Солнце мира богов. Том первый (СИ) - Анна Цой

желанием услышать максимум слухов из предложенного хм… скорее монолога — моя повариха молчала и искала косым взглядом посудину потяжелее.

— …быстренько вас разгонит, косарей!

Глаза загорелись. Я повернула голову к служанке. Та уже не в первый раз перевела:

— Косарь — это халтурщик, миледи.

Я кивнула, откусила ещё кусочек и продолжила вслушиваться:

— Щас как сковородкой огрею и будете знать, как прохлаждаться!

Опять заинтересованное вопрошание от меня.

— Сковородка — это… которая такая с длинной ручкой, — пояснение, — вы такая милая!

Я смерила её внимательным взглядом. Скромные черты, большеватый рот, шершавые руки. На губах появилась ухмылка.

— Ты девст… — начала было я.

— Вот оно! — перебила меня моя повар, — леди Ариэлла! Вы спрашивали, что сменить — её! Уж я ей и говорила, и криком, а она… что дуб лесной! Нельзя мне, говорю, в подсобниках её быть! А она что? Да всё тот же ор!

Наклонившаяся было я отпрянула назад, очнулась и сделала глоток чая. С служанками всегда было проще. Извращать чистеньких — табу, насчёт остального — да хоть в любое мгновение. Они даже рады будут, если не мужчина, а я. Женщины априори делают приятнее.

Не зря же меня Сахарный домик любит и ценит. Я никогда не сделаю больно. Ха! Если только не попросишь.

— Вам нужны помощники? — схватила уже исписанный листок бумаги, — почему не сообщили старой управляющей?

Вот не люблю я всю эту волокиту. Ходи сейчас и выслушивай кто кого раздражает, когда тебя саму раздражают все они вместе взятые.

— Да говорила, сколько раз, что и не сосчитать. Грит одно, — упёрла руки в бока главная женщина, — нет этого… финын… ныфин? Денег тю-тю короче!

Я улыбнулась.

— Финансирования, — догадалась, — это странно, — я оставила пометку на бумаге, — Виктор точно может позволить себе второго повара, раз выделил его для меня. А! Постойте! Так теперь в нём смысла нет. Делайте свои дела вдвоём, а я подниму вам плату до её уровня! — указала сперва на «свою», а после на другую, — я прихожу раз в день, и мне нужна пара пирожочков и бублик, а вы вдвоём сможете приготовить их заранее. Всё! Извольте! Я гений! — я спрыгнула на пол, допила чай и направилась вверх по короткой лестнице, — м! — остановилась и улыбнулась служанке, — что там с девственностью?

Три пары глаз ошарашенно взглянули на меня.

— Д-да, миледи, — пропищала служанка.

Я тяжело вздохнула.

— Какая жалость. В этом замке существует хоть одна нескромная дама или госпожа подстать моим потребностям⁈ — я выпрыгнула за дверь и махнула в воздухе листком бумаги, — Викторчик вечно занят, Айз ещё не додумался подобраться ко мне, а я… а я беременная гормонально неустойчивая висталка двадцати семи лет с повышенным либидо. Хм… дополню: с совершенно неустойчивой пси… Виктор! Солнышко! — я зарулила в прилегающий к этому коридор и, успев ухватить под локоть размеренно вышагивающего в сторону выхода лорда, сунула ему под нос бумажку с надписями, — как твои дела? А, знаешь, давай ты потом расскажешь. У меня куча дел, знаешь ли! А ты тут собрался мне болтовню устроить, — моя провокация у молчавшего всё это время мужчины вызвала ироничную усмешку, — м, кстати. Зная твою прямолинейность и всё остальное — может переспим? Не зря же мне мерещится всякое…

— Времени нет, призывающая, — принял мой листок, спрятал его, убрал мою руку со своего локтя и сбежал со ступенек, чтобы рывком запрыгнуть на лошадь и, подарив мне голубой взгляд, умчать в сторону широкой витой арки в конце сада.

За ним пронеслась целая стайка всадников во главе с Томом. А вот мы с лакеем и дворецким остались стоять сиротливыми столбиками, смотрящими вслед удаляющимся.

— Мне нужна шлюха, — разбила тишину я, — где там вообще этот Варг? Из него бы вышла идеальная проститутка, да господин… хм. Я почему-то не запомнила ваше имя.

— Мелентий, леди Кери, — был невозмутим мужчина, — насчёт ваших слов, то полагаю, если вы в этом уверены, то так оно и есть.

Я хмыкнула.

— Вы мне уже нравитесь, Мелентий, — я оглядела сад, а после задрала голову к замку и в частности к его входу, — знаете, все эти деревья такие деревянные и лиственные, прям как надо, а вот стены… мм-м. Вам сообщили о предстоящем светском рауте в нашем саду? Нет? Как так вышло. Непонятно, — я сошла со ступеней, приняв помощь господина, и встала к деревьям спиной, — м-да. Серый. Крыши красивые, но вот вся остальная громада… ещё и эти жопные подсвечники! Кто их вообще сконструировал? Явно извращенец! — я задумалась, — а вот стены… да! Решено! Назовите мне количество полного штата служащих дворца мужского пола.

Я даже выпрямилась от воодушевления. Вот только дальнейшая моя болтовня о краске не возымела совсем никакого эффекта — господин молчал. Вернее, он и тот всё ещё стоящий заинтересованной статуэткой лакей застыли, кто в какой позе был, не дыша и не поворачивая даже глазными яблоками.

Пришлось пройти мимо каждого из них, махнув руками перед лицами и проверив ход времени вокруг. Оно шло!

— Какого…? Та девушка! — вспомнилось мне, — ага. Пришла ещё раз? Чёрт тебя дери! Где ты тогда⁈

— Луна вросла в мои глаза

В каждой деревянной вещи хором плакали леса, — снова печальная песня.

(прим. автора: Дарья Виардо «Песня юродивой»)

— Ага, — рванула ко входу я, — мм-м… привет, — запыхавшись и внимательно разглядывая хитренькое лисье лицо, которое в этот раз она не стала прятать от меня, рассматривая меня в ответ с тем же интересом, помимо… грусти, — не против, если я сяду? — спросила у неё с какой-то печальной улыбкой.

— Безумием мнимым я обличаю

Безумие мира — он одичалый, — она качнула головой и указала мне на пол рядом с ней.

Я тяжело выдохнула и упала в медитативную позу, прислушиваясь к словам.

— Я изнемогаю от любви, ангельские кружева

И от благодати кружится голова.

— Висталочья магия, — мои рассуждения вслух, — если ты поёшь и нас хм… «соединяет» в один поток магии, то мы с тобой должны иметь какую-никакую связь, — я махнула рукой перед собой, после чего вгляделась в тот мерзкий комок связей и не нашла там ничего, что связывало бы нас двоих, — и это было логично! Мы же с тобой никогда не встречались. Уверяю тебя, — под её задумчивым взглядом, — у меня удивительная память на лица.

— От неба я хочу ответа

Зачем? Зачем всё это?

— Про небо хороший вопрос, — хмыкнула я, — знаешь, хер его знает. Зачем для простого размножения нужна вся остальная муть — непонятно. Хотя, Цикл же не природа, чтобы нас так подпинывать, — я вздохнула, — вот ему мы для чего нужны — вопрос,