Сердце Кровавого Ангела. Дилогия (СИ) - Снежная Марина

— Чтобы попасть в наше ведомство, нужно пройти серьезный конкурс, — наконец, проговорил вампир. — Так что все в твоих руках. Для начала нужно хорошо закончить университет. А там посмотрим. Если я все еще буду возглавлять мое ведомство, конечно… — он невесело усмехнулся, и Венда тут же ободряюще положила ладонь на его руку.

Яров издал предупреждающий рык, от которого меня прямо до мурашек пробрало — не чета сыночку, который только сопит недовольно. И Венда, закатив глаза, все же убрала руку и с неодобрением посмотрела на мужа. Но тот ответил таким бешеным взглядом, что сочла за лучшее не нагнетать обстановку. М-да, похоже, ревность у оборотней — прямо клинический случай!

— Если все уже поели, — шумно отодвинув стул, альфа поднялся во весь свой громадный рост, — то время поговорить о важных делах. Жду в кабинете.

И он двинулся к двери, ничуть не сомневаясь, что все, кого это касается, тут же последуют за ним. Венда покачала головой, но сделала нам с Аденом знак последовать ее примеру. Златан тоже подорвался, но мать бесцеремонно остановила его:

— Ты-то куда?

— Я тоже имею право участвовать в обсуждении важных дел, касающихся моей семьи, — заявил парень и стушевался, когда мать с улыбкой потрепала его по золотистой шевелюре.

— Не в этот раз, малыш.

Он яростно сверкнул глазами и покосился на меня, обреченно ожидая моей реакции. Я иронически усмехнулась и одними губами произнесла: «Малыш, как это мило!» С губ Златана сорвался негромкий рык, но на него зашикала уже бабушка, собирающаяся преподать внучку правила приличий. Настроение немного приподнялось, и я, весело улыбаясь, двинулась к двери вслед за Вендой и Аденом.

Видан ждал нас в своем кабинете, устроившись за огромным письменным столом с видом царственного властителя. Мы с Кровавым Ангелом примостились в свободных креслах, в то время как Венда встала рядом с мужем, положив руку на его плечо. Я заметила, как лицо Ярова тут же смягчилось, а взгляд стал чуть менее колючим. И все же хозяин дома явно оставался недовольным нашим присутствием среди его сородичей. По крайней мере, присутствием Адена точно — вон как буравит того взглядом. Даже мне неуютно, пусть даже направлен этот взгляд не на меня.

— Думаю, настало время поговорить начистоту, — наконец, нарушил Яров тягостное молчание. — Венда смогла рассказать мне о вашей ситуации лишь в общих чертах. Честно скажу, что если бы не ее просьба, я бы не стал помогать.

— Я прекрасно это понимаю, — сухо откликнулся Аден. — И будь у меня другой выход, не стал бы обращаться к вам. В крайнем случае, если вас настолько напрягает мое присутствие, могу уехать. Единственная просьба — пусть Мира останется здесь. Надеюсь, у вас нет повода относиться к ней с неприязнью.

Я протестующе замотала головой.

— Я уйду с тобой!

— Мира… — чуть раздраженно начал Аден, но я тут же сорвалась с места и бросилась ему на шею, забираясь на колени.

— Это я во всем виновата… Если бы не я, на тебя бы не объявили охоту! Если кто-то и должен уйти, то это я…

Не обращая внимания больше ни на кого, я рыдала, судорожно хватаясь за вампира, словно он мог в любой момент исчезнуть. Он напрасно пытался меня образумить, я даже толком слов не слышала. Покрывала поцелуями любимое лицо, всхлипывала, что-то бормотала, совершенно потеряв голову.

За спиной послышался рык Ярова, прервавший все это безобразие.

— Да оба оставайтесь! — рявкнул он.

И я тут же обмякла в объятиях Адена, чувствуя, как постепенно отпускает колотящая тело дрожь. Но повернуть голову в сторону оборотней, оказавшихся свидетелями моей истерики, так и не могла решиться. Сидела на коленях вампира, уткнувшись лицом в его плечо, ощущала, как его руки гладят мои волосы и спину, успокаивая и защищая. Слушала дальнейший разговор отстраненно, будто меня это вообще не касалось. Главным было другое — мы останемся здесь вместе, и ради этого я готова стерпеть что угодно.

