Издержки дипломатии - Дарья Андреевна Кузнецова

В этом, к слову, едины все потомки троллей. Люди и эльфы стесняются шрамов, считая их уродством, наши же воины — носят с гордостью. И если честная история его появления не впечатляет, никто не мешает придумать новую, более увлекательную — к ним никто не относится всерьёз, но слушают обычно с удовольствием, просто для развлечения. С фантазией у Шада всё хорошо, но…

Проблема в том, что я если не знала, то по крайней мере догадывалась, где это было получено. И догадывалась, насколько сильно он рисковал в процессе. А поскольку повлиять на происходящее не могла, предпочитала сделать вид, что ничего не случилось.

— Как твои отары? — спросила, смягчая грубость отказа.

— Плодятся и тучнеют, — улыбнулся он. — Пока оставил на пастухов, есть дела в городе.

Очень хотелось спросить, какие именно и надолго ли, но правды я сейчас не услышу, поэтому предпочла промолчать. Тем более всё равно пришлось прерваться: настала пора торжественной части.

Которая вышла достаточно скромной и непродолжительной. Немного приличных случаю речей, немного необременительных вопросов от журналистов. Немного попозировать у витрины с директором музея и представителем Свода Культуры, отвечавшим за культурные контакты… Приятный шайтар, очень спокойный и выдержанный, и умеет не лезть в чужие дела — очень редкое в наши неспокойные годы качество.

Пока всё это происходило, на огонёк занесло знакомого мне эльфа из их посольской группы по культурным вопросам. На беду, самого неприятного из всех. Я машинально первым делом попыталась найти взглядом Шада, которому точно не стоило встречаться с ушастыми, но шайтар и без моих замечаний исчез из зала некоторое время назад. Всё же у него поразительный талант оставаться при необходимости незаметным, тем более удивительный при его размерах.

— Ярая, это что, правда корона? — Через некоторое время Табиба всё же сумела отловить меня и отвлечь в сторонку. — Серьёзно?! На какую она голову? И какая шея это выдержит?!

— На троллью, — улыбнулась я. — Тут же где-то был один из первых военных вождей шайтаров в парадном облачении, ты до него не дошла? Он муляж, конечно, но в натуральную величину. И он всё-таки помоложе короны, а в её времена шайтары были в большей степени троллями.

— Ну да… Да, ты права, но всё равно. Когда ты говорила про корону, я думала о чём-то совсем другом. Кому могла понадобиться эта каменюка?!

— Коллекционерам, — насмешливо отозвалась я и кивнула на парочку упомянутых, которые прилипли к витрине и оживлённо, с восторгом обсуждали новый экспонат. — Древняя вещь, уникальная в своём роде.

— Ну да, — окончательно стушевалась Табиба. — История, и всё такое. Но могли что-нибудь более симпатичное украсть! — проворчала она.

Я засмеялась и ободряюще похлопала её по плечу:

— Не переживай, я тоже при слове «корона» представляю нечто совсем другое, а не кусок камня. Но история — есть история.

А корона и правда внушала скорее трепет и немного ужас, но совсем не восхищение. Весило это произведение древнего искусства килограммов двадцать, и впрямь мало какая шея выдержит. Высеченный из куска серого гранита обод овальной формы шириной сантиметров пятнадцать, зауженный кверху, чтобы не соскальзывал с черепа, покрытый нечитаемой полустёртой резьбой. Так сразу и не скажешь, что это — корона. Некоторые специалисты полагают, что это совсем не «глаз», как она официально называется, а другое место, символизирующее плодородие. И я не удивлюсь, если они правы: с древних племён вполне могло статься.

После торжественного открытия нового бесценного экспоната началась обычная рутина.

Для начала мы немного обсудили с шайтарским чиновником перспективы дальнейшего сотрудничества и взаимообмена выставками. Он искренне сокрушался из-за неспокойной обстановки в стране, которая совсем не способствовала уверенному культурному росту, и нашёл во мне полное понимание проблемы. Мне тоже местная перманентная гражданская война надоела ещё до приезда в Кулаб-тан много лет назад неоперённой стажёркой вроде Табибы.

Потом я посочувствовала Мангулу Ийдару, который тратил на своё увлечение тролльими древностями деньги, честно заработанные торговлей, насколько торговля вообще может быть честной, а сейчас терпел огромные убытки из-за выросшей интенсивности боёв разом на западе, юге и севере страны. Он очень волновался, как бы не пришлось вовсе сворачивать дело с большими потерями.

Тема войны у всех вызывала живой отклик, несмотря на то, что по официальной версии правительство её выигрывало. Зацепило даже тех, у кого почти не было активов в Кулаб-тане, и некоторое время гости жарко обсуждали достоверность информации из газет. Чуть не переругались по поводу того, полную ахинею они несут или всё-таки крупицы истины есть: несмотря на повсеместное пресечение инакомыслия, уж владельцы капиталов-то знали, на чьей стороне перевес.

Когда собеседников удалось утихомирить и отвлечь на менее острую тему, мы обсудили предстоящий небольшой благотворительный аукцион, посвящённый тролльему искусству, который устраивался неким анонимным лицом. Тут мнения разделились, и разделились предсказуемо: Лиграм, и без того не гнушавшийся сомнительных схем, уверял, что именно в таких местах можно отыскать подлинный шедевр, Гар Тун Кар — опасался аферистов, подделок и краденного. Остальные колебались где-то между, и я по привычке придерживалась золотой середины, хотя готова была спорить: без криминала там точно не обойдётся. У аукционного дома «Тайтила» и без того сомнительная репутация, а уж в такое время, да ещё неизвестно откуда взявшиеся вещи...

На вопрос о том, пойду я или нет, ответила уклончиво, поскольку и сама ещё не решила, хотя тоже получила приглашение. Я порой на добровольных началах выступала посредником для наших музеев и помогала им договариваться о покупке того или иного предмета, так что в этой среде меня знали. По предварительным сведениям, ничего интересного от аукциона ждать не приходилось, никто ни о чём меня не просил, и какой смысл тратить время? Ради возможного появления некоего неучтённого лота наверняка сомнительного происхождения?

Потом я поддакнула паре высокопоставленных шайтаров в вопросе зверств пресловутой «Байталы» — «единого кулака» в переводе. Эта повстанческая армия когда-то давно выросла из клановых противоречий разных земель и состояла тогда из самого разного агрессивного сброда вроде радикальных культистов, нацистов и террористов, а сейчас уверенно натягивала эльфам хвост на уши. Светлоликие, конечно, пытались делать хорошую мину и вид, что всё идёт согласно намеченному ими плану. Не могли же они признать, что не способны ничего сделать с горсткой плохо вооружённых пастухов, и что все их могучие боевые маги бессильны в этих горах! Но мина получалась у них ещё паршивей, чем военные действия.

В общем,