Город. Магический патруль - Надежда Игоревна Соколова

столько этой образине зачем? Чтобы своих жертв в крепких и нежных объятиях душить? Не думаю, что наше. Но всё может быть. Как называется свиток?

— «Великая битва».

— Сказки? — иронично уточнил Страж. — Эрга, с каких пор ты стала верить в сказки?

— Не в сказки, а в былины, — буркнула девушка. — Хотя и в сказке есть зерно истины.

— Если только размером с былинку, — поиграл словами явно хорошо образованный инкуб. — Нет, это не златоножка, если я правильно помню название той твари. И слава Бездне.

— Нашел, — Ортел устало откинулся ни спинку стула.

— Как-то ты невесело это произнес, — заметила Эрга, откладывая в сторону собственный свиток.

— Да чему веселиться… Трактат «О Пустоши» изучала?

Девушка наморщила лоб.

— Очень давно. С кем мы имеем дело?

— Порождение Бездны, причем в прямом смысле. Безглазая лойта. Жуткая тварь, злобная, вечно голодная и с зачатками разума.

Прекрасно. Вот только этой твари здесь и не хватало…

— Так с зачатками или разумная? — уточнила полувампирша.

— Вот это мы скоро и выясним…

Они вышли из Хранилища в сумерках. К этому времени город уже опустел. Даже самые бесстрашные его жители в это время суток старались найти крышу над головой и четыре стены вокруг, желательно покрепче и понадёжней. Стать добычей нежити желания не было ни у кого.

Инкуб проводил горгулью прямо до дома и растворился в темноте. Ему, Стражу Бездны, бояться было нечего. Эрга же обернулась, вызвав вторую сущность и превратившись в горгулью. Уже через несколько мгновений девушка раздевалась на родном чердаке.

Мягкая постель очень быстро согрелась, приняв в себя измученную девичью тушку. Вот только, несмотря на усталость и очередное нервное переутомление, сон никак не шел. Инкуб в Патруле, посещение Хранилища, выявление возможной «виновной» в жутких убийствах — слишком много приключений за короткое время. Безглазая лойта. Эрга никогда не слышала о таком жутком чудовище. Хотя, надо признать, сам трактат «О Пустоши» девушка в своё время даже не изучала, а так, бегло пролистывала. Слишком скучными и нудными показались ей, тогда еще совсем глупой девчонке, длинные подробные описания и тяжелые повествования, рассказывавшие о тех, кто прорвался в этот мир уже после запечатывания Бездны, уничтожая вокруг живых существ и стремясь закрепиться в мире. И что теперь? Судя по безрадостному тону Ортела, справиться с такой дрянью будет тяжело. Если вообще возможно. Но не отдавать же ей всех жителей города. Здесь же живут…

Сон наконец-то укрыл страдалицу теплым одеялом, и ее сознание уплыло в неведомые дали.

Разбудил горгулью запах — сладкий запах сдобы с корицей и ванилью вился под потолком в прямом смысле этого слова.

— Вставай, соня.

Улята. С плюшками.

— Подкуп должностного лица при исполнении… — сонно пробормотала девушка, не желая отрывать голову от подушки.

— Это ты-то при исполнении? — хмыкнула подруга. — Эрга, на улице уже утро. Просыпайся.

— Плюшки зачем? — горгулья так и не открыла глаза, но уже чувствовала, что больше не уснёт.

— Гости у нас.

Вот именно этого несчастная полувампирша и боялась.

— Нет.

— Эрга… — заканючила Улята, — Ты просто поболтай с ним… Ну что тебе стоит?

— Уля, меня отец убьет, — глаза горгулья всё же открыла, но вставать не торопилась. — Когда узнает.

— Если узнает, — поправила девушку хозяйка дома. — Ну Эрга-а-а… Ты же любишь плюшки…

Угу. Но свою жизнь она любит больше.

— Уля… — буквально простонала полувампирша. — Вампиры, даже половинчатые, с орками не встречаются…

— А горгульи?

Зараза…

— Ты мне хоть одеться дай. И забери отсюда свою приманку. Не всухомятку же её есть…

Пока полуорчиха-полуэльфийха радостно стучала каблучками по лестнице, спускаясь по крутым ступенькам на кухню, сотрудник патруля тщательно продумывала всевозможные пути отступления. От последней встречи с единоутробным братом её подруги и работодательницы у девушки остались не самые лучшие воспоминания. Тогда, если бы не своевременное вмешательство гостившего в этом доме Адарта, у Эрги вполне могли бы быть проблемы с законом из-за намеренного членовредительства некоего зеленого и наглого типа. И вот что он выкинет теперь?

Зеленая гора мяса и мышц, восседавшая за столом и по странному совпадению являвшаяся братом Уляты, поднялась при появлении горгульи и недовольно прогудела:

— Могла бы и прихорошиться. Снова в брюках и без краски.

— И тебе не хворать, — Эрга уселась рядом с подругой, с другой стороны квадратного стола, поправила складки на светло-зелёной шифоновой блузе и выжидательно уставилась на собеседника. — Зачем пожаловал?

— Ты не передумала?

— Урс, я уже сказала: замуж за тебя не пойду. Детей от тебя тоже рожать не буду. Еще что-то?

— Упрямая, — на этот раз в голосе-трубе послышались нотки одобрения. — Только тебя ж все равно никто другой не возьмет. Я постараюсь. Соглашайся, Эрга. Ты мне нравишься.

Ох уж эти тайны. Улята настаивала, чтобы подруга ничего не рассказывала родичам работодательницы о своей тесной связи с вампирами. Мол, они только внешне огромные и неуклюжие. А на самом деле так тонко чувствуют всё! Ещё испугаются! Угу. Хотела бы горгулья посмотреть на того, кого может испугаться эта гора мяса.

— А ты мне — нет, — отрезала горгулья. — Уля, где твои плюшки? Мне скоро на работу идти.

— Опять с мужиками в обнимку по грязным подворотням шляться будешь, — орка не так-то просто было сбить с мысли. — Нехорошо это.

— Тебя спросить забыла. М-м-м… С ума сойти… Уля, ради такой вкусноты я готова раз в год терпеть твоего несносного братца. Правда, недолго.

Отхлебнув клюквенный морс и дожевав кусок плюшки, несостоявшаяся невеста встала и, не прощаясь, вышла из комнаты. Вперед, к непонятной нечисти и сумасшедшей команде. С ними все равно спокойней, чем с этим зеленокожим.