Похищенная. Землянка под заказ (СИ) - Нита Вольская

на земную, только изображение на экране отличалось большей чёткостью.

— Отец, подойдите ближе. — позвала врач Слоана. — Вот, смотрите. Это ваш малыш.

— Такой маленький? — вытаращил глаза Слоан, рассматривая закорючку, больше похожую на морского конька.

— А вы что ожидали увидеть на таком сроке? Ребёнок в пределах нормы. Вполне здоровый. Никаких отклонений я не наблюдаю. У матери тоже всё в порядке. Таким женщинам рожать и рожать.

Медичка старалась, объясняла, но, кажется, папаша её не слушал.

— Это что, хвост?! — инкуб указал пальцем на экран, и его чёрные глаза полезли на лоб. Всерьёз забеспокоилась о его самочувствии.

Женщина вздохнула. Похоже в её практике таких папаш было уже предостаточно, и она устала от одних и тех вопросов.

— Это хвостовая часть позвоночника. Со временем она исчезнет. Думаете вы в таком возрасте выглядели иначе? Как по мне, так малыш ваша точная копия.

Еле сдержала улыбку: гинекологи во всех мирах гинекологи — ни с кем особо не церемонятся. У них даже юмор одинаково специфический.

Наблюдала за Слоаном и давила смех. Если он шокирован видом эмбриона, то представляю, что с ним будет, когда увидит процесс рождения ребёнка.

От шока он так до конца осмотра и не оправился, и забыл задать свой главный вопрос: про секс во время беременности. Тоже не стала этого делать. А то ещё подумает, что я жду не дождусь, когда окажусь с ним в постели.

Спросила про токсикоз. Врач ответила, что для первого триместра беременности это нормально, и скоро всё должно прийти в норму. Назначила препарат, облегчающий симптомы.

Закончив все процедуры и получив ещё один рецепт: на витамины для беременных, направились на выход.

Перед самой дверью Слоан спохватился. Усадив меня на диван в фойе, рванул назад. Вернулся через пару минут с улыбкой до ушей.

— Где ты был и чего такой довольный?

— Узнавал кое-что.

— И как?

— Узнал.

Дальше расспрашивать не стала. По его виду и так было всё понятно.

По пути заехали в лекарственный пункт, отоварили рецепты, поели в кафе, и взяли курс на Мицеван.

Почти всю дорогу меня тошнило и нам приходилось несколько раз останавливаться.

Слоан проявлял заботу и смотрел виновато. Сам развёл и затавил выпить выписанный порошок. Немного полегчало.

Несмотря на то, что машина была скоростная, из-за частных остановок, до места добрались к вечеру.

Пока инкуб изучал моё временное пристанище, поставила в воду цветы.

— А кто тут жил до тебя? Дом не похож на съёмный.

— Это дом Эйтана.

Споткнулся на ровном месте.

— И где он живёт, когда приезжает на побывку?

— Тут.

— С тобой?!

Вздохнула. Я не собираюсь ему рассказывать всё, что со мной случилось. Информация о моих половых партнёрах: ни здешних, ни с Земли ему совершенно ни к чему.

— Он приезжал всего один раз. На пару дней. И в это время, помимо меня, здесь были Сэйлан и Кариса.

— Сэйлан знал, что ты живёшь в Мицеване?!

— Нет. Узнал, когда Эйтан позвал его в гости.

Слоан долго прощупывал меня взглядом, о чём-то усиленно думая.

— И как давно это было?

— Неделю назад. Зачем тебе это?

Инкуб заметно выдохнул.

Нахмурилась: он что, решил, это ребёнок может быть от Эйтана? Хотя, чему я удивляюсь? Если я сама не знаю от кого из братьев забеременела, как он может быть уверен, что малыш от него.

Да уж! Я превзошла саму себя. Такого бардака в половой жизни у меня ещё никогда не было.

Пока занималась самобичеванием Слоан обнял меня со спины, погладил живот и стал подбираться к груди…

— Давай ужинать, озабоченный. — призвала инкуба к порядку.

— В сексуальном плане я голоднее. — промурлыкал на ухо. По телу дружным стадом пронеслись мурашки. — В последнее время я не могу смотреть на других женщин, Ило. Но стоит только подумать о тебе…

Доказательство так и не высказанной части фразы красноречиво упёрлось мне в попу.

— И всё-таки я настаиваю на ужине. Мне ребёнка надо кормить. — выбросила козырь.

— Ты права, милая. Малыш и ты должны быть на первом месте. — Слоан выпустил меня из объятий. — Что будем есть? Может я закажу что-нибудь?

— Не нужно. У меня есть домашняя еда. — полезла в холодильник, и стала доставать всё, что у меня имелось в запасе.

Вместе накрыли на стол. Уселись. Я с аппетитом ела, а парень за мной наблюдал.

— Почему не ешь? Не вкусно?

— Очень вкусно. Мне досталась не только красавица, но ещё и умница, и отличная хозяйка. — инкуб довольно улыбался. — Только став моей женой, ты у плиты стоять не будешь. Для этого есть прислуга.

— А чем буду заниматься я? — не стала спорить про замужество, потому что бессмысленно — всё уже решено. И не только им.

— Чем захочешь. К твоим услугам все дорогие салоны столицы. Хочу, чтобы ты меня встречала красивая и отдохнувшая. Ты мне не для обустройства быта нужна, а для любви.

— Ммм, как заманчиво. Придётся соглашаться… Но поесть тебе всё же придётся. Не хочу слушать всю ночь голодные вопли твоего организма.

Инкуб расплылся в улыбке, и придвинул ближе тарелку с домашними пельменями.

— Вкусные штучки. — заключил, закинув в рот последний пельмень. — Научишь мою служанку их готовить?

— У тебя новая служанка? Ты не говорил.

— А зачем о ней говорить? Она всего лишь обслуга. Бездушная и безэмоциональная. А ещё бесполая.

— Это как? Раз служанка — значит она женского пола.

— Поймёшь, когда увидишь. — Слоан довольно улыбнулся. — Это моя новинка. Специально для ревнивых пар.

Вскинула брови.

— Ты считаешь, что я ревнивая?

— Ммм…, очень на это надеюсь.

— Зачем тебе это?

— Хочу чувствовать твою любовь во всех её проявлениях.

Внимательно всмотрелась в лицо молодого красивого мужчины, и вспомнила разговор с Тинаром по поводу одарённых. Похоже мне придётся всю жизнь доказывать этому товарищу свою любовь. Надеюсь, её настолько хватит. Но тут в рукаве мелькнул браслет и сердце больно защемило… Хватит и любви, и терпения. Хоть на сто лет. Лишь бы он был подольше со мной и нашим малышом.

Оглядываясь назад, понимала, что меня ещё ни один мужчина не любил так, как Слоан. Он пожертвовал ради моей любви жизнью. И я его не подведу и не предам. И пусть я пока не уверена в том, что чувствую к нему именно любовь, но признательность, уважение, восхищение, влечение и нежность уже точно во мне живут. А ещё во мне растёт ребёнок, которого я люблю больше жизни, и ради него готова на всё.

Со стола Слоан убирал сам. Меня отправил в душ.

Стоя под теплыми струями воды,