Великий князь и я. Театр (СИ) - Васева Ксения

Я ничего не имела против Жани в целом, но представить её на месте своей героини не могла совсем!.. Не тот типаж! Абсолютно! Мелкие пакости, зловредство, заигрывания... моя героиня, переодеваясь в мужчину, держится с ними на равных. В каком-то смысле для Жани это реально будет извращением.

Передаться отчаянию я не успела - звонкий перелив пролетел по буфетной. Поднявшись, Ник пояснил, что нас вызывают в главную залу к директору.

6

- Меня зовут Алексей Темногорский, - директор хмуро обозревал собравшихся, - по величайшему повелению княжны Юлианы я буду управлять театром. Обращаться ко мне исключительно "Ваше благородие" или "господин". Не потерплю фамильярностей и пререканий. Я прав, вы нет. Всё понятно?..

В полной тишине я одна поцокала языком - и тотчас удостоилась пристального взгляда.

- Ваше положение мы обсудим отдельно, - директор посмотрел на меня в упор - и по спине побежал неприятный холодок. - Но запомните, если вы за кулисами - вы подчиняетесь правилам. Мне не важно, как вы оказались в театре. Я никого не держу. Либо уходите с концами, либо остаётесь. Точка.

Никто и с места не сдвинулся - хотя, на мой вкус, Темногорский вёл себя слишком вызывающе! Впрочем, после фон Яссона с прежним "дарованием" актёрский состав основательно поредел. Собственно, возмущаться было особо некому. Работники закулисья нервно жались друг к другу - только императорские театры могли позволить себе гримёра, декоратора и прочих. Покинув театр, эти люди рисковали больше не найти работу.

Поэтому все дружно промолчали.

Кроме Ника актёром назвался молодец с длинными волосами и лысый силач, видимо, взятый для специфических ролей. Конкуренток у Жани практически не нашлось - не брать же двух зажатых девушек, явно из бывшей прислуги.

Кажется, все трое - директор, Ясинский и я - не ожидали такого скудного набора от императорского театра!

- Дела-а, - Темногорский почесал затылок и опустил пятую точку прямо на стол, - Ясинский, объявите актёрский набор и найдите нам помощников! Дайте заметки в газеты, привлеките мальчишек, городские афиши... И посчитайте с госпожой Сириновой, сколько людей нам необходимо. Пусть этот Орехов берётся за главную роль, если он подходит. После отборов покажете мне списки. Какой-то цирк, а не театр! - фыркнул директор. - Отчёт жду завтра в полдень. Госпожа Сиринова, идите за мной!

Я нехотя вышла вслед за Темногорским. "Золотой мальчик" был не в духе - думаю, он грезил о славе и деньгах, а получил одни проблемы. С другой стороны, я получала то же самое, и в отличие от Темногорского, на карте стояла моя свободная жизнь. Сдаваться было нельзя, но и в успех мероприятия, особенно с таким директором, мне не верилось.

Кабинет фон Яссона встретил нас весёленькой яркой позолотой. Пёстрые гобеленовые стены сверкали в последних солнечных лучах, а по хрустальной люстре бежали радужные всполохи. На столике для гостей стояла ваза с множеством розовых перьев, над перьями висел огромный портрет в золочёной раме - фон Яссон во весь рост, на коне, замерший у парадных дверей театра. Красиво, но чересчур наигранно. Если портрет писали с натуры, коня было откровенно жаль.

Темногорский рассматривал кабинет с видом домашнего кота, увидевшего в своих владениях мышь. Сощурив глаза, он скользил взглядом по перьям, портрету, золотым стенам... такое чувство, что ему безумно хотелось что-нибудь сломать.

- Уверен, этот фон Яссон - ходок на Паровую, - раздражённо выплюнул директор, - плетей бы ему всыпать...

Но покосившись на меня, Темногорский не закончил - хотя по его интонациям, я сделала свои выводы.

- Паровая - место, где собираются молодцы противные?.. Ресторан или клуб?..

- Бани, - усмехнулся новый директор, - дорогие и элитные. Но большие деньги платят не баню, а за конфиденциальность... за молчание.

- Все люди разные, - развела руками, - этим и интересны.

