Апогей (СИ) - Явь Мари "Мари Явь"

Холодный воздух с запахом разбитых надежд и разлагающегося лета наполнил легкие.

— В малый особняк. — Мы остановились на пороге, смотря на мелкую морось дождя, серые небеса и мокрую землю. — К Франси.

— Малый особняк… там с некоторых пор довольно шумно. — Я кидаю очередной недоуменный взгляд на Каина. — Ты давно не была там, да?

Да, ведь обычно Франси сама заходила за мной ближе к полудню, но сегодня я проснулась на удивление рано, потому решила навестить подругу сама. Хотя малый особняк я не любила, его стены хранили в себе слишком много плохих воспоминаний.

— И что изменилось за это время?

— Появилась очень своевольная новенькая. — Проворчал Каин, заставляя меня обреченно закатить глаза. — Уникальный экземпляр. Конечно, не настолько уникальный, как ты…

— Оставьте свою лесть, синьор. Она ни к чему не приведет. — Убедительно проговорила я, спускаясь по лестнице. Тут же подбежал слуга с зонтиком, от которого я отмахнулась. — И оставляйте свои дурные привычки, прекращайте разбивать чужие судьбы.

— Разве ты не христианка? А как же замысел Господень? Я просто покорный слуга Его длани. Вот и все. — Каин спускается следом. Машина уже ждет его у ворот. — Проводишь?

Почему бы и нет. К тому же сейчас я вдруг остро поняла, что мне нужно кое-что узнать до его отъезда. И хотя вопрос это был весьма деликатен, я готова была затронуть тему, которая, руку на отсечение, была неприятна ему и мне в равной мере.

— Каин, мне нужно задать тебе вопрос. — Молодой господин опешил от этого непривычного «Каин». — Можно?

— Да, я согласен. Но моему брату об этом расскажешь ты сама. Я еще жить хочу.

— Смешно. Потому что помимо твоего брата, есть еще и Вивьен. — Мы подошли к машине, и Каин дал знак водителю ждать. — А теперь серьезно. Это, конечно, разговор не на пять минут, но попробуем уложиться.

— Интригует.

— Лиза Керниган. Она же раньше жила здесь, верно?

— А разговор не из приятных. — Протянул Каин, засовывая руки в карманы.

— Она была твоим учителем, так?

— Да-а… была. — Коротко кивнул брат Лукас, вызывая мое побуждающее «и-и-и?». — Прожила здесь десять лет и укатила к себе в Англию.

— Ее нанимал ваш отец?

— Да, он.

— Ясно… — Я мнусь, потому что стою на пороге самого главного вопроса. — А господин Аман, он… ну… у них что-нибудь было?

Каин рассмеялся.

— Боже, знал бы я что ты умеешь так мило ревновать. О, Мейа, это просто чудесно.

— Так все же? — Тороплю его я.

— Нет, насколько мне известно. Но он скрытный, тебе лучше спросить у него или у Лизы.

— Ясно. — Конечно, так я и сделаю, ага. — Просто я думала, что… ну, что ты можешь что-нибудь знать. Очевидно, ты ее недолюбливаешь и…

— Враг моего врага — мой друг, так что ли? Хочешь завербовать меня, Мейа? В любом случае я на твоей стороне.

— Почему?

— М-м?

— Почему ты на моей стороне? Почему не на ее? Она твой учитель, что заставляет тебя ее… не любить?

Не верится, что она вела себя так же беспардонно с молодым господином, как и со мной сейчас. Так в чем же причина? И когда мужчина медлит, отводя взгляд в сторону, я говорю:

— Слушай, если это личное…

— Она была моей первой.

— …тебе не обязательно… Вот же черт!

— Ага.

В тишине прошла минута, во время которой я пыталась переварить эту правду. Лиза Керниган была первой женщиной Каина? Нет, это просто в голове не укладывается.

— Прости, я… — Поджав губы, я качаю головой. — Просто… ого.

— В каком смысле? — Недовольно протянул Каин. — Говоришь так, словно я трахнул страшную старуху.

— Нет, что ты! Но… мисс Керниган… она вроде… — Да как же так вышло, мать твою?!

— Она положила глаз на Амана, но он ей был не по зубам. — Так все-таки… вот же неугомонная! — А я был под рукой.

