Императорский отбор, Или его строптивое счастье - 2 - Наталья Самсонова

страницы и сдержанно ругалась, когда ее пытались отвлечь.

– Все открывается с совершенно другой стороны! – воскликнула она, когда Дьеллара Аргеланд попрощалась со своими потомками и попросила у них прощения. – Но я должна рассказать об этом Даррену. Это и его касается!

Обведя взглядом комнату, Хестер недоуменно нахмурилась: она находилась в чьей-то спальне. Очень маленькой и очень, м-м-м, бедно обставленной.

– Ох. – Леди Аргеланд хотела было встать, но ей в виски ударила острая боль.

Неловко дернув ногой, она задела не замеченный ранее трехногий табурет. На котором лежали записка и флакон с зельем.

«Выпей и в постель. Я тоже читал родовые хроники запоем и помню, как трещала голова. Октавиус Аргеланд».

– Спасибо, – прошептала Хестер.

Морщась от каждого движения, она откупорила зелье и, осушив флакон, осторожно легла в постель. Мысль о том, чтобы расшнуровать корсет, она отбросила куда подальше. Ребра не скажут ей «спасибо», но сейчас… Сейчас она не способна на такие подвиги.

Глава 12

Утром Хестер страшно пожалела о том, что поленилась снимать корсет. Ребра ныли, поясница им подпевала, а голова… Как ни странно, головная боль не вернулась.

Освежив и себя, и одежду заклятьем, Хестер поправила волосы и замерла: в какой момент она решила убрать шляпку, но оставить корсет?

Оглядевшись, леди Аргеланд тихо рассмеялась: кто-то позаботился о ней в тот момент, когда она не могла вынырнуть из призрачных хроник. Этот самый «кто-то» не только снял с нее шляпку, но и шпильки из волос выпутал! И положил все это на узкий подоконник.

Выйдя из маленькой спаленки, Хестер увидела Киррис. Молодая женщина, прижав руку к стене, сосредоточенно выплетала заклятье. Едва она закончила, как по коридору прошелестела волна силы и все светильники погасли.

– Доброе утро, Киррис, – улыбнулась леди Аргеланд.

– Доброе утро, Ваше Императорское Величество.

– Ты собрала вещи?

Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, Киррис посмотрела в лицо Императрицы и тихо спросила:

– Вы уверены? Я… Я знаю свое место и то, что я…

– Уверена, – отрезала Хестер. – Поверь, если бы моим истинным оказался добрый пекарь, или портной, или лишенный магии воин без гроша за душой – отец не сказал бы ни слова.

«Особенно учитывая тот факт, что мне предстояло встать во главе рода. Как бы к этому отнесся Римман? Ведь абсолютно все были уверены, что именно он наследует отцу?!»

– Вещи собраны, Ваше Императорское Величество. И… Я хочу учиться.

– Вот и славно, – хлопнула в ладоши Хестер. – Где отец?

– Внизу, вместе с капитаном Торнсби и Римом. Я скоро подам завтрак.

Хестер сосредоточенно кивнула, а после на мгновение замерла. Кто она сейчас – дочь своего отца, глава рода Аргеланд или Императрица? Следует ли ей спуститься вниз и подождать, пока Киррис в одиночку справится с утренней работой? Императрица вроде как не должна прислуживать за столом, но…

«Императрица и в трущобах находиться не должна», – хмыкнула про себя Хестер.

– Показывай, Киррис, где у тебя кухня. В четыре руки мы справимся проще и быстрей. Главное, чтобы Конфетка ни до чего не добралась.

– Ваша волка рядом с Римманом, они явно друг по другу соскучились, – рассеянно проговорила женщина и, не говоря ни слова, развернулась и пошла вглубь коридора.

И только на кухне, когда Хестер принялась ловко пластать хлеб, Киррис отмерла:

– Ваше Императорское Величество, да разве вместно вам это делать?

– Невместно, – согласно кивнула Хестер. – Но здесь и сейчас я дочь своего отца.

«Вероятно, Империи нужна другая правительница. Готова поспорить, что Риальтрея Авинская была бы окружена сотней юных и не очень леди, кои прислуживали бы ей изо всех сил. И это было бы правильно. Но… Меня это уже больше не гнетет. Мы с Дарреном идеальны друг для друга, а значит, мне не стоит стыдиться себя и своих неподходящих для Императрицы порывов», – решила для себя Хестер.

Позавтракали быстро, после чего леди Аргеланд отвела отца в сторону и прямо спросила, как ей передать информацию Даррену.

– Никак, – покачал головой граф. – Больше того, ты даже со мной это обсудить не можешь: нам открылись разные хроники.

– Ты читал прощание Дьеллары?

– Да, – кивнул старый граф. – Она была тесно связана с Императором того времени. Быть может, в семье твоего венценосного супруга есть нечто подобное.

Хестер попыталась вспомнить, были ли подобные браслеты у Даррена, но… Не то чтобы она так хорошо рассматривала его артефакты! А в их ночь… В их ночь ни на ком из них не осталось ни украшений, ни одежды!

– Ты покраснела, – хмыкнул отец.

– Жарко, – отмахнулась леди Аргеланд.

Гаррет Торнсби уже успел послать весточку во дворец, и из трущоб семья Аргеланд уезжала на трех каретах. Темных, не гербовых, но Хестер это определенно устраивало!

Спустя час для леди Аргеланд стало ясно, что гвардейцы Даррена идеальны в скрытном прибытии на дворцовую территорию! Все прошло быстро, гладко, с небольшим количеством скрывающих заклинаний и иллюзий.

– Мы здесь будем жить? – ахнула Киррис, когда невозмутимый дворецкий провел их в гостевое крыло Зеркального Дворца.

– Да, – спокойно проговорила Хестер. – В ближайшее время к вам прибудет моя портная, она разберется с вещами. Наши фигуры схожи, Киррис, так что вместе с ней я пошлю несколько своих платьев. Неношеных, не переживай.

Леди Аргеланд старательно не подавала вида, что эти покои она видит впервые. Равно как и молодых служанок, что выстроились в ряд перед гостями дворца.

– Отец, меня ждут дела. Сегодня обустраивайтесь и отдыхайте, а завтра я жду вас…

Тут Хестер сделала паузу и продолжила:

– На чай. Думаю, Киррис пока не готова к большому обеду.

– Определенно, Ваше Императорское Величество, – рассмеялась женщина.

– Леди Хестер будет вполне достаточно, Киррис, – ровно ответила леди Аргеланд.

Нельзя сказать, что она хотела близких отношений с истинной отца. Вероятнее всего, они будут видеться очень редко, но… Слуги быстро разнесут весть о том, что в Зеркальном Дворце гостят родственники Императрицы. Стоит сразу дать понять сплетникам, что она, Хестер, благоволит своей семьей.

– Эти покои прекрасны, Хестер, – отец улыбнулся, понимая, для чего все это было сейчас сказано. – Мы будем ожидать завтрашнего дня с нетерпением.

– Конфи, ты остаешься с Римманом или идешь со мной? – строго спросила