют дяди с племянниками, когда воюют братья и кузены, когда они не могут поделить миром власть или земли, но, чтобы воевали сыновья и отцы?.. О таком я не слышал. Бывает, конечно, когда сыновья устраивают заговоры, ведут закулисную игру, но, чтобы открытая война? — он замолчал и отпил несколько глотков, не сводя глаз с Идвара.

— Вам этого не понять… — небрежно отмахнулся Идвар в ответ, но небрежность эта получилась неискренней: он и сам об этом много думал, конечно же, его не поймут. Отцы с сыновьями воюют нечасто.

Айрил ничего не говорил, молча пил вино и смотрел напрямик, будто ждал продолжения. Он изменился, внешне приобрёл вид, достойный князя, его сейчас на "ты" называть было грех. Да и внутренне изменился, стал взрослее, сдержаннее, не было той знакомой пылкости и горячности. Год назад он был в тени отца, теперь решения приходилось принимать самому, вот и нет этого раздражения, что было раньше. Сейчас ему требовалась холодная расчётливая голова, без этого он бы войну с Крейном не выиграл.

— У каждой войны есть причины и предлоги, — начал Идвар первым, — вот вы год назад затеяли войну с королём по какой причине?

Айрил подумал какое-то время, потом ответил:

— Мы отдаём Мирополю слишком много хлеба, король задавил нас налогами, нам выгоднее было бы продавать его в Солк, а они продавали бы его по морю. Это причина войны. Но отец ваш нас не отпустит, слишком много дешёвого хлеба требует Мирополь… Мы его даём…

Идвар молчал, он догадывался и сам об этих причинах, это не секрет, но сам ничего не говорил в ответ, и Айрил спросил его:

— А почему вы воюете со своим отцом, не интересы же Райрона вас волнуют, в самом деле?

Идвар молчал, не зная, как ответить ему, наконец, разомкнул пересохшие губы:

— Я воюю за тех, кого люблю…

— Хм… — усмехнулся Айрил. — Вы могли бы и договориться с родным отцом, он бы вас понял, ни один отец не желает зла своим детям.

— Вы не знаете моего отца.

— Или вы не умеете договариваться, вы же — Мирон, вы привыкли все споры решать войной, зачем нужны переговоры, когда можно взяться за меч?

Идвар стиснул зубы, прищуривая глаза. Что он вообще может знать об этом? Кто он такой?

— Что-то вы не договорились с родным дядей…

— Я продолжал вашу политику, вы с ним договариваться не собирались.

— А я думал, вы защищали своих родных и себя.

Айрил опять усмехнулся и добавил:

— Не мог же я в ваше отсутствие разбазаривать ваши земли…

— А я не могу разбазаривать вашу жизнь, — При этих словах князь вопросительно приподнял брови, не понимая о чём речь, и Идвар пояснил:- Король потребовал от меня, чтобы я казнил вас, этого же он потребовал и от Аэллы. И она, и я отказались. Разве вы не знаете об этом?

Глаза Айрила смотрели неподвижно, он сомкнул распахнувшиеся от удивления губы и, отвернувшись, поставил на стол кубок с недопитым вином. Наверное, для него это стало новостью, но Идвар думал, что он знал об этом, что Аэлла говорила ему о требовании короля. Выходит, нет? Князь ушёл, не попрощавшись, и Идвар проводил его глазами. Выходит, нет…

* * * * *

К вечеру уже к нему влетела взволнованная Аэлла, сразу же буквально набросилась с порога:

— Идвар, Господи, зачем ты сказал ему об этом? Я же не хотела говорить ему, зачем ты сказал?.. О, Боже…

— И что? — Идвар чуть нахмурился, следя глазами за лицом жены.

— Он уже приказал заложить коня, собрался ехать…

— Куда? — перебил негромко.

— В Мирополь, к королю!

— Зачем? Он, что, не понимает, что его там казнят?

Аэлла с обессиленно усталым видом, чуть не плача, опустилась на скамью.