Неправильная ведьма. Женись на мне, лорд! - Оксана Волконская

Казалось, муж четко контролирует любой момент и периодически одергивает и себя, и меня. И в какие-то минуты это уже даже начинало бесить. Хотелось заставить его потерять этот самый контроль над ситуацией. Вот только что-то предпринимать или даже спорить я не спешила – этот вечер оказался настолько уютным и семейным, что не хотелось его портить.

Просидели мы так долго, что в определенный момент я почувствовала, что засыпаю. Прямо за столом. Вот только открыть глаза было уже выше моих сил. Я что-то сонно пробормотала и почувствовала, как меня осторожно поднимают со стула и куда-то несут. Я вяло запротестовала, но в ответ услышала только легкий смешок. Потом меня переместили на мягкую перину кровати, а спустя мгновение обняли. Над ухом раздалось насмешливо-нежное:

– Спи уже, уже чудо мое.

Да сплю я, сплю. И мне так хорошо, так спокойно в этом сне, что даже шевелиться не хочется.

Проснулась я рывком с каким-то неясным чувством тревоги. В полном одиночестве. Огляделась по сторонам – Микаэля нигде не было, а за окном едва брезжил рассвет.

– Не поняла… – пробормотала я. – И куда это мы ушли с утра пораньше?

Вот только ответа мне никто давать не собирался. Только почтовая шкатулка – сложный артефакт – едва заметно мерцала, показывая, что пришло письмо. Не особо надеясь на получение ответа, я откинула крышку и прочитала письмо от Селены, после чего в бессилье швырнула его на постель.

Ох уж эти мужчины! И чего им спокойно не живется?!

Слов не находилось. Ни цензурных, ни каких-либо других. Ну Микаэль, ну зараза! А я-то еще радовалась, что мы так быстро покинули этот прием. Похоже, у моего дорогого муженька тоже были свои резоны. Вызвать Джона на дуэль, это надо же! Еще и за весь вечер ни взглядом, ни словом ничего не выдал!

При воспоминании о вчерашнем вечере у меня невольно сжалось сердце. Если вызов бросил Микаэль, тогда оружие выбирает Джон. И я даже не сомневаюсь, что выберет он то оружие, которое знает в совершенстве. Да и магией во время подобных дуэлей пользоваться запрещено.

Так, спокойствие, Лекси, только спокойствие. Нельзя впадать в панику. Лучше подумай, что ты можешь сделать.

В письме Селены не было никакой информации о месте проведения дуэли. Она сама-то об этом узнала чисто случайно, когда Аласдэр утром собрался на дуэль. Как я поняла, он – секундант Микаэля.

Я огляделась по сторонам. Спальня Микаэля за время моих ночевок здесь порядком преобразилась, в обстановке стала чувствоваться женская рука. Но были и его личные вещи, хранящие отпечаток его ауры. Так, например, в шкатулке я обнаружила любимый зажим мужа для галстука. В этот раз он, видимо, собирался второпях, чтобы меня не разбудить, и забыл его.

Я осторожно взяла его в руки. Темные, почти черные сапфиры неясно переливались в полумраке. Что ж, очень хорошо. Именно такие камни обычно аккумулируют в себе и энергию своего владельца.

И я без всяких угрызений совести обратилась к собственной силе. Я умела ею управлять, а уж после занятий с дневниками Аурелии знала столько полезных заклятий, которые никогда не озвучивались вслух! Среди них было и то самое заклинание, привязанное к личной вещи и к ауре. Я не спешила, формируя аркан, так как прекрасно понимала – одна ошибка, и придется начинать сначала. А в моем случае время дорого, даже слишком.

Золотистые искры сплелись воедино с серебристыми, образуя тонкую, но плотную паутинку, которая накрыла со всех сторон булавку. Сапфиры вспыхнули неожиданно ярким светом, заставив меня на мгновение зажмуриться. А потом стала обрисовываться еще одна нить, которая и должна была привести меня к супругу.

Запоздало я сообразила, что появляться на месте дуэли в ночной сорочке и босиком – не лучшая идея, и поспешила переодеться. Волосы я на уже на ходу заплела в косу, следуя за четкой золотистой нитью, видимой, возможно, только мне. Так я дошла до выхода из дома, осторожно расплела включаемую на ночь охранку, распахнула дверь и…

Уткнулась носом в знакомую грудь.

– И куда-то это мы, интересно, собрались? – сурово полюбопытствовал Микаэль, за талию удерживая пошатнувшуюся меня.

– Встречный вопрос, дорогой, – с ехидной улыбкой ответила я. – И откуда же мы это явились? Да еще прямо посреди ночи сорвались.

– А что, ревнуешь? – весело хмыкнул Микаэль. Настроение у него было до отвращения замечательное, а у меня прямо руки чесались проклясть его или стукнуть чем-нибудь очень тяжелым. Ну вот как можно быть таким невозмутимым! Словно он только что не рисковал своей жизнью! И чем все закончилось? Победил Мик? Поэтому он такой довольный? Или что?! Как же это все нервно!

– Конечно, ревную, – скривилась я, единым движением обрывая аркан. Словно я никого и не собиралась искать. Что характерно, мы так и застыли на границе дома с открытой дверью. Я – не успевшая выйти, и он – не успевший войти. – У меня же столько поводов ревновать к Джону Литлсмиту!

Подозреваю, вид у меня в этот момент был нехороший. Во всяком случае, довольством Микаэль перестал светиться.

– Вот только не говори, что ты каким-то образом узнала о дуэли и пошла предотвращать ее! – грозно проговорил он. Я в ответ мило улыбнулась:

– Ну что ты, дорогой? Я среди ночи к любовнику собралась, раз уж муж отправился развлекаться.

И с моих пальцев непроизвольно сорвалось несколько искр. Ух, как я была зла в этот момент! Это ж надо в такое влипнуть, еще ни о чем мне и не сказал! Как будто меня это вообще не касается! И пусть сначала я очень обрадовалась, увидев живого и здорового супруга, но вот его поведение… Да я его сама сейчас прибью!

– Так, пошли в дом, – прихватил меня за локоток муж и буквально втащил в особняк. По коридорам мы прошли в полном молчании, а вот в спальне я уже высвободилась из его хватки и, резко повернувшись к нему, в упор спросила:

– Чем закончилась дуэль? Да не молчи же ты!

– Этот сопляк даже не явился, – пренебрежительно фыркнул Микаэль и тут же нахмурился. – Что-то очень странное. Он так охотно согласился на дуэль. Даже его секундант пришел вовремя, а сам он даже из своего дома не вышел.

Что-то в словах мужа царапнуло, но я даже не поняла пока, что именно. Главным было другое.

– Это считается его техническим поражением