Королевская Академия Магии. Четвертый факультет (СИ) - Самсонова Наталья

— Вот-вот, Артаганн тоже кашлял. Ссерша не глупая, знает, так двуногие скрывают смех. Что смешного сказала Ссерша?

— Что самое странное — ничего, — улыбнулась я.

Переодевшись в юбку-брюки, я обула туфельки на самом низком, почти отсутствующем каблуке, и выбрала темную рубашку в тон темному же жакету.

— Маскировка бессмысленно, — выразительно прошипела Ссерша. — Хтонька начинает светиться.

Сняв с волос насекомыша, я убедилась — ши-тари права. Как всегда. Черт.

— Артаганн начал движение, — встрепенулась моя подруга.

Трижды черт! Я даже не успеваю подумать!

А с другой стороны… К чему лишние мысли? Пора действовать!

— Перемести меня прямо на перед Артом, — четко произнесла я и прикрыла глаза, готовясь к удару.

Ссерша выполнила приказ идеально. И мой дракон среагировал тоже идеально — перехватил меня за талию и, крутанув нас вокруг своей оси, погасил инерцию от резкой остановки.

— Почему ты не спишь? — первое, что спросил он, когда мы отдышались.

— Потому что неприличная невеста неприличного дракона должна творить непотребства вместе с ним, — выпалила я. — Не пущу тебя одного, я до утра с ума сойду!

— Какая у вас интересная сложилась пара, — раздался чей-то низкий голос.

— Главное, что сложилась, — произнес Арт и задвинул меня себе за спину.

И уже из-за его спины я увидела будущего Драконьего Императора, который выглядел вполне себе обыденно. Ну, по-драконьи обыденно — высокий рост, широкие плечи, пепельные волосы до плеч и ненормально сиреневые глаза. Все остальное было стандартно-породистым. Я, если честно, не знаю как это объяснить… Ну, вот, если вспомнить моду на одинаковую внешность на земле! Только тогда это касалось в основном девушек — одинаково сделанные губы, брови и ресницы превращали девчонок в клонов. Этот же, Ларовирр-младший, был обыденно-красив. Правильные черты лица, никакой изюминки, кроме ненормально сиреневых глаз, которые скорее вводили в ужас, чем заставляли восхититься цветом. Тем более, что это был не насыщенно-сиреневый, подобный грозовому облаку, а какой-то бледный, болезненный цвет.

«Никогда не встречал подобной точки зрения на внешность кронпринца», стукнула мне в виски мысль моего дракона. «А еще я думаю, то ли мне обидеться, то ли возгордиться».

«Простить и смириться», отозвалась я. «Единственная причина, которая заставит меня стоять в стороне — наш ребенок. Потому что кто-то из родителей-дураков должен остаться жить, чтобы малыш не рос в приюте. В остальных случаях, записывай меня в свой отряд самоубийц».

«У нас не отряд, а… Даже не знаю, группа из двух чело-драконов?», хмыкнул в ответ Арт и уже вслух произнес:

— Да-да, мы общаемся мысленно.

Кронпринц, чьего имени мне так никто и не назвал, уставился на меня и медленно произнес:

— А ты сказал госпоже Лагрант, что при дворе у нее есть шанс найти более интересного супруга? И дело не только в том, что она искра рода, но еще и в ее крови. Устойчивость рода Лагран к ментальному воздействию… М-м-м, кто бы отказался?

— Скажи, пожалуйста, Его Высочеству, — негромко, но четко произнесла я, — что нет никого интереснее последнего из рода Каулен.

— А что сама не скажешь? — включился в игру Арт.

— Ой, я такая косноязычная, — притворно загрустила я.

И тут же отвесила себе мысленный подзатыльник — я здесь, вообще-то, ради того, чтобы сдерживать самоубийственные порывы Артаганна, а не для того, чтобы выделываться на действующую власть.

«Пока действующую», мелькнула подлая мыслишка.

Но войны страшно не хотелось. Хоть мне и повезло вырасти в сытое время, когда все войны отгремели. Но… Не хочу. Нет во мне внутренней готовности превозмогать и побеждать, тем более, что мне, как иномирянке, даже патриотизму наскрести негде. Может, тьфу-тьфу-тьфу, случись война в моем мире, я бы и знала, за что сражаюсь. А тут вообще непонятно, кто прав, кто виноват и кого вздернуть на рее.

