Роззи. Стать счастливой. Часть 2 - Лира Алексахина

все стало не доступным. Теперь слуг нельзя резать просто так. После битья приходится лечить. Унизительно!!! А как же омоложение? Как продлевать жизнь?! Сама Мариса раз в месяц купается в крови одаренных, а мне теперь как быть? И главное не понятно, что ей от меня надо!!! Старая гадюка, скоро уже срок, а никак не сдохнет! Еще и меня переживет!

Стена бесшумно отворилась, пропуская в святилище. Мягкий полумрак разбавлялся мерцанием сотен свечей. Огоньки трепетали, создавая причудливый танец бликов на стенах. В огромном помещении находился красный камень, на котором лежало обнаженное тело. Кровь стекала по желобкам вниз, заполняя узоры рисунка на полу. В центре круга из светящихся символов сидела женщина. Глаза ее были закрыты.

— Ты зря пришла.

— Но я здесь. Или она запретила и это?

— Еще нет.

— Тогда ответь на мои вопросы.

— Задавай.

— Она умрет?

— Все мы смертны.

— Хорошооо. Что ждет моего сына? Он станет главой рода?

— Станет… Если отринет месть. Иначе умрет.

— Как мне ему помочь?

— Заставь его жениться на той служанке, что принадлежит Марисе.

— На служанке?! На той… той… безродной твари?!

— Кларисса, — выдохнула оракул, открыв глаза. — Я помню твою помощь. И вот сейчас отдаю долг, хотя должна молчать. Женитьба Мартина на той девушке — единственный выход. Только так он сохранит жизнь.

Я закрыла глаза ладонями. Нет! Нет! Должен быть выход… Колени коснулись холодного камня.

— Как ты тут сидишь каждый день? Так холодно.

— Это лишь для тебя, — улыбнулась подруга. — Спрашивай дальше, ты знаешь, без прямого вопроса я не смогу ответить.

— Даже так… Скажи, скажи что ждет меня?

— Смерть.

— Все мы смертны, помню, — раздраженно отмахнулась от нее.

Оракул отрицательно помотала головой.

— Что? Кто меня убьет?

— Мариса Овиндж, мать твоего мужа.

— Чтооо?… Как, — я облизнула пересохшие губы, — как мне убить ее? Когда произойдет нападение?

— На балу у короля. В день оглашения наследства девчонки Блэк. Есть атефакт у Режинальда Овиндж. Носит его всегда при себе, опасаясь возможной ссоры с женой.

— Как получить к нему доступ? Что за артефакт?

— Перстень на указательном пальце правой руки. Как женщина может получить благосклонность мужчины, милая? Не мне тебя учить.

— Уууу… Этот мерзкий старикашка извращенец. А по-другому никак?

— Никак.

— Спасибо, подруга, — я встала уходить.

— Задавай вопросы, Кларисса. Задавай, — звенел голос оракула.

— Но я все спросила? — не поняла ее.

— Когда твоя голова научится думать, приходи! Без прямого вопроса я не могу тебе ответить. Подруга, — сверкнули черные глаза без белков. — Прямой вопрос. Иди и приходи позже.

— Я что-то упустила?

— Да.

— Но что?

— Прямой вопрос. Ты не готова.

— Намекни…

— Оставь меня! Ты не готова! Думай головой!!! — прогремел голос оракула.

Я ушла, пребывая в замешательстве. И не услышала последних слов, что могли бы помочь:

— Кларисса, Кларисса. Сколько учила, так и не можешь правильно формулировать вопросы. Ты не спросила главного: как избежать смерти. В этот раз не смогу помочь, не смогу повлиять на ход событий. Остается лишь надеяться и наблюдать…

* * *

Роззи

Агнесс пришла в себя быстро. Я только успела поговорить с Вилли об их с Ири будущем, заверив, что никаких договорных браков на благо новоиспечённой семьи им не грозит, однако образование никто не отменял. Так что им придется получить необходимый минимум, а если пожелают, то и максимум знаний. Где-то в середине разговора, теперь уже родственница, ураганным вихрем ворвалась в беседу, вцепилась в мою руку и потащила, бросив на прощание пареньку:

— Все пожелания напишешь на листе, приноси ей дня через два. Будет занята!

— Сегодня! Вечером! У Вигмара! — я была не согласна с грядущей экзекуцией.

Не надо было быть Сибиллой чтоб понять, Агнесс решила поиграть детскую игру — одеть и раздеть куклу, используя в качестве игрушки меня. Позволила ей истратить часть энергии на преодоление сопротивления по пути, надеясь, что ее неуемный энтузиазм будет не так бурлить в пенатах Эдиты. Моим чаяниям было не суждено сбыться.

— Вот это! И вот это! … Так, а тут надо похуже… Тогда это! — указательный палец Агнесс без устали порхал, тыкая в необходимые ткани, словно колибри у цветка.

Швея не могла понять, спрашивать постеснялась, поэтому просто молча стояла с поднятыми бровями. На главном столе росла горка тканей.

— Мы едем покорять столицу! — Агнесс нависала над столом, крепко оперевшись широко расставленными руками.

Ее глаза фанатично блестели. Весь вид выражал крайнюю степень эмоционального возбуждения.

— Эдита, нам, пожалуйста, воды и твой кабинет.

— Да, госпожа. Ваш прошлый заказ готов.

— Прекрасно, захвати и его. Спасибо.

Еле удалось заставить Агнесс отойти и поговорить. Она рвалась в бой, требуя немедленно «творить красоту».

— Давай так, ты попьешь воды, а я пока расскажу планы.

— Занудствуй! — махнула рукой подруга.

Включила глушилку на кольце и продолжила.

— Агнесс, какой цвет твой любимый?

— Что? Так быстро? Речь закончилась, я еще не допила, — наигранно воскликнула собеседница.

— Ответь, пожалуйста.

— Синий.

— А цвет твоего любимого кружева?

— Зеленый.

— А какого цвета сорочку ты бы себе сшила для дворца, если смогу уговорить ехать?

— Ооо! Канареечно желтую, грязно-коричневую и уныло серую.

— Пошли, кое-что покажу.

Мы стояли и смотрели: ткани всех оттенков синего лежали вперемешку с кружевами зеленых цветов. Кучка из простых материй для нижних рубах имела три цвета: канареечно желтый, грязно-коричневый и уныло серый. Я обняла подругу за плечи и прошептала:

— Ты свободна. В поступках и желаниях. Можешь сшить все, что угодно, Агнесс. Без красного, простые или богатые наряды… Ты можешь выбирать сама. Для себя. А мне позволь выбрать самой.

— Я поняла, — буркнула Агнесс. — Пошли.

Она на ходу задрала платье, отцепила фляжку и сделала глоток. Эдита гневно раздувала ноздри. Госпожа молчит, значит, замечания делать не положено. Мы вернулись в кабинет швеи.

— Я не хочу блистать, — сразу перешла к делу. — Мне не нужно ничье одобрение, завистливые или восхищенные взгляды. Я хочу найти там жениха, составить договор, официально вступить в наследство и уехать.

— Король дал, король отнял. Земля изначально не ваша, титул — одно название. Единственное, на что он не имеет