Недалеко от идеала - Елена Александровна Романова

считаешь, что наши взгляды сильно отличаются?

– Не пытайся загнать меня в угол, – усмехнулась я, – ты, к слову, не бизнес-тренер?

– Кто?

– Тот, кто обучает других. Больно уж язык подвешен.

– В некотором роде.

Нам пришлось прерваться, так как к столику подошел официант.

– Посоветуешь мне что-нибудь? – вдруг спросил мой кавалер, даже не притронувшись к меню. – Я совершенно не знаком с местной кухней.

Очень оригинально. Обычно мужчины стремились перехватить инициативу.

– Ты мог бы взять кофе. А если голоден, - от всей души: – Стейк пиканья с картофелем и грибами и зеленый салат с артишоками.

Квазар прикрыл веки в знак согласия с моим выбором.

– Так значит ты не местный? – уточнила я.

– Я приехал сюда по рабочим вопросам.

– И кем ты работаешь? – я притянула ко рту чашку с остывшим чаем.

– Мне сложно определить свою роль одним словом.

– Тогда расскажи, в чем именно заключается твоя работа.

– Я управляю глобальными системами.

– И зачем ты приехал в Краснодар?

– Появилась проблема с людьми. Обычно я не решаю подобные вопросы. Но именно этот случай мне не хотелось игнорировать.

– И что же будет с людьми, которые принесли тебе такие проблемы?

– Я пока не решил.

– Надеюсь, все останутся живы, – пошутила я, отхлебывая чай.

Квазар даже в лице не изменился, что натолкнуло меня на странную мысль, что мои слова он воспринял слишком серьезно.

– Этого я не могу гарантировать.

Ого! Стоило ценить людей, которые умели шутить с такой похоронной физиономией.

– Почему ты выбрал ник «Квазар»? – сменила я тему, потому что от взгляда мужчины неприятный холодок бежал у меня вдоль позвоночника.

– Это английский термин. Образован от слова «quasi-stellar», что означает «похожий на звезду».

– Вот оно что, – протянула я. – А в жизни тебя как зовут?

– В жизни?

– По паспорту. Если это не секрет, конечно.

– Мое имя Итамар.

Белая фарфоровая кружка выскользнула из моей руки.

Оглохнув от взрыва осколков, я мигом оказалась на ногах и заметалась так, что перед глазами все заплясало.

– Я на минуту, – услышала собственный голос, который лишь казался спокойным.

Не помня себя, я добралась до барной стойки, наткнулась на официанта и вцепилась в него двумя руками:

– Где у вас запасной выход?!

За моей спиной умирала моя привычная, старая жизнь. Кажется, безвозвратно.

Сцена 8. У кавалера могут быть любые проблемы, кроме проблем с головой

Не стоило так налегать на чай с травами.

Вдавив педаль газа в пол, я с напряжением слушала гудки исходящего вызова на громкой связи. В груди тревожно билось сердце.

Это все невзаправду.

На каждом повороте мой пакет с чашками издавал неприятный звон, напоминая, что я теперь безработная.

С какой стати моя жизнь покатилась кувырком именно сейчас?

Едва не проехав на «красный», я резко затормозила. Телефон все еще выдавал протяжные гудки, вынуждая меня шипеть сквозь зубы страшные ругательства.

– Алло, – внезапно выдали динамики.

Еще секунду назад я бы обрадовалась, потому что страшно хотела нажаловаться хоть кому-нибудь, но сейчас идея рассказать Вадику о космическом императоре показалась несусветной глупостью.

Минуточку…

Включи критическое мышление, Марина.

Где-то извне раздался автомобильный гудок, и я тронулась с места.

– Добрый день, Вадим. Это Марина Шевцова.

– А-а-а, Марина, – издевательски протянул он. – Чего звонишь?

– Кажется, я только что видела Атора…

– Кого? – то ли не понял, то ли не расслышал Вадим.

– Ну этого придурка, который напал на меня. Вот он стоит на углу Карасунской и Митрофана Седина, у барбершопа «Черная кость».

– Не может быть! – воскликнул Вадик. – Мне бы сообщили. Он в первой краевой. Ты, Марина, опозналась!

– А-а-а, – наигранно протянула я. – И точно! У этого борода и усы… Просто похож. Ну похож, прям вылитый. Прости, Вадим. Ну до связи тогда, – и сбросила звонок.

В краевой больнице, значит.

Ну, зараза, держись!

Устрою я тебе космического императора, болезный. Кого ты ко мне подослал, Атор? Что пообещал взамен? Шутить удумал, ну у меня тоже юмор отменный. Черный, как деготь, и злой в придачу.

Свернув на Российскую улицу, я остановилась на обочине и распахнула бардачок – где-то завалялась старая обложка от Лешкиного студенческого билета.

То, что я хотела сделать, до сих пор не укладывалось в голове. Какая-то часть меня с насмешкой и скепсисом наблюдала за всем, что делает другая я, совершенно взвинченная, нервная и слетевшая с катушек. Эта хладнокровная и циничная я в глубине души надеялась, что ее иная половина струсит и прибегнет к иному более здравому поведению, иначе лежать нам с психическим Атором на соседних койках.

Поправив макияж и прическу, я вскоре заехала на небольшую парковку.

В искусстве лжи огромное значение играет уверенность. Я положила красную обложку в карман и бойко пошла в сторону приемного отделения.

– Добрый день, – поздоровалась с медсестрой. – Я из следственного комитета. Мне нужно пообщаться с поступившим к вам товарищем, который называет себя Атор, – и продемонстрировала удостоверение. – У меня мало времени.

Пока я шла, мне любезно разъяснили, что Атор идет на поправку и отменно кушает.

Чтоб его!

– Могу я поговорить с ним наедине? Тайна следствия, – сказала я, когда меня подвели к двери в его палату.

Отдельную палату, на минуточку.

Сученыш не спал. Сидел на своей койке с перебинтованной башкой и смотрел в окошко. Просто милейший шизофреник!

– Ну, держись, – я бросила сумочку на стул и встала перед ним, уперев руки в бока: – Я тебя сейчас добью, генерал Атор!

Он с изумлением раскрыл рот.

– Ты?! – вздрогнул. – Ты что здесь забыла?

– Кого ты ко мне подослал?

– Кого? – переспросил он.

– Запугать меня хочешь?

– Чего?

– Слушай ты, – ткнула в него пальцем. – Звони своему дружку и говори ему, чтобы оставил меня в покое!

– Какому дружку? – бледнея, прошептал Атор.

– Итамару своему.

– О, космические силы, – испуганно произнес Атор. – Что ты наделала? Ты оскорбила его? Ты… ты даже не знаешь, на что он способен, пустоголовая! Он прибыл один, но стоит ему призвать сюда армию и своих генералов… Ты хоть соображаешь?

– Ну хватит уже… – устало вздохнула я.