«Не злись, ты его радуешь. Нас учили одни учителя… Точнее, его учили, а я подсматривал, если ты понимаешь о чем я. Он хочет твоей ярости, хочет увидеть твою суть. Хочет, чтобы ты выплеснула злость и дала ему управлять собой», передал мне Арт.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И следом за ним кронпринц вновь высказался:

— В конце концов, вам бы пошла корона, госпожа Лагрант. Никогда не думали о том, что можно взять власть и отомстить тем, кто делал вам больно? И, прошу, не рассказывайте мне о любви. В конце концов, после рождения наследника, у нас будут разные спальни.

А я решила ему немного потрафить — он же, как сказал мой дракон, хочет увидеть мою ярость? Ну, ярости уже нет, но зато есть, м-м-м, даже не знаю как назвать это мерзкое, тоскичное чувство… Я хочу сделать кронпринцу неприятно и не вижу причин, почему нет. Но! Умеренно и без хамства.

— Ваше Высочество, — я умильно хлопнула глазками, — вы же сами подметили, хоть и мысленно, что мы с Артом общаемся телепатически. Я знаю, чего вы добиваетесь. И да, мы не будем рассказывать вам о любви. О чувствах спорят только те, кому необходимы доказательства. А я чувствую, как безумно, собственнически и бескомпромиссно любит Арт. Телепатия, Ваше Высочество, страшная вещь.

Тут масла в огонь подлил Арт:

— Не верьте ей, Ваше Высочество. Самый главный собственник в нашей паре — Доркас. Я был в глубине ее сознания и ощущал четкую мысль — или я, или никто иной. Мы, как бы так попонятней, проросли друг в друга. Хоть это и заслуга моего ядовитого, тяжелого дара. И если с приветствием закончено, то давай перейдем к сути. Вот твои клинки.

Кронпринц махнул рукой и на наших глазах от клинков отлетело облачко праха.

— Пусть ими владеет твоя ядовитая возлюбленная, — криво усмехнулся будущий Драконий Император. — Она умеет бить в незащищенное место. И, что странно, у нее это получается лучше тебя.

Мне захотелось уточнить, правильно ли я поняла, что сердце кронпринца разбито, но это было бы уже грязной игрой. Хоть мне и было реально интересно.

«Он сам слажал», мысленно шепнул мне Арт. «Девушка была в него влюблена, а он… Ну ты помнишь, как он нас встретил? Вот и с ней общался примерно в том же духе. Проверял на слом, присматривался, получится ли из нее достойная королева, сможет ли она держать удар и все такое. В итоге девушка вдруг поняла, что любовь превратилась даже не в ненависть, а в искреннее презрение. А презрение, увы, обратно в любовь не перекуешь».

«Вот придурок», только и смогла передать я.

— Что ж, с приветствием и правда закончили, — усмехнулся кронпринц. — Ты нужен мне, как телепат и опора трона. И это не шутки.

— Вот только ты не трон, — весьма логично заметил Арт.

— И не хочу им становиться в ближайшее десятилетие, — в тон ему отозвался кронпринц, — Тиверрал, госпожа Лагрант. Тиверрал Ларовирр. По вашему взгляду понятно, что мое имя вы не удосужились запомнить.

Тут я прикусила язык, потому что… Ну потому что явно пошел серьезный разговор. И у меня даже закралась мысль, что, может быть, я тут лишняя.

«Не лишняя», бросил мне скупую мысль Арт, а вслух сказал совсем иное:

— Слишком тесные отношения между родом Каулен и благословенным родом Ларовирр привели к смерти моего отца. Слишком многие знали, кто опора трона. Кто просеивает чужой разум в поисках зерен смуты.

— Ты хочешь отказать мне? — Тиверрал неприятно улыбнулся, — уверен?

— Никакие связи Кауленов и Ларовирров более не будут обнародованы, — холодно произнес Артаганн. — Мне бы не хотелось, чтобы после моей скоропостижной смерти мой сын утратил воспоминания. И друга детства.

— Ты ставишь мне в вину мое бездействие? — прищурился будущий Драконий Империтор.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Отнюдь, — в тон ему ответил Артаганн. — Как бы я посмел? Мой будущий сюзерен поступил так, как было выгодно.

Мне кажется, что мой дракон сейчас идет по очень тонкому льду. И мне страшно. И вместе с тем, сейчас я горда как никогда. Мало кто смог бы отстаивать свой выбор перед вышестоящим лицом. А выше кронпринца, вероятно, только сам Император. Ну, если не брать во внимание всяких теневых кардиналов, которых, я думаю, здесь вагон и маленькая тележка.