Нелетучая невеста, или Аревзея сбежала, дракон! (СИ) - Риска Волкова

выцепил такое чудо? Наверняка, в будущем подсмотрел! И точно на Земле, а не здесь!

Жилет надела. Посмотрелась на себя в зеркало, ужаснувшись болезненному и хилому виду. Пара месяцев усердной учебы сделали свое черное дело, и теперь мама наверняка примется меня снова откармливать!

– Пора, – шепнула я.

– Пора… – эхом за мной повторила Лайза.

Вместе с призраком уже спустя несколько минут мы стояли во дворе, с другой стороны дома, глядя на заросший кустарниками и густой травой сад. Прямо перед нами были большие качели, увитые диким вьюном и плющом. Я прошла к ним, удобнее устраиваясь на деревянной перекладине, служившей сиденьем.

– До встречи, Ари… – призрак кивнула.

Я, поправив застежки спасательного розового жилета, махнула рукой.

– До встречи, Лайза!

Отошла назад, держась крепко руками за толстые цепочки качелей. Оттолкнулась пятками и взлетела ввысь.

Крэйг

– Вот полное и расширенное досье на студентку Шиповник, – ректор положил передо мной увесистую папку. – Надеюсь, это хоть как-то поможет. К сожалению, вынужден еще раз напомнить, что согласно нашим законам без ее личного согласия девушку-сироту замуж не выдать.

Вздохнул. Ну да. Не выдать… Я еще немного поищу законные варианты. Недолго. А если не найду, то после просто применю самый надежный и испробованный веками метод – заплечный. Заберу ее и все. А дальше она будет в ведении уже моих законов!

– Здесь сказано, что у нее проблема с энергетическими крыльями. И полетами, соответственно, – сказал я, перелистывая очередную страницу дела. – Ей по состоянию здоровья не полагается разве опекун?

Ректор покачал головой.

– Увы. Она вполне себе самостоятельна.

Скрипнул зубами. Да что ж такое-то!

– Я могу предложить вам должность профессора по боевой магии… – кашлянул ректор. – В ответ на вашу щедрость в золоте, разумеется. Быть может, так вы сумеете с ней сблизиться?

Должность!

– У меня нет на это времени. Вообще. Форза… Там есть определенные проблемы, и мне нужно как можно скорее их решать.

Проблема – это мягко сказано, но сейчас есть еще кое-что важное. Девчонка! Наглая своевольная нелетучая альва, которую нужно утащить на Изнанку в кратчайшие сроки!

В кабинет постучали.

– Простите, что отвлекаю… – в приоткрытую дверь заглянула женщина в толстых очках в роговой оправе. – Просто узнала, какой переполох сегодня в Академии из-за Аревзеи… И подумала, что вам, ректор, и вам, Ваше Величество, это нужно знать…

– Нужно знать “Что”? – тут же напрягся я.

Терпеть не могу сюрпризы. А, судя по горящим глазам очкастой, меня ждет что-то малоприятное.

– Студентка Аревзея Шиповник написала заявление на досрочные каникулы. Она сказала, что это как-то связано с личными непреодолимыми обстоятельствами, и что ей нужно срочно уехать домой.

Та-а-а-ак… Личные непреодолимые обстоятельства – это, я так понимаю, я сам, своей собственной персоной. Решила снова сбежать? Ну да… Конечно! Только глупышка не понимает, что пару я найду даже за тысячу километров, почуяв ее запах однажды. А портальных камней я еще в состоянии себе купить достаточно.

Наверное, именно поэтому так легко на этот раз отпустил.

– Она, разумеется, уже свинтила из Академии, – я больше констатировал факт, чем задавал вопрос.

– Да. Она сказала, что уедет сегодня же… – ответила женщина в очках.

– И куда же направилась наша бескрылая альва? – уточнил я.

– Домой. В какую-то деревню… Она туда каждые каникулы уезжает, пишет все время в заявке место пребывания. Кажется, называется Клайк.

– Так даже лучше, – проговорил я, довольно улыбаясь.

В деревне, вдали от лишних глаз и ушей академии, мне будет проще договориться со строптивицей. Или умыкнуть ее без лишних вопросов.

Ректор посмотрел на меня с легкой грустью.

– Значит, должность профессора вам не нужна?

Я покачал головой.

– Оставьте ее для тех, кто жаждет нести искру знаний. Я поеду за невестой в этот ее… Клайк. Не уверен, что вернусь, но благодарю за помощь. Форза этого не забудет!

ГЛАВА 4

Ари

Это было всегда как в первый раз. Полет на качелях, короткая вспышка, противное ощущение, как твое тело распадается на атомы и молекулы, а, может, и на что и поменьше, после липкая субстанция вокруг, небытие, какой-то тоннель, и вот я сижу на качелях, но уже совсем не в своем заброшенном доме, а на самой внушительной фабрике сладостей в Дженкинсе. Мире сладкоежек и любителей вкусно покушать. Местный бог так и носил название Обжорка, потому что еда здесь была самым важным и самым ценным, что только могло быть!

– Ари! – подбежал ко мне мальчик семи лет.

Я без труда узнала его. Это был Питер Кофф, сын и наследник местного карамельного барона – Герберта Коффа, самого богатого человека в Дженкинсе.

– Привет, Пит, – ответила я, совсем не удивляясь ни своему писклявому голосу, ни изменившейся внешности.

Маленькие ручки и ножки, дурацкое платьице и все тот же, только уменьшившейся надувной розовый защитный жилет. В этом мире моим воплощением был восьмилетний ребенок…

– Пойдем! Папа купил мне новую лошадку! А еще большую саблю! Почти как настоящую! Ты должна обязательно посмотреть!

– Ух ты! Здорово! – сообщила я и пошла за мальчиком, с некоторой тоской оглядываясь на качели.

Еще один переход станет возможен лишь спустя несколько часов. А это значит, что до тех пор мне предстояло провести где-то время. Хорошо, что мир Дженкинс был довольно безобидным, а еще здесь у меня были друзья, которые знали хорошо и моих родных, и то, какое предназначение меня ожидало.

Когда я вошла в особняк Коффов, расположенный недалеко от фабрики, с розовой леденцовой крышей и пряничными стенами, будто из сказки, я почти сразу же попала в объятия Элен – жены Герберта.

– Ох, Аревзея! Давненько тебя у нас не было! Я уж думала, что ты про нас забыла! – добродушно улыбнулась она, немного меня покружив, и после поставив.

Элен была доброй и полной темноволосой женщиной, от которой постоянно вкусно пахло выпечкой и малиновыми пирожными. Она была хорошей подругой моей матери когда-то. Долгое время ей пришлось жить в этом мире, и именно Герберт и Элен помогали ей во всем.

– У меня каникулы начались только сейчас, – призналась я. – До этого времени меня поглощала учеба.

Элен рассмеялась.

– До сих пор мурашки по коже от того,