Попала!. Дилогия (СИ) - Чернованова Валерия Михайловна

– Объясни!

– Нам следует уходить, – снова подала голос Мильдгита.

А накаи, отступая, сказала:

– О Спящем, король. Захочешь узнать больше, приходи. Но только один. В следующий раз, если попробуешь сунуться в наши земли с оружием, мы тебя уничтожим!

Накаи ушли за завесу, забрав с собой убитых и раненых. Очень скоро в лес, обагрившийся кровью воинов и крылатых, вернулась тишина. Странная, непривычная, оглушающая. Редфрит никак не мог поверить в реальность случившегося. Он жив, и с ним та, что может подарить ему сына. Всего каких‑то несколько минут назад он прощался с этим миром, а теперь вдруг все прекратилось. Так внезапно, словно эта битва была лишь плодом его воображения.

Если бы не кровь и тела солдат, которые в Хельвиву так и не вернутся, он бы в это почти поверил.

Некоторое время ушло на то, чтобы оказать помощь раненым, проститься с погибшими и соорудить носилки для королевы. На тракте их дожидался экипаж, который должны были прислать из Йенских конюшен. Отправляясь к завесе, Редфрит боялся, что карета так и не пригодится, но нет, он все‑таки вернул свою королеву.

Но не ту, другую Даниэлу.

Поморщившись от все того же неприятного ощущения, словно заноза… тысячи заноз застряли в сердце, Галеано велел себе больше не думать об иномирянке.

– Что за Спящий? О ком она говорила? Почему я должен спрашивать у тебя, Мильдгита?

Забравшись в седло, ведьма закусила губу, а потом, пожав плечами, неуверенно проговорила:

– Накаи мне польстила. Видимо, была уверена, что я что‑то знаю. Спящий… Когда вернемся в Хельвиву, я начну собирать информацию.

– Что с моей женой? – Редфрит бросил взгляд на Даниэлу, которую уже успели уложить на носилки.

Пора было уходить.

– И на этот вопрос я не могу вот так сразу ответить, мой король. В Хельвиве я займусь ее величеством. И поиском ответов, – заверила его чародейка и дернула лошадь за повод.

К счастью, экипаж оказался на месте, иначе бы пришлось тащить Фантальм на носилках до ближайшего поселения. Конечно, можно было бы попросту перекинуть ее через седло, и Редфрит так бы и сделал, чтобы не терять время. Но Даниэла была королевой, а королев не возят перекинутыми через седла.

Хотя конкретно эта королева, по его мнению, только такого обращения и заслуживала.

О том, чтобы всю ночь провести в дороге, не было и речи. Раненые нуждались в отдыхе, да и он едва держался в седле, поэтому было решено остановиться на ночь в Жеиме. Благо пограничный городок находился поблизости. Туда они и отправились, торопясь добраться до города дотемна. Неслись по дороге, сквозь серые сумерки, сквозь сырой, напитывающийся вечерней прохладой воздух.

Кто‑то мечтал о теплой постели, кто‑то о крепком вине, да побольше. Некоторые солдаты грезили о встрече с лекарем, ну а Редфрит… Снова и снова он возвращался мыслями к иномирянке и ничего не мог с этим сделать. Пробравшись к нему в разум, она отказывалась из него уходить.

А вот из этого мира ушла. Сбежала от него. Исчезла… навсегда.

Больше он никогда ее не увидит и, наверное, так даже лучше. Именно это твердил здравый смысл.

В то время как занозы в сердце продолжали больно ранить.

– Ваше величество, осторожнее!

В последний момент Редфрит успел натянуть поводья, иначе бы затоптал выскочившую на дорогу девчонку. Та появилась словно из ниоткуда, вынырнула из полумрака и посмотрела на него большими испуганными глазами.

Сумасшедшая!

Сам не понимая, что делает, король спешился.

Глава 6 Даниэла

Дилемма «бежать или остаться» разрешилась сама собой. Пока я хлопала глазами, лихорадочно размышляя, какое из решений правильное, расстояния между мной и всадниками почти не осталось. С опозданием поняла, что Галеано попросту меня не видит, смотрит прямо перед собой, на теряющуюся в чернильных сумерках дорогу, и мыслями витает где‑то далеко. Явно не в этом мире.

