Хочешь мою жизнь? - Анюта Тимофеева

хочу другую госпожу. Я сам себя убью! Но если надо что-то сделать для вас – я готов. Все, что угодно. Вы… вы обиделись, что я не догадался? Я долго не верил, что вы больше на меня не злитесь, а потом решил, что просто научился быть полезным своей госпоже.

- Ладно, все, успокойся, - говорит она. – Может, и не надо было тебе рассказывать. Ведь, получается, никто ни о чем не догадался. Кстати, выброси из головы мысли, что госпожа Лийлайна чем-то мне угрожает! А скажи-ка мне, кстати, когда я изменилась?

Вот тут я притих, пытаясь разобраться во всей этой информацией. Потом честно попытался ответить и убедить ее:

- Надо, госпожа! Надо было рассказать. Я никому никогда не признаюсь. Но я смогу быть вам полезным, если буду знать правду. А когда вы изменились? Я уже не могу сказать… после Совета? Когда не отдали на коррекцию?

- Не угадал, - хитро улыбнулась госпожа. – Еще попытка.

- На вечеринке? После? – она качала головой снова и снова.

- Ладно, - сжалилась она. – Когда я плохо чувствовала себя после вечеринки. Что же, я хорошая актриса, это радует.

Вот все равно мне кажется, что я чем-то ее обидел… Хотя этого не может быть – кто я, и кто она! И наказать госпожа всегда может мужчину, если злится, а она не обещала мне наказание…

***

Кирилл

Я ждал, но потом мне стало откровенно скучно сидеть в номере. Что я, прилетел сюда, чтобы в комнате отсиживаться? К тому же, солнца заманчиво светили в окно. Солнца… да, сразу понимаешь, что ты на другой планете. В гостиничном коридоре было просторно и тоже солнечно. В конце концов, можно и на улицу спуститься. Я не буду отходить далеко от гостиницы.

- Кир, ты, что, не смог меня подождать?

Вот я и дождался Лии, и именно тогда, когда нарушил обещание. Мне стыдно, честно.

- Хорошо, завтра я покажу тебе гарем, раз тебе так не терпится там очутиться, - продолжила она.

- А ты… вы пили? – удивился я, заходя обратно в номер. Чувствую, что она начинает злиться, и хочется перейти на «вы».

- Я встречалась с подругами, милый! Конечно, мы развлекались. Хорошо, что вейдже не пили. Знаешь, что это такое?

Точно, она злится. И продолжает:

- Наверное, мне стоит рассказать тебе, что это такое. Мне вообще многое стоит тебе рассказать. На этой планете все немного другое, чем на Земле.

Ну что за детский сад! Это я о себе говорю. Я обиделся. Я ждал ее с этой встречи, мне было скучно. Конечно, смешно взрослому человеку не уметь чем-то себя занять. Но выйти за территорию гостиницы я не мог, даже из номера лучше было не выходить. Стоило лететь через полкосмоса! А еще это упоминание про гарем. Помню, помню – там умелые наложники, очень приятно о таком слышать! Ладно, согласен, это чувство неполноценности: я ничего «такого» не умею, а здесь, как я понял по обрывкам информации, мужчин специально этому учат. Как в нашей древности нормальные женские гаремы у султанов, так и здесь – гаремы, но мужские.

А она пришла взбудораженная, слегка нетрезвая. Я понял, как я ее хочу… Но попросить или намекнуть не мог, что-то удерживало. Унизительно. Ну не могу я сейчас встать на колени. На Земле мог. Будь все проклято! Точно надо голову лечить! И уже пусть свяжет, как местных, хотя бы страдать буду по делу. И злиться буду.

- Что случилось? – и снова она почувствовала мое настроение. Но дальше сказала совсем непонятно: - Сегодня у меня что-то странное с мужчинами творится: один испугался, второй обиделся.

- Кто испугался? – удивился я. Пока я тут сижу, жизнь проходит мимо.

- Старые счеты, - отмахнулась она. – Знакомая привела с собой своего наложника. Он меня немного знает. Я потом попрошу его рассказать тебе кое-что. Пойдешь со мной? Вот и покажу гарем!

- Эх, я уже понадеялся, что увижу женский гарем, а потом вспомнил, где нахожусь, - подколол я.

- Женский гарем? Так вот, о чем ты мечтаешь? – притворно разозлилась она. А может, и не притворно. Черт, я балансирую где-то на грани, и вот-вот эту грань переступлю.

Не дожидаясь ее вспышки, встал на колени. Почему-то это оказалось неожиданно легко.

- Послушай… Может, и хорошо, что ходить никуда не надо. Просто, будь мы на Земле, я бы пришел к тебе за болью. Потому, что мне плохо. Очень. Я не знаю, почему. Боюсь, что сейчас что-нибудь скажу, что тебя обидит.

- Мой мальчик! Это очень смело – просить о боли нетрезвую женщину на Венге.

Она наклонилась ко мне, обдавая легким сладковатым запахом какого-то алкоголя. И это оказалось неожиданно возбуждающе. Недотрах? Может, это и есть самое простое объяснение? Выпороть и трахнуть, а у меня этого давно не было?

- Почему ты смеешься? – удивилась она.

- Нет, не подумай ничего такого! Это я над собой смеюсь.

- Пороть? – она взглянула на меня с предвкушением. – Сильно?

- Не знаю, - вдохнул я. – Хотелось бы выжить. Да и сидеть после этого тоже бы не помешало.

Лайна

Да я вообще на него не злюсь. Просто испугалась, что придется из чьих-то лап вызволять. Причем я понимаю, что земному мужчине здесь очень трудно. Вот никогда не смогу представить себе ситуацию, чтобы я сама осталась на чужой и агрессивной планете.

- Я наказывать никого не собираюсь, - озвучила я. Хватит сегодня одного, который шарахнулся чуть ли не в другой конец зала, когда меня узнал. Не думала, что я такое чудовище. Хотя, если честно, мнение раба, уже чужого, не моего, не должно волновать. Да и не волнует особо. Я просто все больше понимаю, что совместить Венгу и Кирилла у меня не получится. Либо одно, либо другое.

- Лий, ты расстроилась? – вдруг чутко среагировал мой мальчик. Забавно он сокращает мое имя. – Из-за меня? Или тебя эта подруга расстроила?

- Из-за тебя, - честно ответила я. – Но не из-за того, что ты сделал. Просто все сложно. Я скоро расскажу, очень скоро.

- Вот не надо было туда ходить, потому что до этого у тебя было хорошее настроение! – проницательно заметил он. – Послушай, тогда я могу ведь гордиться собой? Ты же отвлечешься от проблем, когда меня выпорешь? Настроение