Выбор королевского дознавателя (СИ) - Ульяна Муратова

— Ужасно глупый, гварф Хазарел! — надменно кивнула гварцегиня.

— Не глупый, а порядочный! — возмутилась я, поджимая раненую ногу. — Я просто не хотела, чтобы Аршесу было больно!

— Если она настолько наивная и порядочная, то это даже хуже, чем если бы она была просто клинической идиоткой, Аршес, — недовольно поджала губы зайтана Эррагер. — Потому что она не могла не понимать, что я её в порошок сотру и акулам скормлю.

— Никогда! Не смей! Больше! К ней! Приближаться! — взорвался Аршес, повернувшись к матери.

— И манеры, — полностью проигнорировав вспышку Аршеса, продолжила зайтана Эррагер. — У неё просто отвратительные манеры. Она тычет пальцем, Аршес. Это непозволительно. Завтра в десять утра я жду её здесь для встречи с моей модисткой. После этого у неё будет занятие по этикету. До тех пор, пока она твоя ардана, я не позволю ей выглядеть, как портовая нищенка!

Повисла пауза. Аршес несколько раз удивлённо хлопнул глазами. Я молчала, не зная, как реагировать. Боль в ноге занимала куда сильнее, чем их перепалка. Попробовала наложить обезболивающий аркан, но он искрами рассыпался в воздухе. От досады я чуть не зарыдала. Ардан наконец спохватился и сплёл лечебные чары.

— Инбид, найди, пожалуйста, целителя. И прими мою благодарность и извинения за беспокойство. И выясни заодно, с чего бы с потолка начали сыпаться люстры.

Хазарел кивнул и исчез в пустом проёме двери. Аршес перевёл тяжёлый взгляд на мать.

— Знаешь, это выходит за все разумные рамки. Ты перешла грань. Ни к какой твоей модистке Виола завтра не пойдёт. И на занятия по этикету отправится, только если сама этого захочет.

— Но…

— Без «но»! Она — моя лазтана. И я собираюсь на ней жениться. Смирись и веди себя цивилизованно.

Слова Аршеса шокировали гварцегиню настолько, что она удивлённо уставилась на меня. Так, словно увидела в первый раз.

— Но она же человечка… — убито пробормотала будущая свекровь.

— Гайрон сделал выбор. Дискуссия закрыта. Смирись, мама, — Аршес подхватил меня на руки и понёс прочь из разгромленного кабинета, но в проёме остановился и обернулся. — Пять тысяч? Серьёзно? Ты оценила меня в пять тысяч? Это даже обидно! В качестве подарка ко дню матери жди букет с соседней клумбы!

— Аршес, я… — она посмотрела на сына виновато. — Я… я была неправа…

— Очень неправа, мама, — припечатал Аршес. — Но мы обсудим это позже, когда я немного успокоюсь. Я так понимаю, что ты сначала отправила за Ви наёмников, а когда у них ничего не вышло — ещё и стражу, чтобы её с позором протащили через весь отдел?

— Да, — холодно признала гварцегиня.

— Ещё хоть одна подобная выходка — и ты меня больше вообще не увидишь.

Я опасливо вцепилась в мундир Аршеса и выглянула из-за его плеча. Её блистательность гварцегиня Эррагер стояла посреди разгромленного кабинета, как в центре бальной залы, — с достоинством держа идеально ровную спину и высоко подняв голову.

— Я услышала тебя, Арш, подобное больше не повторится. Даю слово.

— Хорошо, мама.

Вернувшийся Хазарел окинул насмешливым взглядом нашу компанию.

— Загадка века разгадана. Этажом выше рабочие уронили и раскололи мраморную ванну, странно, что упала одна люстра, а не весь потолок. Если мой уникальный дар дознавателя больше не требуется для раскрытия настолько замысловатых преступлений, то я, пожалуй, откланяюсь. Радость видеть ваши лица настолько велика, что боюсь получить передозировку счастья! — ядовито процедил Инбид, после чего исчез уже окончательно.

— Но модистка всё равно нужна, — как ни в чём ни бывало продолжила гварцегиня Эррагер. — И манеры, Аршес. С ними нужно что-то делать. Мы же не можем прятать твою жену. Ты должен будешь ввести её в общество. Нельзя позволить, чтобы хоть кто-нибудь посмел сказать о ней плохое слово.

— Над манерами мы работаем, — тяжело вздохнул ардан. — И насчёт уроков этикета подумаем.

Я испуганно прижалась к Аршесу. Не надо мне никаких уроков этикета!

— В конце концов, она гваронесса Зинтоза. Кстати, почему ты ещё не вернул ей титул, сын? И эта история с её дядей… нужно подумать, как всё это преподнести публике. Ладно, это заботы другого дня. Идите, дети.

Зайтана изобразила на лице нечто, предположительно обозначавшее улыбку. Словно марраза оскалилась. Меня передёрнуло.

«Я бы всё-таки трижды подумал, прежде чем за Аршеса замуж идти. Такая свекровь — ярмо на всю жизнь. А мужика можно и другого выбрать. Сироту, например», — протянул внутренний голос.

Ардан отнёс меня обратно в отдел дознания, где ногу осмотрел целитель.

— Порваны связки, но ничего критичного. Пятидневка полного покоя, пока лодыжка заживает. Не ходить, на ногу не наступать. Принимайте вот это зелье, а вот эту мазь накладывайте под плотную повязку, — сказал лекарь, закончив оплетать чарами мою опухшую щиколотку.

Аршес отнёс меня в спальню при кабинете и уложил на постель.

— Прости, Ви… — погладил он мои руки. — Я не ожидал, что она способна зайти так далеко. И спасибо.

Я молча обняла его и тяжело вздохнула.

— Ты правда гварцег? — тоскливо спросила я.

— Правда. Извини. Я не специально гварцег. Так само вышло.

Улыбнулась и погладила его по щеке.

— Какие ещё в тебе есть скрытые недостатки?

— Целый фургон и маленькая тележка, — обрадовал Аршес. — Но рассказывать ничего не стану. Потом сюрприз будет. Кстати, у нас серьёзная подвижка по делу приюта. Мы нашли твою директрису и её приспешниц. Вернее, мы думаем, что нашли. Кто-то прислал анонимку с информацией о том, где их искать. Я отправил туда пограничный патруль, надеюсь, что он найдёт наших обвиняемых живыми. Очень уж хочется с ними побеседовать.

— Ты возьмёшь меня с собой на допрос? — с надеждой спросила я.

Аршес нежно поцеловал меня в шею.

— Конечно. Если ты этого захочешь. Но должен тебя предостеречь: с подозреваемыми я могу быть очень жестоким.

— Я уже знаю.

— Ошибаешься, Ви. Но рано или поздно всё равно увидишь. Так что будет очередной сюрприз.

Капитула двадцать четвёртая, о разговоре с Яторой

— Ви, ты как? — появился в дверях Аршес.

— Отлежала уже все бока, — пожаловалась я. — Есть новости?

— Да, есть. Собственно, я и пришёл тебе рассказать. Давай отнесу тебя на диван в кабинете, и ты посидишь со мной, пока я работаю?

— Давай, конечно! — обрадовалась я и проворчала: — За пять дней уже належалась на год вперёд.

— В общем, я тебе уже говорил, — начал гайрон, подхватив меня на руки, — что бывшую директрису вашего приюта везут в Нагуссу. Здесь корабль будет числа восьмого, не раньше. Но сегодня я получил послание от той пожилой воспитательницы, что занимается сиротами на Айпагарре. Помнишь её?

— Зайтану Захарру? Помню, конечно.

— Так