И я застыла, не способная не то что отскочить в сторону, не могла даже пошевелиться. Стояла и смотрела на несущегося прямо на меня всадника, отрешенно отмечая, что мне снова грозит опасность и что смерть под копытами лошади – не самая приятная.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Впрочем, не уверена, что смерть в принципе бывает приятной.

– Ваше величество, осторожнее! – выкрикнул кто‑то из солдат, и Галеано встрепенулся, вздрогнул.

Резко натянул поводья, останавливая животное. Вовремя! Замешкайся он на пару мгновений, и меня размазало бы по дороге. Почувствовав на себе взгляд короля, ледяной и колкий, мысленно поежилась.

Не люблю, когда он так смотрит.

Спешившись и продолжая удерживать меня на мушке своего фирменного взгляда, от которого по коже бежали мурашки, Редфрит приблизился ко мне.

«Узнает?» – мелькнула шальная мысль и тут же ей вдогонку прилетела другая: «Нет, невозможно».

– Ты ослепла? Зачем выскочила на дорогу?! Я чуть тебя не убил! – упрекнул он зло и раздраженно, продолжая вглядываться в мое лицо.

А я смотрела на него. Скользила взглядом по высокому лбу, выбившимся из хвоста темным прядям, ссадине на виске, жесткой линии губ и чернильно‑синим, как те самые сумерки, глазам, сейчас недовольно сощуренным. С нашей последней встречи, его и той Даниэлы, прошел всего один день, а кажется, будто миновала целая вечность.

Вроде бы цел. По крайней мере, на ногах стоит твердо, хоть одежда изрядно потрепана и перепачкана в грязи, а местами и в крови.

Брр!

– Немая? – нахмурился Галеано.

Мысленно пнув себя в одно место, на которое регулярно находила проблемы и приключения, сказала:

– Я могу говорить.

– Тогда ответь, кто ты такая и как здесь оказалась?

Кто я такая? Как здесь оказалась?

Эти простые, короткие вопросы застали врасплох. У меня совсем не было времени решить, как буду вести себя с Редфритом при встрече. Да я вообще сомневалась, что мы когда‑нибудь снова встретимся! Боялась… очень боялась, что эта поездка к завесе станет для него последней.

Но вот он стоит передо мной и ждет, а я не знаю, что сказать, потому что не представляю, какой окажется его реакция. Вдруг накажет, узнав, что все это время его обманывала, а оправдание, что Эдара затыкала мне рот чарами, не факт, что прокатит. Только не с тираном.

Или, наоборот, решит, раз мы родственные души, то мне самое место с ним рядом. Вряд ли в качестве жены – это место уже занято, а значит, удостоит вакантной должности королевской любовницы. Но мне не в любовницы надо, а домой. Примирю враждующие стороны и с чистой совестью отправлюсь на Землю.

Эта часть плана оставалась и останется неизменной.

А может, Редфрит вообще не в курсе, что в Средиземье сбежала не Фантальм, а иномирянка, и, раскрыв рот, я крупно подставлю Эдару? Не то чтобы меня сильно заботило ее благополучие, но если ведьма единственная способна вернуть меня домой, она будет нужна мне живой.

Узнав правду, Редфрит ее в живом состоянии вряд ли оставит. Так что не пори горячку, Даня. Сначала разберись в ситуации, а огорошить короля еще успеешь.

Если потребуется.

Я окончательно укрепилась в решении не раскрывать себя раньше времени, когда из кареты, подъехавшей следом, показалась во всей своей готичной красоте королевская чародейка.

Исповедоваться в присутствии этой мутной девицы было подобно смертоубийству, поэтому я, смущенно потупив взгляд, тихо завела:

– Я родом из Айсории, – так удачно припомнила название соседствующего с Треалесом королевства. – Ехала навестить в Хельвиве тетушку и столкнулась на постоялом дворе с нечестивцами, оставившими меня без вещей и без денег. Надеялась, что меня подберет какой‑нибудь сердобольный путник, но за целый день так никого и не встретила. А тут вас увидела, обрадовалась, вот и выскочила навстречу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Так себе, конечно, история, но лучше за пару секунд я при всем желании придумать бы не смогла.

– Юные девушки не путешествуют в одиночестве, – усмехнулась Мильдгита, пристально меня осматривая.