Мария Снайдер - Испытание ядом

– Когда?

– Не знаю. Я еще не получил документы, поэтому надеюсь, что это можно как-нибудь притормозить. Если бы ты только помогла найти мне эти бобы!

И я с изумлением поняла, что он по-прежнему считает меня своим другом. Даже признавшись в том, что пытался меня отравить, он все еще полагал, что я ему помогу. Мне нечего было ему сказать.

– Я постараюсь, – ответила я и поспешно вышла из кухни.

Когда я незаметно проскользнула в покои Валекса, первые предрассветные лучи окрасили вершины гор Духа. Высокие окна гостиной выходили на восток, поэтому, войдя внутрь, в тусклом предутреннем свете я увидела профиль Валекса, который расположился на диване в ожидании меня.

– Уже вернулась? – осведомился он. – Жаль. Я уж собирался организовать поиски твоего трупа. А то вдруг ты начала ломиться к южной колдунье, чтобы принести себя в жертву. Но, видимо, они тебя вышвырнули, решив, что ты слишком глупа для того, чтобы тратить на тебя время.

Я плюхнулась в кресло в ожидании, когда Валекс исчерпает свой сарказм. Никакие мои оправдания не смогли бы удовлетворить его. Он был прав – глупо было одной выходить наружу, но логика и пустой желудок плохо сочетались друг с другом.

– У тебя все в порядке? – спросила я, когда он закончил.

– Что? И никаких возражений?

Я покачала головой.

– Тогда – все.

– Очень хорошо, – ответила я. – Поскольку ты и так уже находишься в отвратительном настроении, я расскажу тебе о том, что произошло на кухне. Две новости: одна – хорошая, другая – плохая. С которой начинать?

– С плохой, – ответил Валекс. – По крайней мере тогда у меня останется надежда, что хорошая новость уравновесит плохую.

Я собралась с духом и призналась ему в том, что невольно выдала Ранду сведения о проводившейся им операции. Валекс помрачнел.

– Ты сам виноват! Я хотела защитить тебя! – вспылила я.

– Защищая мою честь, ты умудрилась свести на нет многомесячную работу. И ты считаешь, что я должен быть польщен?

– Да, – ответила я, совершенно не собираясь переживать из-за этого.

Если бы он не стал проверять мою верность с помощью Стар, не оказался бы в этой ситуации.

Валекс откинулся на спинку дивана и принялся растирать себе виски.

– Я собирался провести аресты лишь в конце месяца, однако теперь мне придется сделать это до того, как Ранд успеет оповестить Стар. – Валекс протер глаза. – Впрочем, может, это и к лучшему. Думаю, Стар уже начала кое-что подозревать. Никакой противозаконной деятельностью она не занимается. И если я заберу ее сейчас, то можно будет выяснить, кто ее попросил отравить бутылку с ситийским коньяком.

– Стар? Но как?

– У нее на службе состоит убийца с юга. Только у него имелись необходимые для этого навыки. Я абсолютно уверен в том, что Стар это делала не по собственной инициативе. Ее организация выполняет любые заказы за соответствующие деньги. И я должен выяснить, кто согласился пойти на столь большой риск, чтобы скомпрометировать ситийскую делегацию. Ну а в чем заключается хорошая новость? – спросил он, вставая.

– Таинственные бобы представляют собой необходимый ингредиент для изготовления «Криолло».

– Тогда почему Брэзелл солгал, когда подавал заявку на получение лицензии? У нас не существует законов, запрещающих изготовление десертов, – ответил Валекс, завершая логическое рассуждение.

– Может статься, что бобы импортируют из Ситии, – предположила я. – А это незаконно, по крайней мере, до тех пор, пока с ней не подписан торговый договор. К тому же существует вероятность, что Брэзелл использует еще какие-нибудь ингредиенты из Ситии.

– Вполне возможно. И я допускаю, что именно поэтому он так стремился к заключению этого договора. Следовательно, тебе придется проявить особую внимательность, когда ты окажешься на заводе.

– Что?

– Командор собирается посетить Пятый округ после отъезда южан. А ты должна быть там, где находится он.

– А ты? Ты ведь тоже поедешь? – Горло у меня сжалось от страха, и голос сорвался.

– Нет. Мне приказано оставаться здесь.

– Раз, два, три, четыре, пять. Будешь бита ты опять, – скандировал Янко.

Я уже была прижата к стене. Палка вывалилась у меня из рук, а Янко прикоснулся своей к моему виску, подчеркивая сказанное.

– В чем дело? Обычно ты лучше держишься, – облокачиваясь на палку, осведомился он.

– Слишком рассеянна. – Я лишь на кануне узнала от Валекса о планах командора.

– Тогда что мы здесь делаем? – спросил Ари, который вместе с Марин наблюдал за нашим поединком.

Я старалась не встречаться с ним взглядами, все еще ощущая неловкость из-за того, что могла наговорить в состоянии беспамятства.

– Еще один раунд, – промолвила я, восстанавливая дыхание. – А почему ты всегда читаешь стишки во время схватки?

– Это помогает сохранять необходимый ритм движений.

– А другие стражники не смеются над этим?

– Им не до смеха, когда я одерживаю над ними верх.

Мы приступили к следующей схватке. Я изо всех сил старалась сосредоточиться, но вновь потерпела поражение.

– Ты слишком стараешься, – заметил Янко. – Я заранее вижу, что ты собираешься предпринять. Ты выдаешь себя, и я успеваю поставить блок прежде, чем ты наносишь удар.

– Мы же не просто так тренируемся, – добавил Ари. – Атакующие и оборонительные движения должны стать инстинктивными. Не надо думать, просто надо быть бдительным. Заблокируй все посторонние мысли. Сконцентрируй все свое внимание на противнике, но не слишком.

– Ты же противоречишь сам себе, – в полной растерянности воскликнула я.

– И, тем не менее, это работает, – ответил Ари.

Я сделала несколько глубоких вдохов и попыталась избавиться от неприятных мыслей о предстоящей поездке в округ Брэзелла. Вместо этого я провела руками по палке и сосредоточилась на гладкой поверхности своего оружия. Потом я оценивающе взвесила ее в руке, пытаясь стать с ней единым целым – так, чтобы палка являлась продолжением мысли.

Мои пальцы слегка завибрировали, когда я скользила ими по текстуре дерева. Сознание, огибая шероховатые участки, устремилось в палку, а затем, развернувшись, потекло обратно. Я почувствовала, что палка стала частью меня, и я владею ею с такой же легкостью, как собственным туловищем.

Я вступила в третью схватку, ощущая, как внимание пронизывает каждую клеточку моего тела. Интуитивно ощущала, что собирается сделать Янко. За долю секунды, до того как он наносил удар, я успевала поставить блок. Вместо того чтобы судорожно защищаться, я успевала контратаковать. И Янко начал отступать. В моей голове звучала музыка, и я двигалась в ее ритме.