— Так кто эта девушка? — начал расспросы Видан. — Ясно, что не террористка, как об этом трубят в СМИ. Тогда кто?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Мире не повезло попасть в руки Главе нашей общины. Он считал ее своей собственностью, — хмуро проговорил Аден. Чувствовалось, как тщательно он подбирает слова и как ему тяжело говорить о том положении, в котором я была. — Но видимо, все же испытывал к ней куда большие чувства, чем обычно к людям в ее положении. Красс Падернис желал сделать ее вампиром, но для начала решил показать всей вампирской элите. Посмотреть, как она себя станет вести там. На свою беду, я не понял всей ситуации и стал оказывать Мире знаки внимания. В итоге девушку решили сделать средством для того, чтобы меня уничтожить. Ее похитили из дома Красса и доставили ко мне в Мирград. Главе вампиров же дали понять, что я устроил побег Миры и мы оба пошли против него. Хуже всего, что этот вампир не станет сначала разбираться, а потом действовать. Обычно происходит наоборот, особенно когда в дело замешаны личные чувства. Да еще и мой недруг, тоже весьма влиятельный вампир, подливает масла в огонь. Думаю, в ближайшем окружении Красса у него есть свои люди, и это дает ему возможность подставлять меня, самому оставаясь в тени. Так что на нас с Мирой объявлена охота.

— Что вас ждет, если попадетесь им в руки? — произнесла Венда напряженно, пока ее муженек переваривал сказанное.

— Насчет меня, то все будет зависеть от того, насколько Красс успеет успокоиться. Если окажется способен рассуждать здраво, то меня ждет суд общины. В тихую уничтожить меня — значит наплевать на законы вампиров. Если это выплывет, Красс может потерять свое положение. Одно дело — карать молодых вампиров, еще не считающихся полноправными членами общины. Другое — уничтожить высшего, да еще создание Первородного, — Аден был полностью откровенен, и я поняла, что этим оборотням он доверяет, даже несмотря на враждебность Ярова. Кто знает, что за общие тайны их связывают, раз он делает это. Лучше не задумываться, а надеяться, что те все же помогут нам и не обманут оказанного доверия. — Что касается Миры, то боюсь даже представить, что с ней могут сделать. — Он вздохнул. — И как мне ни горько это говорить, смерть для Миры, попади она снова в руки Красса, будет лучшим исходом.

Он еще крепче прижал меня к себе.

— Только этого я не допущу, — твердо сказал и приподнял мою голову, заглядывая в глаза. Внутри все защемило от выражения его лица: такого решительного, но вместе с тем теплого. — Для начала им придется разделаться со мной, — добавил спокойно, а я протестующе замотала головой, давая понять, что не приму такую жертву. Несправедливо, если ему придется умереть только из-за того, что благородство не позволяет отказаться от роли защитника, которую навязали против воли.

— Что ты намерен делать? — нарушил наш обмен взглядами Видан. Голос его теперь звучал без прежней враждебности, хоть и не тепло. Скорее, задумчиво.

— Попробую связаться кое с кем из Дармина. Когда-то я оказывал тому вампиру услугу. Разведаю, как обстоят дела. Но пока опрометчивых шагов предпринимать не стоит.

— Ты прав. Лучше всего переждать бурю, — поддержала его Венда и посмотрела на мужа, с непроницаемым лицом наблюдающего за нами.

— Я готов оказать вам свое покровительство, — медленно проговорил тот, наконец, приняв окончательное решение. — Но не потому, что испытываю к вам сочувствие или нечто подобное.

— В этом я даже не сомневался, — слабо улыбнулся Аден.

— Когда-то ты оказал услугу мне, пришел мой черед отплатить, — Видан махнул рукой, давая понять, что разговор окончен.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— По какой бы причине ты это ни делал, я благодарен, — вампир с достоинством кивнул и осторожно ссадил меня с колен.

В полном молчании мы покинули кабинет альфы, в коридоре столкнувшись с младшим Яровым. Осознание того, что этот щенок несомненно подслушивал, вызвало негодование. Хотя он сделал вид, что просто мимо проходил, и поспешил ретироваться с задумчивой физиономией, так напомнившей отцовскую, что я невольно улыбнулась. Уже сейчас можно представить, каким станет Златан в будущем. Таким же брутальным самцом, живущим интересами лишь своей стаи и близких. До остальных ему вряд ли есть дело.