Измена. Три яблочка для кицунэ - Милла Мир
Горо убежал на кухню с такой скоростью, что его животик колыхался.
— Такэо, — Мэй повернулась к старику. — В каком состоянии сад?
— Запущен, госпожа, — садовник поклонился. — Три года не было денег на семена и удобрения.
— Деньги будут. Составь список того, что тебе нужно. Начни с огорода. Нам не помешает свежая зелень.
— Слушаюсь.
— Рэн, — мальчишка вытянулся. — Лошадь в конюшне. Старая, худая, неухоженная. Это чья?
— Кэнтаро-сан, — тихо сказал Рэн. — Но он на ней почти не ездит. Я… я за ней смотрел, как мог, но корма не хватает…
— Корм будет. Приведи её в порядок. Заодно проверь, что нужно для упряжи. Я, возможно, скоро поеду в город.
Рэн кивнул, его глаза загорелись.
— Юки, — Мэй посмотрела на девушку. — Ты будешь моей личной служанкой. Стирка, уборка в моей комнате, помощь с одеждой. Ты согласна?
— Д-да! — Юки поклонилась так низко, что чуть не упала. — Я согласна, госпожа!
— Отлично, я дам тебе мое первое задание: найди мне что-нибудь приличное из одежды. То, в чём я вчера вышла из чулана годится только на тряпки.
— У Азуми-сан… то есть у вас, есть вещи, — заторопилась Юки. — Вашей матери, они в сундуке в дальней комнате. Акико-сан хотела их продать, но…
— Но?..
— Купец сказал, что они старомодные и денег за них много не даст, — Юки покраснела. — Акико-сан рассердилась, она мне велела оставить вещи до лучших времён.
— Вот и наступили лучшие времена, — усмехнулась Мэй. — Неси.
Через час лисичка стояла перед зеркалом в кимоно из темно-синего шелка с вышитыми листьями клена. Служанка не врала, кимоно хоть и было старомодным, но сидело идеально. Ткань переливалась, листья, казалось, шевелились на ветру.
— Красиво, — сказала Мэй. — Что скажешь, Юки?
— Госпожа, вы… вы прекрасны, — вздохнула девушка. — Но, это же кимоно матери Азуми… Акико-сан будет…
— Акико будет молчать, — перебила служанку Мэй. — Если она хочет обсудить кому принадлежат вещи в МОЕМ доме, я готова провести с любимой тетушкой конструктивный диалог.
Юки хихикнула, но быстро прикрыла рот рукой.
— Смейся, — Мэй улыбнулась. — Я не кусаюсь, помнишь? Ну, почти.
В полдень пришла первая новость.
— Госпожа! — Рэн влетел во двор, запыхавшись. — Там… там приехал купец! Тот самый, который хотел… ну…
— Который хотел купить Азуми? — спокойно спросила Мей.
Рэн кивнул побледнев.
— Кэнтаро-сан уже вышел его встречать. Они говорят о чём-то на крыльце.
— Интересно, — Мэй поднялась со скамьи, где сидела наслаждаясь солнцем. — Что ж, пойдём, познакомимся.
— Госпожа, — Рэн схватил её за рукав и тут же отдернул руку испугавшись собственной дерзости. — Он… он плохой человек. Он приезжал уже три раза. Смотрел на Азуми-сан… то есть на вас… как на вещь. Трогал… проверял зубы, как лошадь…
— Проверял зубы значит, — голос Мэй стал мягким. Очень мягким.
Рэн инстинктивно отступил на шаг:
— Госпожа?
— Всё хорошо, Рэн. Иди в конюшню. Я сама разберусь.
Мэй направилась к крыльцу, где Кэнтаро разговаривал с невысоким толстым человеком в дорогой, но безвкусной одежде. Купец Куросава что-то оживлённо втолковывал Кэнтаро жестикулируя пухлыми руками.
— Кэнтаро-сан, ты сегодня мне обещал отдать девчонку. Я приехал, как мы договаривались. Где она?
— Понимаешь, Куросава-сан, — Кэнтаро мялся оглядываясь. — Обстоятельства изменились…
— Какие обстоятельства? — голос купца стал резче. — Мы же ударили по рукам! Я заплатил задаток!
— Я верну деньги...
— Вернёт он! — Куросава раздулся от возмущения. — Я не за этим приехал! Я приехал за твоей племянницей! Мне нужна жена, а не деньги!
— Извините, — раздался спокойный голос. — Вы кого-то ищете?
Куросава обернулся. Мэй стояла на верхней ступеньке крыльца заложив руки за спину. Кимоно переливалось на солнце, лисьи уши она на этот раз спрятала, но в ее осанке, взгляде, улыбке было что-то такое, от чего купец замер.
— Это…
— Это Азуми, — быстро сказал Кэнтаро. — Но, как видишь, она… изменилась.
— Изменилась, — повторил Куросава разглядывая невесту. — Да… она… она очень изменилась. — Купец сделал шаг вперед протягивая руку. — Азуми-сан, ты помнишь меня? Я приходил к тебе. Мы договаривались…
— Мы? — Мэй подняла бровь. — Я с вами ни о чём не договаривалась.
— Ну, Кэнтаро-сан договаривался, — Куросава улыбнулся масляной улыбкой. — А ты, я смотрю, похорошела. И кимоно на тебе… дорогое. Это хорошо. Хорошая жена должна выглядеть… — Он снова потянулся к девушке, на этот раз, чтобы дотронуться до рукава.
Мэй сделала шаг назад:
— Не трогай меня.
Куросава замер, его лицо дернулось:
— Что значит "не трогай"? Я заплатил за тебя деньги. Ты моя собственность.
— Я ничья, — Мэй скрестила руки на груди. — Я не вещь. Я не продаюсь. Если ты сейчас же не уберешься с моего двора, тогда я объясню тебе на более доступном языке силы, который ты точно поймёшь.
— Ты… ты кто такая, чтобы так разговаривать со мной? — Куросава побагровел. — Я почтенный купец! Я могу купить ваш дом вместе с тобой!
— Попробуй, — Мэй улыбнулась, на её голове начали проявляться уши, она почувствовала, как они поднимаются, расправляются. — Только я тебя предупреждаю, последний, кто пытался меня купить, сейчас зализывает раны в своём чулане.
Куросава посмотрел на уши невесты. Посмотрел на Кэнтаро. Посмотрел снова на уши:
— Это… это что? — прошептал он.
— Это кицунэ, — Кэнтаро вытер пот со лба. — это не Азуми. Моя племянница умерла. Друг мой, перед тобой демон, который вселился в её тело.
— Демон? — Куросава попятился. — Ты мне демона хотел подсунуть? Ты…
— Я не демон, — Мэй вздохнула. — Я кицуне. Это большая разница. Демоны – это те, кто ест людей. Я – та, кто ест… ну, в основном рис. И рыбу. И сладости. От сладостей я вообще тащусь.
Куросава не понял половины слов, но общий смысл уловил:
— Я… я не хочу проблем, — купец отступил ещё на шаг. — Я уйду. Верните мой задаток.
— Дядюшка, верни задаток, — сказала Мэй.
— Но у меня нет… — начал Кэнтаро.
— Найдёшь, — Мэй посмотрела на
