В поисках того самого - Галина Васильевна Герасимова

держи. От всего сердца... и что там ещё говорят в таких случаях?

Видеть смущённого Ларса было настолько странно и непривычно, что Нита даже спорить не стала, когда он вручил ей сумку.

— Это что?

— Подарок. Мне хотелось, чтобы было по-настоящему полезно, голову сломал, пока думал, что тебе пригодится. Вот и…

Нита открыла сумку. В специальном холщовом мешочке лежали серебряные инструменты для работы с травами. С первого взгляда понятно, что сделанные под индивидуальный заказ. Такие инструменты она давно хотела, возможно, могла себе позволить, но жалела денег.

— Спасибо, — проглотив первое готовое сорваться «зачем?» и «забери!», поблагодарила Нита. Подарок был замечательным и очень нужным, а всё остальное… поздновато дёргаться и цепляться за ложную гордость.

Ларс улыбнулся, потом вдруг напряжённо нахмурился и потянулся к карману, но бросил взгляд в сторону, на Веснянку, старательно протиравшую соседний стол уже пару минут, и тряхнул головой.

— Ладно, пойду, раньше принесу всё — раньше будет зелье. А то Караш уйдёт в крону, пока мы тут болтаем.

Оборотень вышел, а Нита отмахнулась от смутного беспокойства, сходила в комнату за травами и после прямым ходом направилась в кухню. Здесь было куда тише, чем в зале «Золотой бабочки», и вкусно пахло мясной похлёбкой. Дородная кухарка украдкой посматривала на пристроившуюся у стола ведьму, с ещё большим интересом разглядывала многочисленные травы и инструменты, разложенные здесь же, но разговор заводить не спешила.

— Эх, и кто мне теперь мазь делать будет? — вздохнул Берем, зашедший проверить, как дела. Уселся напротив Ниты, подпёр голову рукой. — Приезжают всякие мохнатые, увозят лучших ведьм...

— Каких лучших? Я единственная в Клофорде, — фыркнула Нита.

Берем всегда отличался проницательностью, насмотрелся на разных людей, вот и сейчас заговорил о её отъезде как о решённом деле. А ведьма и спорить не стала. Она всё решила, ещё когда они спаслись от подгнильщика, и ночь её решения не изменила. Просто сказать об этом одному упрямому оборотню было страшно, даже после его недавнего признания и несмотря на собственное доверие.

— Тем более! — подтвердил трактирщик. — Вот кто теперь зелья для моего братца сварит?

— Лекари найдутся, — отмахнулась Нита.

— Э-нет! Таких, как ты, днём с огнём не сыщешь, — без лести, искренне сказал Берем. — У меня ж колено с тех пор, как твою мазь втираю, тьфу-тьфу, не ноет.

— Ну хочешь, буду отправлять тебе при случае? Баночки мази на полгода хватает, найду с кем передать.

— Спасибо, конечно, но я больше так, ворчу. — Трактирщик по-доброму улыбнулся. — Незаменимых людей нет, Нита. Но есть те, без которых так тоскливо, что хоть волком вой! Уж прости за сравнение. Так что ты своего Ларса не потеряй, — вдруг перескочил он.

— Его, пожалуй, потеряешь, — ворчливо вздохнула Нита. Но внутри от этой мысли потеплело. Настойчивость мужчины порой раздражала, но того, чего хотел, он добился: доверия. Собственные сомнения в его постоянстве и ожидание предательства выглядели несерьёзно и глупо, даже на взгляд самой волчицы, которая пыталась за них цепляться, но выходило плохо.

К счастью, долго маяться пустыми мыслями не пришлось: Берем ушёл в зал, и Нита погрузилась в приготовление зелья, а этот процесс всегда её успокаивал.

Глава 10. Тот самый дом

Поставить точку в истории с емшанскими приключениями сегодня не вышло.

Сначала Нита возилась со сложным зельем, которое отняло много времени и сил, а она ещё не успела толком восстановиться. Потом сходила проведать Караша и отнести снадобье, на всякий случай вместе с Ларсом. Оборотень дал понять, что доверяет и глупо ревновать не собирается, тем более к чуть живому мяснику, так показалось правильно. Да и зла белый волк на бывшего соперника великодушно не держал. Вроде бы мелочь, но Ните приятно было лишний раз убедиться, что она в нём не ошиблась.

А в довершение оказалось, что и Тарсам слишком занят свежей добычей, и ему не до них. Тант, всё ещё гостивший в Клофорде, подсуетился, связался со своими, и подгнильщика записали в побочные материалы экспедиции. Начальник стражи опешил от такой наглости, но сделать ничего не смог, и учёные по горячим следам радостно потрошили добычу, пока не отобрали. Нита даже немного пожалела реликтовую тварь.

Зато вечер удалось провести спокойно, вдвоём. Прогуляться у реки, им обоим понравилось это место, купить Ните новые сапоги. Ведьма напряглась, ожидая, что Ларс начнёт упорствовать в желании оплатить покупку, но тот проявил неожиданную покладистость. И вообще ведьма наконец заметила, что он как будто чем-то обеспокоен. Вроде рядом, не шарахается, но иногда поглядывает странно и будто тревожится. Это не пугало, вряд ли речь шла о чём-то по-настоящему дурном, скорее — вызывало любопытство.

За ужином оборотень встряхнулся, и ведьма о своих наблюдениях забыла — ровно до того момента, когда они поднялись в номер.

— Нита, погоди! — поймал её Ларс за локоть на пути к душу: отсутствие необходимости таскать вёдра будило в ведьме исключительную любовь к водным процедурам. — Давай уж ты меня сразу прибьёшь, а потом пойдёшь отмываться, — усмехнулся он с заметной нервозностью.

— А есть за что? — нахмурилась Нита.

— Сейчас будет! — заверил оборотень и достал из кармана небольшой шёлковый мешочек. — Я же не только инструменты заказал, — со вздохом признался он и вытряхнул на ладонь медальон на прочном кожаном шнурке.

Древо. Тонкая и искусная работа.

Ведьма, разглядев символ, вскинула на белого волка серьёзный внимательный взгляд, и Ларс поспешил пояснить:

— Мне бы хотелось, чтобы ты была со мной. Навсегда. Я не требую ответа прямо сейчас, думай, сколько сочтёшь нужным!

— Я согласна, — тихо проговорила она, почувствовав, как тревожно и сладко ёкнуло в груди.

— Понимаю, что тебе нужно время, это я уже определился, а ты…

Мужчина то ли не поверил, то ли не услышал, только привычным небрежным движением руки стряхнул лазурницу, прямо на ней и возникшую, и,