Не бойся ночи, там есть Я (СИ) - Тая Ан

странная вспышка в машине по дороге домой все никак не выходила из головы, заставляя покрываться ледяными мурашками. И от этого становилось ещё гаже. Даже не зная толком этого человека, мои собственные родители толкали меня к нему в объятия. И ради чего?

— М-да… жесть.

Именно так, Рик, именно так.

— Ты знаешь, — он понизил голос, привлекая мое внимание, — я поэтому тебя и облил, думал, он потом не захочет подойти.

— Ну спасибо, — я даже смогла выдавить улыбку, — заботливый ты наш.

— Не помогло?

— Не особо.

Брат поджал губы, совсем как отец. Но в нем не было отцовской суровости, лишь явное сопереживание, и потому я никогда не могла на него как следует рассердиться.

— Я тебе кое-что принес, кстати, — улыбнулся он вдруг, переводя тему.

Кто бы сомневался…

— И что же это?

Рик потянулся, чтобы достать из-за кровати маленькую плетеную корзинку и протянуть мне. Пришлось встать, чтоб заглянуть внутрь. На самом ее дне, свернувшись в клубок, сопела маленькая собачка, такая крошечная, что могла казаться игрушечной, кабы не мерно вздымающиеся бока.

— Кто это? — спросила я заворожённо, никак не ожидая, что следующий его подарок окажется одушевленным существом.

— Евдокукия, — ответил он гордо.

— Кто-о?

Тот невозмутимо кивнул.

— По паспорту она Её Светлость Евдокукия Мажестик Бейлис Крим.

Я фыркнула от смеха и зажала рот ладонью, чтобы не разбудить её светлость.

— И как же мне её называть?

— Сама придумай. Ладно, мне пора, куча дел… Надо сгонять к однокласснику.

Я кивнула, не в силах оторвать взгляда от своего нового питомца. Рик, посчитав прощение полученным, а миссию завершенной, оперативно скрылся в дверном проеме.

Все еще улыбаясь, я тихонько поглаживала собачку по теплому боку. Евдокукия, ха! Надеюсь, что она не в курсе про «её светлость» и не заставит обращаться к себе по протоколу. Куки. Я буду звать ее просто Куки.

Остаток дня я решила посвятить собственной бабуле. Та жила недалеко по соседству и была крайне неординарной личностью. В свои шестьдесят с небольшим она днями пропадала на ипподроме, в театрах и мюзик-холлах, ведя настолько насыщенную жизнь, что застать ее дома казалось невозможным. Но я позвонила заранее и потому решила прогуляться в гости, прихватив с собой своего нового питомца. Куки давно проснулась и с любопытством выглядывала из корзинки, крутя головой по сторонам.

Светлый особняк в английском стиле, спрятанный за высоким кованным забором, встретил меня яркими окнами и классической музыкой. Бабушка играла в гостиной на рояле любимую Лунную сонату. Она любила красивые дорогие вещи, такие, как этот величественный инструмент и свой большой уютный дом, в котором жила совершенно одна, лишь изредка приглашая гостей.

Облокотившись о косяк у входа в комнату, я не спешила обозначать свое присутствие. Но Куки оказалась не согласна с таким раскладом. Выпрыгнув из корзинки, она помчалась к роялю, чтобы усесться рядом, запрокинуть свою круглую голову и страдальчески завыть. Бабушка повернулась, и ее пальцы соскользнули с клавиш. Собачка тут же замолкла, выпучившись на неё в ответ.

— О боже, буквально на секунду показалось, что в зеркало гляжусь!

Я рассмеялась, подходя поближе.

— Нет, это всего лишь Куки, моя новая подружка, Рик подарил.

— М-м-м, — протянула она, наклонившись, чтобы погладить мопсика по голове, — и что он вытворил на этот раз?

Я закатила глаза.

— Как оказалось, всего лишь пытался спасти меня от очередного ухажера, выставив в неприглядном свете.

— Полагаю, безуспешно?

Я кивнула. Бабуля взяла с тумбочки колокольчик.

— Давай выпьем чаю, и ты расскажешь мне об всём.

Спустя пару минут нам принесли поднос с ароматным напитком и мятными галетами. Я уселась на диван, наблюдая за Куки, с важным видом досконально обнюхивающей новую локацию.

— Его зовут Эмиль Колтер, он сын отцовского партнера. Родители хотят, чтобы мы начали с ним встречаться, мол, чтобы закрепить сделку или что-то в этом роде… Короче, полная дичь. Где это видано? Будто средневековье какое-то.

Бабуля негромко рассмеялась.

— Пускай хотят чего угодно. Главное, чего хочешь ты сама.

— Это понятно, — выдохнула я, отпивая чай, — но в этой семье не так-то просто быть собой. Ты знаешь, я может и сходила с ним куда-нибудь разок-другой. Но он же просто ужасен…

И я в красках и по ролям рассказала все впечатления от нового знакомства, не упустив ни малейшей подробности, на что бабушка только покачала головой.

— Да-а, угораздило тебя. Но не думаю, что всё так страшно на самом деле, — улыбнулась она, наблюдая, как Куки пробует на зуб ножку винтажного журнального столика.

Не страшно? Хм, ну для неё может так и есть. Хорошо быть независимой. Я, в отличие от бабули, этим похвастать не могла.

Она убежденно кивнула.

— Угу. Сама подумай, ну что они тебе могут сделать? Что родители, что этот недалёкий ухажер. Ну наорут, ну оскорбят, и что? Это не должно отражаться на твоем самочувствии. Отращивай броню, Лиля. В этом обществе без нее не выжить. В любом случае, никто не сможет тебя заставить. Сейчас не то время…

Отличный совет, если не знать, что броня лучше всего нарастает на свежие раны. Конечно, бабулю трудно в чём-то упрекнуть, она сама прошла через нечто гораздо худшее. В восемнадцать родители выдали её замуж за настоящего тирана, превратившего ее жизнь в ад. Благо ад закончился через двадцать лет вместе с мужем, потому как тот оказался гораздо старше жены и имел серьезные проблемы со здоровьем. Бабуля очень жалела, что в свое время просто не сказала нет. Но, что сделано, то сделано. Я никогда не пожелала бы подобной судьбы ни для кого, а уж тем более для себя, да и броня далеко не всегда дает стопроцентную защиту. И что же делать? Видимо, здесь мне никто не поможет. Это лично моя проблема, а значит и решать её только мне.

Я поменяла тему, дабы не портить себе настроение еще больше. Изначально планировалось договориться насчет Куки. У бабули жили множество собак, не мопсы, правда, а таксы и корги. И я рассчитывала оставлять у нее иногда свою новую подружку, чтобы та не скучала, если у меня выпадет длинный день в институте. Бабуля без вопросов согласилась. Я пообещала занести Куки завтра с утра, и, захватив из бабушкиных запасов немножко корма и пеленок, отправилась обратно.

Давно стемнело. Благо, идти было недалеко, по прямой через красивый природный парк, где вековые сосны соседствовали с кустами шиповника и барбариса. Эдакий островок ухоженной природы посреди каменных джунглей в окружении дикого непролазного леса. Этот лес наседал на наш обособленный поселок со всех сторон, а с