Требуется помощница, или Светлая против Темного - 2 (СИ) - Чернованова Валерия Михайловна

— Что стало с твоими туфлями? — Ксанор касается сенсора, и дверца машины бесшумно отходит в сторону.

— Одну превратила в пыль, другую выбросила.

Высший в удивлении заламывает бровь. Дождавшись, когда юркну в темный салон, занимает место водителя, и машина начинает скользить над землей.

— Они настолько неудобные?

Я ничего не отвечаю, и некоторое время мы просто летим молча. Ксанор не лезет в душу, а я продолжаю бороться с обрушившимися на меня чувствами. Злостью, ненавистью, отвращением. Разве им мало прошлого? Двести лет назад Светлых почти уничтожили. На нас охотились, убивали, забирали в рабство. Насиловали, ломали крылья, издевались. И вот на дворе цивилизованный двадцать второй век, а феям снова ломают крылья. Над нами снова издеваются, на нас охотятся, нас убивают.

Ничего не изменилось.

Разве что теперь на наши жизни еще и делают ставки.

Я говорю это вслух, а поймав недоуменный взгляд высшего, уточняю:

— На фей. На будущих жертв.

— Они — это кто? — напряженно переспрашивает Ксанор.

Зажмурившись, массирую виски, ощущая под пальцами прохладный металл блокаторов.

— Не знаю… Я случайно подслушала разговор двух су… низших. Нужно было выйти к ним, но тогда бы точно сорвалась.

Темный чуть слышно ругается, а я понимаю, что не смогу просто взять и забыть.

— Нужно лететь в полицию. Рассказать о том, что слышала.

— Тебе нужно домой отдыхать.

— Нельзя это так оставлять. Они продолжат развлекаться, а феи умирать. Вдруг ублюдок потому и убивает? