Проснуться однажды, или Всё началось с измены. - ТиссОль

я поняла по опухшей и подкрашенной фингалом ряхе и распухшему красному носу - мой союзник, типа, муж.

«Не слабо я ему врезала, раз такой след остался. И откуда только силы взяла. По комплекции я явно проигрывала муженьку раз в десять».

Пока я одевалась, смогла немного рассмотреть то, что было возможно. И выглядела я, ну…., мое тело было... как обтянутый кожей скелет, а вот муженек по виду не страдал от недостатка еды, а скорее, от её переизбытка и явно злоупотреблял ею. Я бы сказала, что он был очень толстым. Больше на него смотреть мне не хотелось, поэтому я перевела свой взгляд на сидящего рядом с ним.

Это был тот высокий мужчина, которого я видела ночью, кажется, брат его называл Грандом. А вот кем он был? Судя по тому, что сидел он рядом с муженьком, видимо, был каким-то родственником или близким другом. Да и одеты они были примерно так же, как королевский посланник и даже цвет одежды совпадал - темно-синий. Особо его я не рассматривала. Ну, сидит там какой-то брюнет и сидит. Зачем мне это?

Пока я бегло осматривала сидящую за столом честную компанию, стоя почти у двери, они смотрели на меня.

Пауза, явно затянулась, и мой муженек начал нервно елозить на стуле. Было видно, что ему хотелось высказаться, но он не мог это сделать первым.

- Бранна Лизабель Ветрийская, - прервал наконец-то затянувшуюся паузу центровой – посланник, если не ошибаюсь. Он произнёс это таким громким басом, что я даже слегка вздрогнула и перевела на него взгляд.

- Я бы хотел задать вам несколько вопросов в присутствии уважаемых мужей.

Я посмотрела на муженька и, не удержавшись, хмыкнула. После того, что видели гости в первую брачную ночь, назвать его уважаемым мужем язык не поворачивался. Но посланник, видимо, имел в виду под «мужами» сидящих тут мужчин.

Моя реакция на слова посланника была замечена, и она кое-кому явно не понравилась.

- Бранна, не могли бы вы нам поведать, что же всё-таки произошло этой ночью? – повторил свой вопрос посланник, с таким видом, как будто я тут главная подозреваемая на допросе.

- Борьян, я же уже всё объяснил! – не выдержав нервного напряжения, громко сказал муженёк очень неприятным фальцетным голосом.

- А разве у нас здесь семейные посиделки, а не разбирательство из…… не очень хорошего ночного происшествия, гранд? – строго произнес мой отец, посмотрев на посланника.

Тот поморщился, показывая, что данная ситуация и всё происходящее ему очень неприятны, но всё же обратился к муженьку.

- Бранн Риссталь прав, бранн Ветрийский. Поэтому, во время этого разговора прошу ко мне обращаться соответствующе – гранд Карминьяр. Я тут ни как дядюшка, а как тсаарский посланник, который проверяет и заверяет выполнение тсаарского закона.

«О! Да у нас тут всё будет решаться тихо и по-семейному! Раз уж все здесь собрались в милом семейном междусобойчике, то, видимо, колобок нехило подставил дядюшку, и все хотят быстро договориться миром и замять это дельце. Только вот надо ли это мне? Да и такой муженек мне совсем не сдался. А вот будут ли спрашивать моё мнение по этому поводу? Что-то мне подсказывает, что нет. Но мне-то нужно, чтобы да! И что я могу сделать в такой ситуации, не зная ничего и почти никого? Может рискнуть и всё списать на амнезию, то бишь потерю памяти, а то вдруг тут ни такого слова, ни понятия не существует? А может рискнуть? Или лучше прикинуться овечкой?»

Глава 8

- И так, бранна, мы вас слушаем. – Опять обратился ко мне посланник.

- А я что, так и буду стоять всё это время? – спросила я, глядя прямо на посланника и понимая, что, скорее всего, не имею права на подобное обращение.

Я, конечно, сильно рисковала, выражая таким образом своё недовольство. Я же не знаю, как тут относятся к женщинам, какие у них права и есть ли они вообще. Судя по присутствующим только мужчинам и отсутствию женщин, то вряд ли. Но стоять тут, как «три тополя на Плющихе», перед рассевшимися мужиками и объясняться, как нашкодившая школьница – нет уж, не на ту напали! Если я сейчас буду блеять как овца, то потом ещё окажется, что это я изменяла и сама себя томником обкуривала.

А так-то, они меня лично не знают, чему и как я училась в куэне, скорее всего, тоже. В выполнении тсаарского закона заинтересованы все, значит можно торговаться, а если что не так, то всегда можно прикрыться потерей памяти из-за того, что меня пытались убить. С последним, конечно, не всё понятно, но … может что и удастся выторговать для себя любимой. В идеале, конечно, был бы развод, только есть ли тут такое? В любом случае – не попробуешь – не узнаешь.

- Бранн Ветрийский, помогите бранне присесть, - обратился посланник к муженьку.

Тот подскочил на месте, осмотрелся, а затем как истинный колобок покатился на поиски необходимого атрибута мебели. Он подхватил один из стоящих у стены стульев, поставил его по центру, напротив посланника, подкатился ко мне и подал руку, предлагая помощь, чтобы сесть.

Я сначала посмотрела на муженька, а потом на предложенную мне руку. Он был так близко, что я наконец-то смогла его рассмотреть более детально.

Бранну Ветрийскому на первый взгляд было лет под сорок, он был почти на полголовы ниже меня ростом, очень толстым (не зря же я его называла колобком), с редкими темными волосами, гладко зачесанными назад и убранными в тоненький крысиный хвостик, подчеркивая большие залысины.

Интересно, а чего это он не одел свою ушастую шевелюру? Или это только на ночь, перед встречей с … как там её…, а впрочем – не важно.

Он чем-то отдаленно был похож на посланника. У него был большой мясистый нос, маленькие глубоко посаженные карие глаза, напоминающие щелочки не то из-за заплывшего жиром, не то распухшего от моего удара лица. Сразу за большим ртом с пухлыми губами висел трехслойный подбородок, который колыхался как желе при любом незначительном движении. У него, как и у посланника тоже были усы, правда какие-то жиденькие, кажущиеся совсем не к месту на таком объёмном лице.

Нет уж, такого красивого и блудливого колобка мне не надо. Пусть он достается своей визгливой свинке, а я уж ….. Мда, надо очень постараться, чтобы избавиться от него, не