Любовь по рецепту (СИ) - Шаенская Анна

– Тройная цена! – воскликнула я, мысленно попрощавшись с новыми платьями и походами в кафе на ближайшие несколько месяцев.

Стипендии явно не хватит, чтобы покрыть такие расходы. Ох, придётся лезть в заначку. Но мы сами виноваты. Откажись мы от предложения Луиджи, сейчас отдыхали бы после смены, а не бегали по городу в поисках артефакта‑переводчика.

А тройная оплата... сами мы этот рецепт никогда не переведём, а Трорин сдерёт с нас за срочный заказ ещё больше.

– Господин Орин? – повторила я. – Вы нам поможете?

– За тройную цену, – вкрадчиво напомнила Эльза.

Жажда наживы, растекающаяся по лавке душной дымкой, усилилась. Гном явно собирался торговаться до последнего. А наши сбережения, увы, были не безграничны.

– Жаль, – с притворной тоской вздохнула я, поворачиваясь к выходу, – придётся обратиться к другому специалисту...

Блеф сработал безотказно. Быстро смекнув, что дальнейший торг неуместен, гном рванул в витрине и достал из‑под стекла шкатулку из чёрного дерева.

– Что вы! Никто в Империи не изготовит артефакт такого уровня! Кристаллы маэстро Трорина самые лучшие и работают без осечек.

– Нам это известно, – ответила я, – но вы упомянули заказчика...

– Мы изготовим для него другие очки, – обезоруживающе улыбнулся гном, протягивая мне шкатулку, – а с вас шесть тысяч золотых.

– Сколько?!

В глазах потемнело, а руки зачесались от желания придушить Луиджи или пустить чешуйчатого засранца на ингредиенты. Кажется, за зубы дракона в алхимических лавках можно выручить неплохие деньги. Обычно туда сдавали молочные клыки, но, уверена, коренные тоже подойдут!

А ещё можно с хвоста чешуи надёргать...

– Шесть тысяч золотых, – повторил Орин, – но я сделаю вам скидочку в два процента.

Какая прелесть! Не будь он гномом, я бы решила, что паршивец издевается, но для детей гор это было невиданной щедростью. И подавив волну праведного возмущения, я забрала шкатулку и провела над платёжным терминалом банковским кольцом.

– Благодарю за помощь, – прошипела я, опрометью выскочив из лавки, пока гном не втюхал нам ещё что‑нибудь под шумок.

– Ничего, в Тинтаре трав редких насобираем, – вздохнула Эльза, едва мы оказались на улице, – а как вернёмся ‑ продадим столичным алхимикам.

– Угу, – угрюмо отозвалась я, открывая портал в нашу комнату, – только давайте для начала разберёмся с зельем. Мне не терпится узнать, за что мы отвалили шесть тысяч.

– Надеюсь, ингредиенты обойдутся дешевле, – вздохнула Эльза, едва мы переместились в Академию, – иначе мы обанкротимся на этой отработке!

– Сомневаюсь, что их можно просто купить, – вздохнула я, – иначе какой смысл в наказании?

– Ректор сказала, что некоторые компоненты можно найти только в столице, – напомнила Беатриса, – что же касается артефакта, предлагаю считать его вложением в будущее.

– В смысле? – удивилась я.

– Со следующего курса у нас начнутся лекции по шаманству, – пояснила подруга, – половина заклинаний и рецептов будут на древнеорочьх диалектах. Сможем сдавать очки в аренду остальным адептам. Скажем, по десять золотых в час.

– Оу! Точно! – оживилась Эльза. – Так мы быстро отобьём затраты и ещё в плюс выйдем.

Наша Академия считалась самым элитным учебным заведением в Империи. Стипендии студентов и зарплаты персонала соответствовали этому статусу, поэтому мы и смогли раскошелиться на гномий артефакт.

– Можно взять в долю Астайрона, – немного подумав, добавила я, – с его коммерческой жилкой дело быстрее станет на поток.

Дело в том, что у нашего хранителя была одна слабость, из‑за которой он постоянно нуждался в деньгах – прелестная кошка эльвинейской породы.

Её Котейшество леди Катарина была диво как хороша. Шёлковая шёрстка, напоминающая цветом первый снег, бездонные сапфировые глазища, очаровательные беличьи кисточки на ушках и роскошный хвост, поражающий воображение длиной и пушистостью.