— Ох, Каин, прости. Мне не стоило спрашивать…

— В этом нет ничего трагического. Это было давно, и насколько я помню, мне это даже понравилось. — Брат Лукас пожал плечами, самостоятельно открывая дверь машины. — Теперь же это не имеет никакого значения. Но если ты захочешь меня утешить…

— Счастливого пути. — Киваю я, разворачиваясь, слыша его тихий смех.

Быстро направляясь в сторону малого дома, я пытаюсь осознать эту вдруг открывшуюся правду. Каин и Лиза, серьезно? Аман знал об этом? Об их связи? О ее чувствах? А если знал, то все это время сохранял непроницаемое лицо непосвященного в эту грязную тайну? Или ему как и сейчас было все до лампочки? Личная жизнь брата и наемного учителя (тем более).

И то, что Лиза вернулась под крышу дома Вимур теперь… Судя по ее поведению, она не сдалась и до сих пор тешит себя надеждой поставить Амана на полку своих побед. Прямо рядышком с его младшим братом. Вероятно, Лиза даже рассматривает приглашение от главы, как шанс, как намек. И вот она тут, в полной боевой готовности. Возможно, прямо сейчас охмуряет моего мужа…

Рассеяно отвечая на приветствия, я поднялась к Франси, застав ее за примеркой нового юбочного костюма. Светлые волосы девушки уже немного отросли, и при правильной укладке прическа выглядела очень сексуально, потому что открывала шею, уши и скулы скульптурной формы. Франси вновь становилась похожа на прежнюю себя.

Повернувшись ко мне она развела руками в жесте «ну как?», и я подняла большой палец вверх.

— Не снимай, тебе очень идет. — Убедительно заявила я, когда хранительница, кинув очередной неодобрительный взгляд на свое отражение, стала расстегивать пуговицы на пиджаке. — Это твой фасон и цвет, определенно.

Вздохнув, Франси все же последовала моему совету, оставляя костюм в покое и проходя к столу. Склонившись над блокнотом, она быстро начеркала несколько слов.

Спасибо, конечно, но вы хмуритесь. Вас что-то тревожит?

— Пустяк. Кое-что узнала только что… весьма… выводящее из равновесия. — Пробормотала я, не собираясь вдаваться в подробности.

Кажется, Франси не собиралась устраивать мне допрос с пристрастием, однако ее рука вновь замелькала над бумагой.

Глава запретил говорить вам об этом. Наверное, хотел, чтобы вы обо всем узнали от него. Пожалуйста, постарайтесь его понять. Вы напуганы?

Вот теперь-то совершенно точно. Да я просто в ужасе.

— Ч-что… чем напугана? — Прошептала я, поднимая на Франси свои широко распахнутые глаза. — Говори, что все это значит?

Хранительница растерянно на меня взглянула, вырывая лист из блокнота и комкая его в своей руке. Поняв, что она, как и Каин, сболтнула лишнее, девушка спрятала глаза.

— Франси? — Мой дрожащий голос звучал требовательно. — Ты расскажешь… напишешь мне?

Когда она медленно покачала головой, я тихо выругалась, обхватывая себя руками. Кажется, предчувствие меня не обмануло: весьма неблагоприятно начавшийся день набирает обороты. Что мог задумать Аман? Что именно я должна понять? И чего бояться?

С виноватым вздохом, хранительница показывает новый лист.

Простите. Я сделала только хуже.

— А это… что именно я… — Франси покачала головой, давая понять, что все ответы я получу лишь от самого Амана.

Но если я заявлюсь к нему прямо сейчас, требуя их, не выдам ли я тем самым Франси? Откуда я узнала, что он запланировал очередное безумие в тайне от меня? Можно сделать козлом отпущения Каина, но Аман этому не обрадуется вдвойне: мне было запрещено приближаться к молодому господину.

Что же ты задумал, мой господин?

— Знаешь, я пожалуй… мне нужно побыть одной. — Бормочу я, поспешно добавляя: — Только не принимай это на свой счет, идет?

Франси легонько кивнула, явно оставшись при своем мнении.

— Проводишь меня?

Когда мы вышли из ее комнаты, я принялась усиленно болтать о всякой ерунде, чтобы не оставлять Франси наедине с виной и самой не утонуть в страхе перед неизвестным. Конечно, мой якобы беззаботный голос то и дело срывался, а слова перемежал нервный смех, выдавая мое настроение. Но эта пытка не продлилась долго; стоило нам спуститься на первый этаж, как необходимость разговора пропала.