Эприлинн Пайк - Миражи

— Ты имеешь в виду, два года назад — когда он заболел? — настаивала Лорел. — Ты же говорил, это сделали тролли.

Тамани вздохнул.

— Может, и тролли. Хотя мы сотни лет не видели троллей, которые используют такие яды. Они грубые и хитрые, но… химичить не умеют. Поэтому когда твой отец заболел…

— Вы решили, что это дело рук феи? — прямо спросила Лорел. Ей стало страшно.

— Да. Нет. Не исключено…

— И ты мне не сказал? — вскипела Лорел. Что еще Тамани утаил? Ему ведь поручено просвещать ее, а не держать в неведении! — С тех пор я дважды приезжала в Академию! Где живут почти все Осенние феи! Мог бы предупредить!

— Я пытался, — возразил Тамани, — но Шар не позволил. И он был прав. Мы провели расследование; кроме тебя, ни один химик не проходил сквозь врата десятки лет. Так просто мы не выпускаем фей из Авалона.

— А меня выпустили, — настаивала Лорел.

Тамани грустно улыбнулся.

— Ты не такая, как все. — Откашлявшись, он добавил: — Никто не хотел, чтобы ты подозревала всех химиков в Академии в попытке убить отца. Тем более это вряд ли кто-то из них.

Лорел задумалась. Она знала нескольких Осенних фей — специалистов по животным ядам. Например, Мару, которая вдобавок затаила на нее давнюю обиду.

— И теперь ты думаешь, что Юки причастна к отравлению?

— Вообще-то шанс невелик: она еще слишком юна. К тому же на Барнса наши яды не действовали. Кто знает — вдруг он исключение среди троллей. В одном я уверен: Юки здесь не место. Тут не должно быть диких фей.

— Постой, — Дэвид наклонился вперед и положил ладонь Лорел на ногу. — Если Юки отравила твоего отца, значит, она работала на Барнса. А если так, почему она с Клеа? Клеа же убила Барнса.

— Например, она была его пленницей, а Клеа ее спасла, — предположила Лорел.

— А почему не сказала? Зачем соврала, что Юки — сирота?

— Мы снова пришли к тому, что Клеа врет, — усмехнулся Тамани.

После длинной паузы Лорел помотала головой.

— Не сходится. Мы ничего не знаем наверняка. У нас есть только история Клеа. Хотела бы я услышать версию Юки.

— Это невозможно, — быстро сказал Тамани.

Лорел недовольно уставилась на него.

— Почему?

Заметив досаду на ее лице, он смягчился.

— По-моему, это слишком опасно.

— А ты можешь ее обольстить? — спросил Дэвид.

— На фей это слабо действует, — возразила Лорел. Правда, она в свое время поддалась чарам Тамани, не зная, что сама фея. Что, если идея Дэвида не лишена смысла?

Тамани покачал головой.

— Хуже того. Если не сработает, значит, ей известно про обольщение и она сразу меня раскусит. Я не могу так рисковать, пока мы хоть что-нибудь не выясним.

— А как ты собираешься выяснять? — сердито спросила Лорел. Ситуация казалась неразрешимой, — Мы не знаем, кто говорит правду, а кто нет. Может, обе врут.

— Думаю, надо поговорить с Джеймисоном, — помолчав, сказал Тамани.

Лорел невольно кивнула.

— Хорошая мысль.

Тамани вынул из кармана какой-то предмет и начал постукивать по нему пальцами.

— О боже, это айфон? — От неожиданности Лорел повысила голос.

Тамани невозмутимо посмотрел на нее.

— Да, а что?

— У него айфон. — Лорел повернулась к Дэвиду. — У моего телохранителя-фея нет водопровода, зато есть айфон. О-бал-деть! У всех на свете есть мобильник, кроме меня. Фантастика!

Ее старомодные родители до сих пор считали, что мобильники положены только взрослым и студентам.

— Полезная штука, — стал оправдываться Тамани. — Признаюсь, люди далеко ушли от фей в вопросе связи. Моментальная доставка сообщений! Пара кнопок — и я могу говорить с Шаром! Потрясающе!

Лорел закатила глаза.

— Я в курсе, как они работают, — помрачнев, добавила она. — У Шара тоже есть мобильный?

— Правда, — медленно сказал Тамани, не обращая внимания на вопрос, — нам труднее, чем людям. У фей тело не проводит ток, и иногда приходится стучать по экрану несколько раз. И все-таки я не жалуюсь.

Дэвид виновато улыбнулся.

— Можешь пользоваться моей трубкой.

Тамани еле слышно проворчал незнакомое слово.

— Не отвечает, — Он задумчиво сунул телефон в карман и уперся руками в бедра.

Лорел смотрела на него, его напряженные плечи, гордую осанку. Он вернулся всего две недели назад, и привычная жизнь Лорел превратилась в хаос.

Очень сексуальный хаос, Надо сказать.

К счастью, сейчас Тамани был в футболке. Лорел откашлялась и отвела глаза, собираясь с мыслями.

— Нужно ехать в старый дом. — Тамани вынул из кармана связку ключей.

— Что? Постой! — Лорел вскочила на ноги. Дэвид поднялся вслед за ней. — Сегодня нельзя.

— Почему? Мы должны все рассказать Джеймисону. Я поведу машину.

До чего непривычно слышать от Тамани «поведу машину»!

— Уже почти шесть часов. Скоро вернутся родители, а я еще не сделала уроки.

Тамани обескуражено посмотрел на нее.

— И что?

Лорел покачала головой.

— Тамани, я не могу. У меня здесь дела. Поезжай один. Ты и без меня справишься. — Она глянула на багровеющее небо. — Да и стемнеет скоро. Я и так вся на нервах, мне будет спокойнее, если мы разойдемся по домам до захода солнца. Сам говоришь, поблизости рыщут тролли.

— Поэтому я и рядом, — возразил он. — Это моя работа.

— А моя работа — делать уроки. И защищать семью и друзей. У тебя ведь есть телефон. Позвони Шару позже; пусть он попросит Джеймисона встретиться с нами в выходные. В пятницу в школе короткий день, и мы сможем поехать. Или в субботу, когда до заката уйма времени.

Тамани скрипнул зубами. Похоже, он и сам понимал, как неразумно целый час ехать в темноте.

— Ну хорошо, — сказал он наконец — Но в субботу или пятницу поедем.

— После школы, — сказала Лорел.

— Сразу после школы.

— Идет.

Тамани кивнул скрепя сердце.

— Думаю, Дэвиду пора домой. Солнце садится. — Он развернулся и зашагал к черному ходу. Лорел прислушалась, но дверь не скрипнула. Она заглянула в кухню: Тамани нигде не было.

Дэвид прижался губами к шее Лорел, согревая ее плечо дыханием. Ей хотелось крепче его обнять, но что поделаешь, это подождет. Пусть Тамани и уверен в своих силах, лучше, если Дэвид доберется домой засветло.

— Тебе и впрямь пора, — шепнула она. — Не хочу, чтобы ты гулял в темноте.

— Не стоит так обо мне беспокоиться, — возразил он.

Лорел отстранилась и посмотрела на него снизу вверх.

— Стоит, — тихо сказала она. — Как я буду жить без тебя?

Вопрос уже не казался риторическим, но думать об ответе было выше ее сил.