- Не соглашусь, - Темногорский щёлкнул пальцами - и люстра зажглась металлическими яркими огнями. Свет был странный, непривычный, холодный, но я до ноющей шеи запрокинула голову. Конечно, в империи невозможно не столкнуться с языческой магией... и всё же, настолько близко я видела её впервые.

- Из какой глуши ты приехала?.. - с насмешкой осведомился язычник. - Световыми шарами даже ребёнка не удивить.

- Я люблю удивляться, - ничуть не покривила душой, - и не вижу в этом ничего зазорного. Что касается вашей магии, то я вовсе не из глуши. Ладанья является центром женского образования в империи. Но наши пансионы в основном христианские, и язычников в городе не любят. Считается, что язычники - искусители, а девочки в Ладанье далеко не низкого происхождения, поэтому важно защитить их от пороков.

- У-у-у... - потянул Темногорский, с трудом сдерживающий улыбку, - край непуганных девиц-монашек. Просто маленький островок грёз для порочного язычника!

Вспомнив женщину - управляющую одного из пансионов, я мысленно хихикнула. Такая "порочного язычника" скрутит в крендель и пинком отправит в столицу! Для полноты картины замечу, что однажды она при мне остановила карету на ходу! Лошадь взбрыкнула и едва не затоптала девочку - и нерасторопному кучеру досталось, и самой лошади.

Девочка перебывала в шоке, и потому тумаков с руганью избежала.

Не получив от меня реакции, язычник полез в объёмный портфель и вытащил канцелярский бланк. Пробежался по нему и сунул в мои руки.

- Читай и подписывай. Можешь не подписывать, но правила я уже озвучивал. Слушай, ты вообще грамотная?..

На сей раз я не удержалась от надменного смешка.

- Алкоголь на вас плохо сказывается, господин директор!

- Причём здесь алкоголь... а, кхм, извини. После поездки я плохо соображаю.

Надо же, стушевался. Однако, поразмыслив, и я смутилась. Ведь рукопись я вполне могла надиктовать грамотной гувернантке, и письма тоже могла писать она. Так что вопрос был не лишённый логики.

Договор мне показался нестрашным, хотя я мало разбиралась в нюансах. Из обязанностей: помощь режиссёру и другим работникам театра, помощь актёрам с ролью и тому прочее. На рабочем месте надлежало быть с полудня до пяти - и по необходимости до ночи, разумеется. Мне даже причитался аванс и зарплата "по сумме равная заработку помощника режиссёра". Весьма недурные деньги по меркам Ладаньи!

Ну побольше, чем платили маме за обязанности гувернантки.

После подписания директор протянул мне пятьдесят рублей - вдвое больше, чем было оговорено авансом. Я смерила его вопросительным взглядом.

- Меньше нет, а до казны театра я ещё не добрался. Так что пользуйся. Вряд ли на этом... мероприятии мы заработаем достаточно. Театр явно в упадке.

- Заработаем, - тихо, но твёрдо произнесла я, убирая деньги, - иного и быть не должно.

Директор резко поднялся и поравнялся со мной. Осмотрел придирчиво - спасибо, что в рот не залез, как коню на ярмарке!

- Наша птица Сирин бедна как церковная мышь, да?

- Вас не касаются мои финансовые дела, господин Темногорский.

- Ну почему же... - кончиками пальцев он провёл по моей шее. - Я для ласковых девушек щедрый, и мне вполне по карману содержать писательницу или актрису... м?..

Я отпрыгнула с такой резвостью, будто за мной бесы гнались!..

- Прекрати! - он поймал меня за талию и притянул обратно. - Мало ли чему учили эти старые девы в Ладанье. Ты в театре - и если продолжишь, тебя быстро окрутят. Тот же сын Ореховой, который уже подбивал к тебе клинья. Я предлагаю более выгодную сделку. Подумай хорошенько и не заставляй меня тратить время на лишние танцы!..

Лишние танцы?! Столь мерзко я себя ещё не чувствовала! К счастью, удерживать он не стал - отпустил, махнув рукой на дверь. Мол, свободна.

Меня пулей вынесло за дверь.

- Ни за что! - шептала я, сбегая со ступеней. - Ни за что, ни за что, никогда!..