Драконья невеста. Я тебя забираю - Алисия Эванс

– Марианна? – позвал он меня чужим именем, едва протиснув свою широкую фигуру в дверной проем. Я никак не отреагировала. И так тошно, а тут еще он! – При появлении дракона принято вставать, – упрекнул меня похититель. Сказать, что я обалдела от его слов – это ничего не сказать.

Я не собираюсь насиловать себя и вскакивать при появлении Его Бессовестного Величия. Мне плохо, я едва стою на ногах, поэтому останусь лежать в постели, и плевать на всякие правила хорошего тона. Хочет видеть меня на ногах – пусть сам поднимает. Поразительная наглость! И где их, таких бесстыжих и красивых делают? Хочу направить гневную претензию производителю за явный брак готового изделия. Это ж как надо было напортачить, чтобы такой Чебурашка получился?

– Я Марина, – сухо отозвалась я, проигнорировав его слова о вставании на ноги. – Мое имя означает «морская», что весьма иронично в нынешних обстоятельствах.

В ответ на мою реплику Дракон лишь неопределенно хмыкнул.

– Вы ничего не ели весь день, – холодно произнес он, сделав вид, что забыл о моем неуважительном лежачем положении.

– Неужели? – несмотря на свое состояние, я все-таки нашла в себе силы на язвительный тон. Да он издевается? Я с трудом пью воду, а о еде и речи быть не может – вся она мгновенно покидает мой организм.

– Это протест? Вы объявили голодовку? – поинтересовался мой похититель, и я рассмеялась, как смогла в своем тошнотворном состоянии. Я посмотрела в его лицо и отметила, как недобро он прищурился, глядя на меня. Эдакий тигр, рассматривающий странную антилопу, которая вздумала разыграть перед ним театральное представление. В ее игру он не верит, но и грызть это малахольное создание ему не хочется.

– Мой организм объявил протест против качки на вашем дурацком корабле, – отчеканила я.

– Что? – дернул головой Дракон, не в силах понять смысл услышанного. Понял только, что кто-то объявил протест, а на кого ему обрушивать свой праведный гнев, так и не осознал.

– Плохо мне, – буркнула я. – Тошнит от качки.

– Вы, что, никогда прежде не выходили в море? – с сомнением поинтересовался мой тюремщик.

– Не приходилось, – бросила я.

– Вы живете на берегу теплого моря! – напомнил мне этот дуболом, очевидно, отбивший последний мозги о дубовые двери во дворце.

– Я живу в студенческом общежитии в холодном северном городе, – устало вздохнула я. – Точнее, жила, пока не оказалась в том самом дворце на берегу теплого моря. А до того я видела море лишь на картинках.

Дракон как-то очень тяжело вздохнул.

– Что? – мотнул головой он.

Зачем вы пришли? – прошептала я, устав от этого тяжелого разговора.

– Что ты сейчас сказала? – Дракон отделился от двери и сделал несколько шагов ко мне.

– Вы меня слышали, – ответила я, повернув к нему голову. Наши взгляды встретились. Я удивилась, поняв, что мужчина по-настоящему обескуражен. Кажется, до него только сейчас начало доходить, что ему подсунули не ту. И это спустя полтора суток после того, как мы отбыли. Браво! – Я не принцесса. Вы взяли не ту.

– Ты лжешь! – обвинил меня Дракон, сурово насупив брови. Страх в его глазах трансформировался в злость.

– Нет, не лгу, – выдавила я из себя.

– Тогда почему я чувствую в тебе силу? – прищурился мой похититель.

– Может, вам кажется? – хмыкнула я. Какой-то очень чувствительный Дракон. Обычно они обрастают толстой шкурой.

– Мне не кажется! – сквозь зубы с раздражением процедил он, будто я сказала какую-то глупость. – Прекрати врать! – с угрожающими интонациями приказал он мне. Если раньше Дракон смеялся надо мной или казался равнодушным, то теперь он разозлился. Похоже, решил, что я подлая лгунья. – Если у тебя морская болезнь, ты могла обратиться за настойкой от тошноты! – обвинил меня он.

– К кому обратиться?! Я здесь одна! – возмутилась я.

– Тебе приносят еду! В конце концов, могла бы постучать в дверь, чтобы кому-то пожаловаться. Привыкла во дворце, что тебе в рот заглядывают, вот и лежишь, ждешь, когда тебя обслужат!

От его обвинений мне впервые за долгое время захотелось плакать. Обычно в ответ на несправедливость во мне поднимается волна негодования, но сейчас этот механизм дал сбой. У меня нет никакого желания в таком состоянии спорить и ругаться со здоровым злым мужиком. Я ничего не сказала вслух и повернулась набок, лицом к иллюминатору и спиной к ворвавшемуся сюда хаму.

Сзади раздалось фырканье.

– Уйдите, – не выдержала я.

– Это мой корабль! – напомнил Дракон, но уже без тех рычащих интонаций, которые были в его голосе раньше.

– Так и займитесь своим кораблем! – парировала я. – Оставьте меня…

К моему удивлению, не успела я даже закончить фразу, как Дракон развернулся и, хлопнув дверью, ушел.

– Наконец-то, – облегченно выдохнула я. Закрыв глаза, попыталась немного поспать, но через пять минут дверь каюты вновь распахнулась, на этот раз без стука. – Что такое?! – я подскочила на кровати. Дракон решительным и быстрым шагом вошел внутрь, подошел к прикроватной тумбе и поставил на нее бутылек с зеленой субстанцией. – Что это? – тревожно спросила я, но ответа так и не получила. Дракон все делает молча, не удостаивая меня даже взглядом своего Драконьего Бесстыжества.

К флакону с зеленой жидкостью добавился еще один, на этот раз с красной. Ох, нехорошее у меня предчувствие от этих ярких красок. Мой похититель поставил на тумбочку прозрачный стакан и, словно опытный бармен, начал одновременно вливать в него красную и зеленую жидкость. Все это с каменным, совершенно непроницаемым лицом. Вопреки моим ожиданиям и законам колористки, красный и зеленый, смешавшись, дали… розовый цвет. Приятный такой, нежный, и оттого пугающий.

– Пей! – строго приказал мне Дракон, протягивая стакан с розовым варевом.

– Нет! – гаркнула на него я, сама от себя не ожидая такого отчаянного возгласа. – Ни за что! – и в ужасе сползла с кровати.

– Тебе нравится морская болезнь? – он посмотрел на меня, как на круглую идиотку.

– Да! – заявила я, активно кивая. – Очень нравится!

– Ты зеленого цвета, – отрезал он, склонив голову набок.

– Это сейчас в моде, – ляпнула я первое, что в голову пришло.

– Пей! – повысил голос Дракон и сделал шаг ко мне. Я отступила назад и врезалась спиной в иллюминатор. Все, назад пути нет. Если только попытаться выпрыгнуть в это окошко, но это верная смерть. – Что за глупое поведение?!

– Я ни за что в жизни не стану пить непонятную жидкость из рук еще более непонятного мужчины, – отрезала я на удивление четко. Меня вновь накрыл приступ тошноты, я едва стою на ногах. – Оставьте меня, прошу вас. Я потерплю, ничего страшно… го… – едва выдавила я из себя. Голова закружилась, и я поняла,