Алёна Малышева - Радужный венец. Время потерь

Злат снова оказался прав. Иногда прошлое лучше оставить в прошлом и никогда его не ворошить. Как бы этого не хотелось.

А спасенные девушки смогут ли оставить всё в прошлом? Забыть, что провели месяц взаперти, видя перед собой только одного человека — человека, который уверял их в своей любви и который собственноручно преподнёс зелье, затуманивающее сознание. Одно хорошо: Вороньего гостя они не видели, и сказать про него никому не смогут.

Вороний гость.… Судя по бумагам, он хотел оживить свою хозяйку, умершую триста лет назад. Поэтому Ворону и нужна была кровь невинных девушек, а так же иридис, в крови которой заключена стихия. Как должно быть он поволновался, когда неожиданно из города исчезли все жрицы. Приход Анелы стал для него подарком. Но как он узнал о её появлении? Вороны? В записях княгини говорилось, что Гость мог общаться с ними.

Немного жаль его. Он не принадлежал ни миру людей, ни миру птиц. Единственный, кто был дорог ему — это его Создательница, которую он всеми силами пытался вернуть…

Рычание Малыша отвлекло от раздумий. Анела, перед тем как закрыть тетрадь, в которой по привычке рисовала, глянула на рисунок. И с недоумением прикоснулась к портрету. Вороний гость бережно прижимал к себе высокую, но удивительно стройную женщину и нежно прикрывал крыльями, словно защищая. А просто ли как к Создательнице он относился к иридис?

Закрыв тетрадь, посмотрела с подоконника на пса. Изменения в Малыше до сих пор её удивляли. Если до этого он не был маленьким, то сейчас, когда вставал на две лапы, возвышался над ней на всю свою лохматую голову. А эти серебряные искорки на шерсти вдоль хребта и в чёрных глазах… она до сих не может на них наглядеться. Ещё слова Китана о вое Малыша, с помощью которого он лишил силы Вороньего гостя и ворон. Помнится, во время нападении на Храм псов с серебристыми спинами не было. Если предположить, что это взросление, то при нападении был только молодняк. Но почему? Один вой — и жрицы беспомощны. Если только убийцы и сами опасались воя. Потому что он мог воздействовать и на них? По крайне мере на одного, того, который был в плаще.

Да и характер пса переменился. Малыш словно стал ленивее и серьезнее. Если раньше ловил каждый случай, чтобы его приласкали, погладили, да и сам норовил облизать с головы до ног, то сейчас ходил рядом как преданный взрослый телохранитель. А также отпугивал всех, кто близко к ней подходил, грозным рычанием. Даже за Златом и Китаном подозрительно следил. А на Люсилию рычал, пока Анела не успокаивала. Может, со временем снова привыкнет?

Дверь комнаты отворилась. Люсилия, видимо не дождавшись, когда Анела откликнется, остановилась на пороге, с опасением оглядела продолжавшего тихо рычать Малыша.

— Что-то случилось? — Анела как-то не могла представить, что может заставить ведьму зайти к ней.

Та её или игнорировала, или же отделывалась ехидными замечаниями.

— Поговорить хочу, — немного помолчав, словно сомневаясь, произнесла Люсилия. — Пса успокой!

Анела не споря спрыгнула с подоконника, присела и обняла Малыша за шею. Ищейка хмуро покосилась на хозяйку, но рычать переставала, хотя и продолжила следить за Люсилией.

Что хочет сказать ведьма? Анела и сама хотела кое-что уточнить у ведьмы.

Анела обвела рукой комнату, предлагая выбрать ведьме, куда присесть. Люсилия близко подходить не стала, а села на край кровати. Наверно, чтобы можно было быстро выскочить за дверь.

— Ну? — поторопила Анела, глядя на ведьму снизу вверх.

Люсилия снова замялась, но вот привычно вскинула подбородок, на что-то решившись.

— Ты почему согласилась на разрушение замка?

— Я? — чего только Анела не предполагала, но то, что ведьма заговорит о Вороньем замке, не было и мысли.

— Кто же ещё! Возмутись ты, и что Китан, что генерал прислушались бы как миленькие!

Ну да! Как же! Китан ещё может быть, а вот генерал сразу же настоял на своем, как бы Анела не уговаривала. А она не молчала. Это потом уж подключился её разум. Люсилия ведь всего не знает. Китан попросил скрыть происходящее в замке и от неё тоже. Особенно всё, что касалось экспериментов иридис над людьми. Когда-нибудь это его желание оградить от всего и вся дорогих людей обернётся ему боком!

Люсилии сказали тоже, что и всем остальным. Что одержимый схватил девушек для каких-то своих непотребных надобностей. Генерал с Китаном успели девушек спасти. Чтобы замок перестал быть местом, которое соотносится со страхом и смертью и притягивает всяких злодеев, его лучше уничтожить.

— С чего тебя так замок интересует?

Ну не заметила Анела в Люсилии тягу к истории.

— А я не должна интересоваться родовым замком?

— Правда? — вылетело от удивления.

То, что она не врёт, Анела чувствовала.

— Нет, вру! — Люсилия вскочила на ноги и зашагала по комнате, но всё же не забывала обходить стороной Малыша. — Бабка рассказывала. Княгиня Игнис успела спасти дочь, отправив с доверенными людьми. Она и была моей прародительницей.

— Но стихия у тебя воздушная…

— Я тебе должна всю родословную рассказать?

Анела лишь вопросительно приподняла бровь. Всё же это не она затеяла разговор.

— Хорошо! — Люсилия снова упала на кровать и скрестила на груди руки. — Слушай! Когда эта, так называя святая, затеяла свою резню, Рейни Игнис была ещё ребёнком. Мать, княгиня Игнис, успела её спасти, и Рейни выросла среди мятежников. Даже была знакома с Норией. Через несколько лет после смерти королевы, Рейни стала первой Главной ведьмой. Она вышла замуж за лорда из рода Эиров, и у неё родились две дочери. Только старшую уберечь не смогла, та попала в руки жриц. Вот по линии младшей я и иду.

— У княгини была только одна дочь?

— Я не ясно выразилась?

— Да всё ясно…

Не рассказывать же, что у Люсилии и ненавистной для неё святой — одна кровь, что они из одного рода. Это ещё больше убедило, что всё, что узнала в замке, лучше скрыть. Как же любит судьба поиграть: одна сестра поддерживала людей, а другая — возглавила ведьм. Интересно, они встречались?

Люсилия продолжала подозрительно смотреть на неё и, видно, всё-таки начала бы уточнять. Анела поспешила заговорить о другом:

— Люсилия, ты согласилась мне помочь со стихиями.

Ведьма передёрнула плечами и нехотя кивнула.

— Раз уж обещала…Что ты хочешь знать?

— Объясни, если знаешь, конечно, почему у иридис такое разное проявление стихии? У жриц она словно выдрессированная послушная зверюшка, безропотно подчиняющаяся хозяйке, а у вас… Она свободная, равная вам…

— Про амулеты, значит, хочешь знать? Давно пора. Как ты, надеюсь, уже поняла… хотя, жрица и понять?