На красотку Катарину засматривалась вся Академия, а на её содержание у хранителя уходили сумасшедшие суммы.

Астайрон кормил Котешество самыми дорогими кормами в Империи, баловал эксклюзивными ошейниками, украшенными жемчугом и драгоценными камнями, скупал диадемы и крохотные горностаевые мантии. А отдыхала кошечка только на шёлковых подушечках и сшитых на заказ одеялках.

Зарплаты хранителя не хватало на это роскошество и Астайрон подрабатывал везде, где только мог. Предсказывал будущее, переводил древние свитки, писал курсовые для адептов других академий. И я не сомневалась, что за наш план призрак уцепится всеми щупальцами.

– Отличная мысль! – поддержала меня Беата. – Заодно и сплетничать никто не будет, что мы дорого берём. С хранителем спорить не рискнут, молча заплатят, а нам процент пойдёт.

Настроение стремительно улучшалось, а будущее уже не казалось безденежным и унылым. Покупка артефакта больно ударила по нашим кошелькам, но просить золотишко у родных не позволяла гордость. А с помощью хитрого хранителя мы быстро поправим бюджет!

Главное сделать перевод и с отработкой разобраться.

– Предлагаю отпраздновать первый успех! – рассмеялась Эльза, доставая из магического холодильника коробочку пирожных. – Не прошло и пары часов с момента оглашения «приговора», а мы уже так продвинулись в деле.

Пока подруга раскладывала десерты по тарелочкам, я подогрела чай, а Беата принесла из спальни Великую энциклопедию зельеварения и активировала артефакт‑переводчик.

– Даже страшно смотреть, – нервно хихикнула заклинательница, надевая очки, – зная Элисандру, там могут быть такие ингредиенты...

– Ты хоть название скажи для начала! – нетерпеливо воскликнула я.

– Ищу! Ага, вот, эпическое зелье му..., – подруга замолкла на полуслове и широко распахнув глаза, уставилась в открытую книгу, – мамочки! Кошмар какой!

Беата сняла артефакт и оторопело протёрла линзы, будто это могло как‑то повлиять на качество перевода.

– Что там такое? – осторожно уточнила я, борясь с дурными предчувствиями.

– Бред, – выдохнула заклинательница, – такого просто быть не может! Наверное, я не тот диалект выставила.

– Дай мне, – попросила я.

Немного поколдовав с настройками и выставив автоматическое определение языка, я подтянула книгу поближе и прочитала вслух:

– Эпическое зелье мужской силы.

Смысл названия дошёл не сразу... но едва я зачитала описание эффектов, Эльза подавилась пирожным, а Беата покраснела до кончиков ушей.

– И почему Элисандра нас просто не прокляла? – с тоской протянула я. – Это было бы дешевле и гуманнее!

– Но не так изящно и поучительно, – вздохнула Беатриса, забирая у меня книгу и очки, – ректор ведь обещала, что это наказание мы надолго запомним.

– Ну... здесь даже не поспоришь, – хмыкнула Эльза, – такое не забудется при всём желании! Главное, чтобы мой муж* не узнал об этом странном рецепте и его изготовлении. Сомневаюсь, что Эдмунд оценит и одобрит подобное «творчество»!

– Главное, не ославиться на всю Империю, собирая ингредиенты, – поправила я подругу. – А у меня такое чувство, что компоненты окажутся под стать названию.

– Боюсь, тебе не кажется, – обречённо простонала Беата, – для эпического зелья мужской силы необходимы: мех с груди оборотня, зуб врага, серебристая борода эльфа, слюна фейри, чешуйка инкуба из... откуда?! – заклинательница покраснела и, поправив очки, перечитала рецепт ещё раз, – мамочки...

Ингредиенты были один краше другого. И если интригующие чешуйки и мех можно раздобыть хотя бы в теории, что делать с бородой эльфа я не представляла.

– Вы когда‑нибудь видели бородатого эльфа? – задумчиво протянула я.

– Н‑нет, – икнула Эльза, – и про чешую в ТЕХ местах я тоже никогда не слышала. Даже у инкубов. Может... в рецепте ошибка?

– Сомневаюсь, что наставница дала нам неправильный список, – вздохнула заклинательница, – да и очки Трорина сбоев не дают. На линзах гарантийная печать...

– В качестве перевода я не сомневаюсь, – вздохнула я, – но у меня нет ни единой идеи, как собрать всё это и остаться в живых.