Пари на практикантку - Марина Ружанская

получишь богатого и влиятельного мужа. Разве не об этом мечтает любая человечка?..

Я вздрагиваю. Человечка… То слово, которое больно ранило меня с самого детства. И вот я слышу его от собственного отца.

Чтоб ты подавился!

— Я расторгаю помолвку! Я не стану женой этого мага, — мой голос звучит спокойно, не смотря на то, что внутри все сжимается от боли.

Просто очередной предатель в моей жизни, которому я поверила. Еще один…

— Еще как станешь, — бросает дракон. — Или у тебя есть тридцать пять миллионов?

— Тридцать пять миллионов чего?

Уилсон Тайгер молчит. Только смотрит так, что у меня начинает замирать дыхание от страха.

— Знаешь ли ты, сколько сейчас стоит породистая драконица?

— Что? — от внезапного вопроса я теряюсь. — И я не драконица…

— Разве речь о тебе? — насмешливо хмыкает мужчина и я умолкаю, ощущая, как лицо загорается так, словно меня макнули в помои. Горячие и вонючие.

— У твоего брата есть невеста, истинная пара. Вот только дом Алого дракона хочет за нее выкуп тридцать миллионов.

— Причем тут это?..

— Лорд Фаллен заплатил за тебя тридцать пять, — поясняет отец. — Кажется, неплохая сделка, не так ли?

Дыхание спирает от понимания и несправедливости всего происходящего. Тошнота возвращается, напоминая о себе комком у горла. На ресницах застывают слезы.

Нет-нет! Не может быть!

То есть меня не просто сосватали, а продали⁈ Да еще с процентами.

И деньги, которые отец получил за «бракованную дочь», теперь получит мой братец, с которым я даже не знакома, чтобы уже самому купить себе невесту. Какой прекрасный расклад!

— А по-любви у великих драконьих домов никак? Только за деньги? — не могу не вставить шпильку. — И хочешь сказать, ты так обнищал, что не можешь своему драгоценному сыночку купить жену?

— У каждой расы свои традиции, а нынче сложные времена, — он пожимает плечами.

— Вот только нечего из этих сложных времен выезжать за мой счет!

Я резко встаю, отчего стул скрипит металлическими ножками по мраморной плитке. Но не успеваю сделать и пары шагов, как перед глазами все мутнеет и я проваливаюсь куда-то в черноту. Последнее, что я вижу — это лицо Тайгера Уилсона, который с ложным сочувствием качает головой.

Голоса вбиваются в уши непрерывным шумом. Слов не разобрать, только какое-то сплошное «бу-бу-бу». Несколько минут уходит на то, чтобы прийти в себя. Осторожно приоткрываю глаза и сквозь ресницы наблюдаю за происходящим. Заставляю себя замереть, ни в коем случае не выдать ни шорохом, ни дыханием. Только надеюсь, что никто не услышит как испуганно колотиться сердце.

Так, я снова в той роскошной квартире, куда поселил меня отец. Лежу на диване в круглой гостиной с арками-входами. И сам Тайгер Уилсон тоже легок на помине. Стоит у зеркального трюмо спиной ко мне и лицом к покрасневшему от ярости Лайонеллу Фаллену.

Чокнутый маг явно чем-то недоволен и орет на черного дракона, брызгая слюнями и постоянно оттягивая тугой воротничок рубашки:

— Это твоя вина, Уилсон, что твоя дочь взбрыкнула! Не можешь поставить ее на место⁈

— Неужели? — спокойствию лорда Уилсона можно только позавидовать. — Я же говорил, что она своенравна, как ее мамаша, и просил ничего ей не говорить! Научился бы держать язык за зубами, Лайонелл, и не было бы проблем.

— Прошу прощения, — раздается чей-то дрожащий голос из угла. — Я так понимаю, что невеста… несколько не в себе. Может мы перенесем наше… мероприятие?

Скосив глаза только сейчас замечаю, что на кресле, присев лишь на самый краешек сиденья, притулился невзрачный мужичок неопределенного возраста.

В каком-то нелепом сером костюме будто с чужого плеча, он нервно промакивает пот салфеткой, а второй рукой держит на костлявых коленях папочку с золочеными вензелями столичного Магистрата.

Над ним, как бдительный грифон, который караулит павшую косулю, нависает адвокат отца, господин Легер. Не удивительно, что мужичок чувствует себя неуютно.

— Ваше дело, мистер Ривски, всего лишь заверить факт бракосочетания, — напоминает адвокат.

— Конечно-конечно, — поддакивает клерк, — но невеста… в отключке и я подумал.

— А вот думать — это лишнее, — жестко обрывает его лорд Уилсон. — Тем более она уже пришла в себя и подслушивает самым наглым образом. Не так ли, Хлоя?..

— М-м-м?.. — я все же открываю глаза, раз уж меня раскрыли, и сажусь на диване.

Оцениваю обстановку. Да, меня вырубили, но я не чувствую слабости, как после антимагических перчаток. Хотя физическое состояние так себе, но хотя бы я могу колдовать.

С другой стороны, мои противники — это могущественный дракон и чертов маг. Это совсем не зарвавшиеся молокососы-оборотни, а опытные взрослые мужчины. Адвокат и бюрократ из магистрата не в счет. Хотя, как сказать…

— Мистер Ривски, начинайте церемонию, — приказывает Тайгер Уилсон.

— Да-да, сейчас, — бормочет клерк и ныряет в свою папочку, вытаскивая одну за другой документы на гладкой вощеной бумаге.

Забирает у адвоката тот самый брачный договор, который я так глупо подписала.

— Я отказываюсь! — торопливо оповещаю всех собравшихся. — Никакого брака не будет!

— Поздно метаться, дорогуша, — шипит лорд Фаллен, ухмыляется и проводит неприятным шершавым пальцем по моей губе. — Тебе понравиться. Или нет… Ты и так долго от меня скрывалась

— Как вы вообще узнали, кто я? Зейн Хелвир сдал?

— Думаешь на директора клуба? — снова усмехается маг. — Не-ет, у дроу хрен что-нибудь узнаешь, если они этого не хотят. Даже после твоего увольнения он молчал как светлый эльф на допросе у орков, с-скотина такая. Это все твой дружок Митчелл.

— Алан⁈ — я не сразу поняла, что Лайонелл говорит про моего напарника по представлениям в клубе, — Но… почему?

— О, этот сопляк, кажется, немного на тебя обиделся, за то что ты угробила его золотую жизнь на сцене. Самую капельку обиделся. Даже денег не взял.

Я едва не застонала. Прав был Фин, когда отговаривал меня брать на сцену того, кто меня знает в реальной жизни. Убеждал, что никогда не стоит «делать бизнес» с друзьями и родственниками. А я не поверила…

— А ведь я засыпал тебя цветами-подарками, — продолжает Фаллен. — Что, не понравились мои знаки внимания? На кошака этого драного повелась?

О, да! Присылал корзины с розами, а на представлении каждый раз старался задеть меня посильнее, чтобы с