Эльфофобия - Таша Алферьева

Этого дивного я тоже знаю. Айвер, кажется.

— Вот именно, — поддакнула вновь осмелевшая после ухода Кемиры герцогиня. — Вы ещё не знаете, что она…

— Онорина! — поспешно одёрнул девицу Гор.

— Не шикай на меня! Забыл с кем разговариваешь, портняжка⁈ — красивое лицо некрасиво перекосило.

Я поморщилась и успокаивающе тронула друга за плечо: «Не связывайся».

Мне было совершенно плевать на претензии Онорины, как и большинству окружающих. Почти никто из её приспешников не испытывал к жертве травли ненависти лично, только за компанию с заводилой. Впрочем, жертвой я себя не считала.

Герцогиня заметила жест и взгляд. Равнодушие к колким нападкам приводило её в ярость. Неизвестно, чем бы всё закончилось, но тут неожиданно вмешался Курт. Проходя мимо, он холодно бросил:

— Если кто не помнит, следующая пара у нас в другом месте.

Глянув на него украдкой, я благодарно улыбнулась, однако в ответ поймала внимательный взгляд Дэниэля и непроизвольно вздрогнула. Хорошо, что Гор дёрнул меня за руку к выходу, иначе сама бы я с места не сдвинулась.

Общих для всего курса лекций на сегодня больше не планировалось. С Онориной мы были в разных группах, а значит, не должны пересечься до конца учебного дня. Она, Курт и прочие неодарённые шли первым номером, остальные — вторым. Дивных между учебными группами поделили поровну. Нам достались Дэниэль с друзьями и ещё один эльф, имени которого я пока не запомнила. Улыбчивый Эдриан пытался завязать разговор, однако моё нездоровье вернулось с новой силой. То ли закончилось действие лекарства, то ли на самочувствии негативно сказались недавние треволнения. Я даже перестала обращать внимание на пугающего черноволосого напарника и его саркастического дружка, который время от времени сверлил меня высокомерным взглядом. Они с Онориной просто созданы друг для друга. Надеюсь, сами об этом догадаются?

* * *

Моя проблема обернулась для Касси огромной радостью.

— Это судьба! — глаза подруги сияли ярче звёзд на очистившемся к ночи небосклоне.

— Какая из десяти? — деловито поинтересовалась Ния, перебирая бутылочки с эликсирами и настойками: чем бы таким меня, болезную, попотчевать.

— Конечно Дэниэль, — томно протянула мечтательница. — Он самый красивый. Остальные тоже хорошенькие, но они похожи друг на друга, а он особенный.

— Ну-ну, — целительница остановила свой выбор на пузырьке из тёмного стекла без каких-либо обозначений по поводу содержимого. Мы обе с подозрением уставились на плещущуюся в нём жидкость. Кажется, внутри купалось что-то похожее на таракана.

— Раз у вас общее задание, на ужине пригласим Дэниэля к нам за стол, — всерьёз взялась за разработку проекта по покорению эльфийского сердца Кассандра. Она подошла к платяному шкафу, открыла и с типичным женским «надеть нечего, положить некуда» начала в нём рыться.

— Эли лучше остаться в комнате. Она болеет, — возразила Ния, к моему облегчению убирая обратно на полку сомнительную склянку.

— Так дай ей какое-нибудь лекарство.

— Жаропонижающее у меня закончилось. Сейчас травки заварю горло прополоскать, — деятельная девушка выставила на стол жаровню и отправилась в коридор за углями.

Комнаты в Истиморе отапливались печами, дрова, в которые подкидывались снаружи. Полукруглый белёный печной бок занимал правый от окна угол. Рядом на стене были набиты крючки для верхней одежды и стоял шкаф, поэтому наши вещи практически всегда были приятно тёплыми.

— Нашла! — победно провозгласила Кассандра, держа в руках тёмно-красное платье из тонкого бархата. — Как давно я его не надевала… Ния, погладишь? Оно немного помялось.

— Немного? — от возмущения целительница чуть не рассыпала по полу алеющие в совке угли. — Оно давным-давно свалилось с плечиков, и кое-кто, вместо того, чтобы повесить, запихал его в дальний угол. Теперь этот комок разгладится разве что в воде.

— Да ладно. Ты сможешь, — перекинув платье через локоть, умоляюще потёрла друг о друга ладошки Кассандра.

— Отдай в прачечную.

— Но я хочу одеть его сегодня.

— У тебя есть школьная форма, и она глаженая, — дав понять, что разговор окончен, Ния занялась приготовлением отвара, искоса поглядывая на меня.

Вздремнув после занятий, я чувствовала себя относительно хорошо. Может быть действительно пойти с подругами на ужин? В их обществе мне будет гораздо спокойнее и легче общаться с Дэниэлем. К тому же есть надежда, что Касси перетянет внимание эльфа на себя. От задания меня никто не освобождал, рано или поздно придётся приступить к его выполнению.

* * *

— Эти комнатушки такие мелкие, словно клетки, — проворчал Айвер, сбрасывая сапоги и вытягиваясь на кровати.

Дэниэль усмехнулся. Его друг, извечный ворчун, привыкая к чему-то новому, сначала сосредотачивался исключительно на отрицательных сторонах и лишь потом удостаивал своим вниманием положительные. Поездка в Иллию, по его мнению, была хитро продуманным наказанием ненавистного отчима. Таким образом Лориен пытался излечить пасынка от презрительного отношения к людям. Сам-то он пал настолько, что связался с человечкой и после её смерти потерял надежду иметь наследника. Мало кто из эльфов способен полюбить дважды, а Лориен явно был не из их числа. Вот только непонятно, зачем женился, если продолжает упорно хранить верность умершей? У дивного народа это наглядно проявляется в том, что зачатие происходит лишь при сильных искренних чувствах мужчины к женщине. Для удовлетворения же чисто телесных потребностей, испытывать настоящую любовь, как известно, необязательно.

Айвер ненавидел Лориена за равнодушие к матери. Отчим относился к жене холодно, как к чужой, даже когда посещал её спальню. Она же умудрилась его полюбить. Поначалу Торриэль надеялась растопить лёд в мужнином сердце, под конец отчаялась и стала эмоционально гаснуть на глазах, постепенно превращаясь в бесстрастную и безучастную ко всему эльфийку, какими обычно живописуют дивных люди.

Неудивительно, что в подобной обстановке Айвер вырос язвительным и колким. Только наедине с Дэниэлем он иногда сдёргивал с себя покров отчуждённости, делился чувствами и переживаниями. Но по приезду в Иллию фонтан негатива забил с такой мощью, что раздражал даже лучшего друга. И додумался же поганец поставить Лориену ультиматум — в Истимор только вместе с Дэном, не догадавшись спросить у самого Дэна: хочет ли он ехать туда, куда изначально отправлять его не собирались. Слишком уж неприглядная кандидатура из-за навлечённого старшим братом позора на род Эль-Шаасс. Иногда Дэниэлю казалось, что Айвер дружит с ним назло отчиму, причём с той же силой, с какой Лориен ненавидит Рэммиона Эль-Шаасс — убийцу своей возлюбленной.

— Обычно в