Смерть меня не найдёт (СИ) - Ефимия Летова

лирта Тонри, перспективы у меня были незавидные. Постепенно стазис будет спадать и процессы в моём мёртвом теле пойдут такие же, как и в других телах. Окоченение, гниение, вздутие, мерзостный запах, про прочее умолчу.

Утомилась я не только от импровизированного, в целом безрезультатного симпозиума, но и от совершенно бесполезных расспросов одного безмозглого некроманта-двоечника и его внезапных, таких эксклюзивных познаний, источник которых, как мне вдруг с маниакальной подозрительностью стало казаться, сводился к тому, что кто-то залез в постель к выжившей из ума преподавательнице, решившей тряхнуть стариной и похвастать перед юным студентиком своей глубокой и обширной, кхм, эрудицией.

Но, возможно, я реально уже параноик.

— А нет ли у вас некромантов посильнее? — наконец, не выдержав, спросила я. — Кого-то очень сильного, опытного некроманта, эксперта, так сказать?

Горе-учёные потупились. Во-первых, любому некроманту запрещено совершать какие-либо манипуляции с людьми без соответственной бумажки, получить которую довольно непросто (на этом этапе обсуждения Март независимо отвернулся и принялся насвистывать что-то незатейливое). Во-вторых, маловероятно, что удастся найти эксперта, некромантия и так редкий донум, а уж тех, кто занимается ею всерьез — и вовсе по пальцам перечесть, в силу довольно малой востребованности за пределами королевского дворца.

Вот главный королевский некромант — фигура явно знающая и квалифицированная, но как до него достучаться? У него даже имя не разглашается, во избежание попыток давления на ход следствия, полное инкогнито. Есть такой мегамаг, за семью замками в королевском замке. И Март, как выяснилось, несколько приврал — он пытался получить должность только его главного помощника, да и на том бесславно погорел — однокурсники, как оказалось, были не в курсе этой истории и пришли от неё в неописуемый восторг — по их мнению, на такие амбициозные безумства тот Март, которого они знали по школьным годам, был не способен, а он взял да и удивил. Не человек — сюрприз в шоколадной глазури.

"…а ведь Лигран наверняка знает, что это за тип и как к нему подобраться", — отчего-то мелькнувшая ненароком мысль была не очень приятной. Знает и знает. Но даже думать о якобы сочувствующем, а на деле приведшим меня на казнь красавчике-следователе я себе запретила. Привёл один раз — приведёт и второй. Как бы ни был велик соблазн…

Наконец, честная компания разошлась: у всех бывших жителей приюта уже были семьи и какая-то своя налаженная жизнь. Остались местный привратник, охранник и почти что домовой в одном лице Милко, который… которая… так и жило тут, скрываясь от внимания властей и надеясь, что готическое по духу здание ещё долго никому не понадобится, Март, Ильяна, то и дело недовольно зыркавшая на меня глазами, и я. На втором и третьем этажах были комнаты, по которым мы, под угрюмым предводительством Милко и разошлись. Как оказалось, он же — пусть будет "он", в самом-то деле! — и снабдил Марта халатом и туфлями, оставшимися от прежних обитателей. Мне тоже, правда с некоторым скрипом, как не-выпускнице приюта и даже не родственнице, был выдан комплект домашней одежды, без нормального нижнего белья, о том и мечтать уже перестала, но всё-таки. Пропустив вперёд Марта, Милко вдруг прижал меня к стене.

— Как ты сломала забор? — прошептало — или прошипело — существо. — Починить сможешь?!

— Выбила рукой! — тем же шепотом ответила я. — Донум у меня такой: заборы крушить. Ну, или приставучие физиономии. Починю, когда оживу. Раньше никак, прости.

И существо, аналог домового, как-то разум отстало. Удобно. Придумай себе донум позакавыристее, желательно такой, чтобы проверять никому не захотелось, а потом вообще умри — и вуаля. Жаль, не со всеми сработает, но тем не менее…

А Март какой продуманный, однако. Не имеет своего дома, а знает, где переночевать на халяву — то в доме утех, то в бывшем дурдоме. Самое оно.

Тело в отдыхе не нуждалось, как мне кажется, зато явно нуждался мозг. Надо бы поспать, хотя бы эта функция в организме ещё работает. Количество суток до апокалипсиса неумолимо сокращается, но утро вечера мудренее и всё такое… Я села на кровать — возможно, пора начинать коллекционировать экзотические места ночевок в этом мире. Из-под кровати, муркнув, высунулся Ксамурр, дружелюбно потыкался в ноги лбом.

— Тоже перемещаешься в пространстве? Или у тебя дар предвидения, и ты знал, что меня отправят именно в эту комнату? — я почесала кота по костлявому лбу. Мёртвый, а ласку любит и ждёт.

…кому, как не мне, его понять.

Стук в дверь прервал мои попытки устроить гудящую голову на подушке, а устроившийся было на пояснице буханкой некрокот — совсем как на трупе тогда, в морге — метнулся опять под кровать. Кто это может быть? Снова Милко — решил потребовать восстановления забора, или Ильяна — решила потребовать, чтобы я не мешала её брату жить, или…

На пороге стоял донельзя смущённый Март, вертел в руках полную чего-то золотистого бутылку. На этот раз в ней было явно не молоко.

Или — молоко кварков. Откуда мне знать.

— Прости! — начал он с порога. — Прости меня, я… я не знал, что так получится, я не хотел! Я даже и не верил, что такое может получиться, просто на пьяную душу хотел произвести… впечатление. Ну, прости, я… я что-нибудь обязательно придумаю!

— Да ладно! — махнула я рукой, испытывая острое желание завернуться в одеяло с головой. — В конце концов, если бы не это, я бы уже умерла, а так… остался хоть какой-то шанс. Так что, по сути, ты меня даже спас.

"И ты не виноват, что совсем не супергерой из сказок моего мира, тот, который спасает Вселенную и прекрасную принцессу в гордом одиночестве одной левой. Или это я — недостаточно прекрасная принцесса? Особенно теперь, с таким-то телом, ага, как же"

Повисает неловкое молчание, хотя Марту, кажется, становится несколько легче. Дурацкий барский халат он