Кристина Камаева - Последняя принцесса Нуменора

— Ничего, я доберусь до тебя, стерва, — пообещал он на прощание, — все вы найдете смерть в этих горах! — и исчез, растворившись в темноте.

— Принцесса, зачем вы так?! — опешил Шумми, по-своему истолковавший все увиденное. Он решил, что Мириэль разделалась с Дебори из-за давней личной неприязни.

— Может быть, он вывел бы нас к остальным. Хотя, не думаю. Живому Дебори я не доверяла, а мертвому и подавно. Он попал в какую-то ловушку, а теперь хочет, чтобы и мы все сгинули.

— Так он мертв?! — вскрикнула Лавашка. — Ходячий мертвец с кровавыми глазами? Да я же сейчас умру от страха! Гиблое, гиблое это место! Вы представляете, если все они начнут оживать и окружать нас. О, ужас! Он сказал, что голоден!

— Лавашка, успокойся, не надо паники, — умолял Шумми, хотя ему тоже было страшно. Это был первый в его жизни призрак, но ведь все когда-то случается в первый раз.

— Нам надо идти, — Мириэль призвала их быть мужественными. — Там ваши друзья, возможно, им требуется помощь. — Все двинулись вперед, не останавливаться же на полпути.

Мириэль ощутила вдруг прикосновение невероятной и страшной тайны, которую горы Эред Фалас хранили тысячи лет, и поняла, что именно ей суждено прикоснуться к сокровенному. Тогда ноги сами стали выбирать дорогу, а хоббитам оставалось только поспешить за ней.

В извечной Вселенной, где царствует хаос, где обитают свободные духи стихий, творческой мысли и разрушения, могучий дух Илуватара создал наш мир, благословенный остров посреди хаоса. Ему помогали младшие духи, демиурги, или Валары. Черный мастер, учитель Саурона, Мелкор, был некогда одним из Валаров и участвовал в создании мира. Но гордыня и властолюбие сожгли его душу и очернили сердце. Мелкор, он же Моргот, стал вредить замыслу Творца и привнес непоправимый разлад в молодой Мир. Ему помогали духи, выбравшие служение злу. Началось долгое противоборство между Валарами и Морготом. В битве между могучим Тулкасом, сильнейшим среди демиургов, и демоном Тьмы Моргот был низвергнут и, казалось, окончательно уничтожен. Но в тайных подземельях обители зла остались книги Черного властелина, книги, наделенные разрушительной энергией и демонической силой. Магические заклинания, содержащиеся в них, способны причинять зло и призывать духов разрушения и даже дух самого Моргота, выброшенный гневом Илуватара за пределы мира, мятущийся беспокойно по Вселенной, пропитанный жаждой мести. Чтобы материализоваться на земле и действовать в нашем мире, духу, помимо заклинания, нужно тело — тело живого человека, сделавшего добровольный выбор дать пристанище чужому духу. Тело, покинутое бессмертной душой, уже не может послужить для демонов и духов.

Книги Моргота хранили в своих глубинах горы Эред Фалас. Долгое время никто не приближался к ним, и зло сгущалось, маялось, не находя себе выхода. Оно сразу уничтожило Дебори, настолько изголодалось по живому. Книги дождались своего часа, и где-то за кромкой нашего мира воинственные духи слетались на их зов, предчувствуя, предвкушая, ликуя, толпясь и лютуя. Наш мир защищен усилиями Илуватара и Валаров, но близко был человек, способный подыскать ключ к заветной двери и впустить их всех. Этим человеком была принцесса, разбуженные магические силы которой, в сочетании с гордыней и самомнением, делали ее прекрасным орудием для исполнения воли Моргота.

— Встань… проснись… встань… — сквозь тяжелый сон различал Буги тревожный голос. Ему снилось, что он находится в пещере, как, впрочем, оно и было на самом деле, стены ее как будто сходятся, потолок опускается все ниже и ниже, а воздух становится невыносимо спертым. Буги думал о том, что надо встать и уползти отсюда, но не мог пошевелиться. Он проснулся и с ужасом убедился, что сон оказался явью. Хоббит с трудом приподнял голову, сердце заколотилось в бешеном ритме, уши заложило. В пещере было темно, факелы не горели, но он почему-то прекрасно различал все содержимое сокровищницы, гораздо отчетливее, чем когда они только пришли сюда. Были видны даже чеканные рисунки на валявшихся повсюду монетах, резьба и письмена на сундуках, эмблемы на щитах. Пещера сужалась медленно и неотвратимо. Она уменьшилась раз в пять по сравнению с той, в которой они уснули накануне. У Буги затряслись поджилки. Луч светильника прежде не достигал до сводов пещеры, а теперь до потолка оставалось всего-то три роста таких, как он невысокликов! Буги ничего не знал о зыбучих песках, зато о сжимающихся пещерах он теперь имел представление.

— Выходи, ты здесь умрешь, — снова услышал он потусторонний голос. Взглянув туда, откуда он звучал, Буги обмер: на краю сундука сидел Дебори, с всклоченной бородой, в темном плаще, которого у него раньше не было. Глаза его светились, как два красных уголька.

— Куда идти? — хрипло, с большим трудом выговорил Буги.

— Следуй за всеми, — был ответ.

Тут только Буги заметил, что его попутчики проснулись и двигались из пещеры в направлении хода, у которого сидел на сундуке красноглазый гном. Все шли молча и неуклюже, тяжело переступая ногами, словно пораженные той же головной болью, что и сам Буги. Но не было времени рассуждать, воздух в пещере кончался, и нужно было скорее искать выход. Буги поторопился вперед, но тут, впопыхах, он наступил на что-то очень острое и взвыл от дикой боли, казалось, сквозь раненую пятку осколок вонзился ему прямо в мозг, все вокруг погрузилось в кромешную тьму. Он подумал, что лишился зрения и, упав, продолжал вопить: «Моя нога! Моя нога! Подождите! Кто-нибудь заберите меня отсюда, я ничего не вижу!»

Его крики разнеслись по пещере. Буги вдруг обнаружил, что дышать стало легче, а эхо гуляет вокруг такое, что пещера должна быть просто огромной.

— Мер-рзкий хоббит, — услышал он шипение и увидел два красных уголька, вперившихся в него, совсем рядом. Но Буги был не из робких, он попытался отпихнуть руками нападавшего, как он думал, Дебори, но руки прошли сквозь него.

— Призрак! — заорал Буги и тут же подумал, что, может быть, он все-таки не проснулся.

Дебори почти удалось привести в исполнение задуманное? — затащить весь отряд к жаждущим смерти книгам. Это они приказали ему. Но весь план сорвался из-за ссадины самого дурацкого хоббита на свете. Некоторые гномы уже зажгли факелы и с удивлением рассматривали пещеру.

— Смотри-ка! Ничего не изменилось! — изумленно сообщали они друг другу. Оказалось, что всем приснился один и тот же сон.

— Помогите! Помогите! — тоненький голос заставил всех обернуться.

— Это Лавашка! Моя дочь! — обрадовался Лори. — Где ты?

Тим заметил маленькую фигурку, простиравшую руки к гномам. Она исчезала в злополучном проходе.