Герцогиня Без права на счастье - Анна Дант

ископаемых или заниматься земледелием. Хотелось просто жить, и я не могу их в этом упрекнуть. Жить в деревне, когда до ближайшего соседа километров двадцать — скучно. Ещё и работать надо, много работать. Адриан не продал поместье только потому что стоит оно невероятно дёшево, а меня обеспечить жильём он был бы обязан. Да, нельзя жену выгнать из дома в никуда.

Итак, о чём я? Ах да, отель…

Благодаря тому, что многие уезжают, продавая поместья или отдавая в аренду короне, молодые лорды и леди лишились самого главное — места, где можно отдохнуть от суеты. А домов отдыха или курортов в этом мире просто нет, не придумали ещё. Что, если сделать такой курорт? С охотой, на природе… Это хорошая идея, вот только где найти начальный капитал?

Я даже не думала возродить дело отца. О лошадях ни я, ни Адель ничего не знаем, а это не тот вид бизнеса, которому можно научиться по книжкам. И да, тоже дорого. Тем более, лошади должны быть ещё и востребованы. А это время на дрессировку, на скачки. Долго и дорого.

Впрочем, я могу заняться земледелием, но…

— Ваша Светлость! Ваша Светлость! К Вам приехали! — Аннет бежала мне навстречу, маша платком, заставив меня нахмуриться.

Нет, не из-за гостей.

— Аннет, ты няня юной герцогини или служанка в портовой таверне? — рявкнула я. — Подойди и скажи нормально, а не беги с криком.

— Простите, госпожа, — покаянно опустила голову Аннет. — Просто… Не ожидали мы, что сюда кто-то приедет.

— А кто это? Известно? И как далеко они едут? Я не слышала скрипа ворот.

— Да ехать будут ещё почитай час, — махнула рукой женщина. — Башня наша вон как высоко, далеко видно. А дорога вокруг идёт. А кто именно, мы не знаем. Только герб разглядеть смогли. Герб герцога Ларийского, друга вашего покойного отца.

— Значит, надо подготовиться к приезду гостя, — задумчиво кивнула я. — Аннет, бегом в замок и прикажи горничным за час сделать невозможное. Буквально вылизать холл и пару гостевых комнат. А потом живо ко мне в покои, достань из вещей бархатное синее платье и шкатулку с украшениями. Бегом, Аннет, не стой столбом.

Служанка убежала, и я тоже поспешила следом. Друг отца… И что ему надо? Захотел проверить, действительно ли это я? Или так быстро распространились слухи? Кстати, именно у Ларийского я и могу узнать о шахте. Я же должна была выйти замуж за его сына.

А к управляющему я всё равно съезжу. Что-то мне подсказывает, папа хоть и был убит горем, но не отупел, и поверенному не рассказал всего. Как минимум о шахтах Адриан не знал. Что ещё папа утаил в своём завещании?

Когда я поднялась в покои, Аннет уже достала платье и теперь возилась с украшениями, выбирая, что больше подойдёт.

— Бабочку с лазурным камнем, — подумав, решила я, затягивая корсет. Ненавижу корсеты, но благодарна, что здесь додумались сделать шнуровку спереди.

— Она не совсем подходит, — растерялась Аннет.

— Это не имеет значения, — качнула головой, приподнимая волосы, чтобы Аннет застегнула цепочку. — Уверена, герцогу плевать, подходит ли подвеска к моему платью. Сделать простую причёску сможешь?

— Смогу, я помогала вашей матушке собираться по утрам.

Аннет приступила к делу, а я думала…

Лазурный камень был выбран не просто так, как и сама подвеска. Это подарок на пятнадцатилетие от герцога Ларийского, а значит есть шанс, что он вспомнит её. А если вспомнит её, то и в девушке напротив будет видеть юную дочь лучшего друга, а не ту, что косвенно виновна в гибели герцога Эринбургского.

— Аннет, щёки мне бледнее сделай, и поближе к глазам. — попросила я. — А губы не трогай.

— Госпожа, простите, что лезу, но тогда вы примете болезненный вид. Из-за пудры глаза краснеют.

— Я знаю, — улыбнулась я, покусывая губы. — Красные глаза — то. что мне нужно.

Когда ворота открылись, я уже была готова и ожидала дорогого гостя на ступенях замка.

Когда лакей распахнул дверцу кареты, а герцог шагнул на землю, я открыла баночку с нюхательной солью и немного вдохнула. Едкий запах, способный и мертвого поднять, сразу забился в нос, вызывая слёзы.

— Здравствуйте, дядюшка Эдан, — прошептала я. Одинокая слезинка скатилась по щеке, а искусанные губы задрожали.

— Моя дорогая Адель! — воскликнул герцог, шагая мне навстречу и распахивая объятия. — Ну-ну, не расстраивайся.

Я умирающим лебедем прильнула к груди мужчина и уткнулась лбом в плечо.

— Я так виновата, дядюшка, так виновата! — всхлипывала я очень даже правдиво. — Он… Он предал меня!

— Не расстраивайся, дорогая. Всё будет хорошо, — мужчина отстранил меня и внимательно осмотрел. — Ты совсем юна ещё. Ты ещё будешь счастлива, моя девочка. Найдём жениха, не переживай.

О нет… жениха мне не надо. Не сейчас, а то я обязательно где-то проколюсь.

— Не могу думать о женихах, — зарыдала пуще прежнего. — Я никогда больше не смогу кого-то полюбить!

Театр одного актёра пора было прекращать. Последний раз всхлипнув и отстранившись, прошептала:

— Прошу прощения, Ваша Светлость. Я повела себя недостойно. Пройдёмте в дом.

Вздохнув и окинув меня печальным взглядом, герцог прошел вперёд. Пройдя сразу в гостевую зону, мужчина подошел к камину и побарабанил пальцами по каминной полке, словно о чём-то размышляя. Я же села на диван и скромно потупила голову. Сейчас мне необходимо, чтобы он жалел нерадивую девчонку.

— Вот скот, всё разворовал и выгнал, — процедил мужчина, недовольно пыхтя. — Прав был твой отец. Подлец и негодяй твой муж!

— Бывший муж, — поправила мужчину.

— Бывший? Вы развелись? Я слышал, что ты вернулась, но не знал, погостить или насовсем. О разводе не знал.

— Он мне дочь свою оставил. Я… Я сама виновата во всём, подписала все документы, удочерила девочку.

— Содержание хоть выписал? — хмуро спросил мужчина, осознавая, в какой заднице находится его названная племянница.

— Да, пятьдесят золотых в год, — вздохнула я. И добила. — На двоих.

— Подлец! — рявкнул мужчина, но тут же жалостливо посмотрел на меня. — Ничего, дочка, я не дам вам пропасть. А этот гадёныш… Мы его проучим, милая. Обязательно.

Я низко опустила голову. чтобы скрыть торжество в глазах. Конечно, проучим, дядюшка. Тем более теперь, когда у меня есть защитник.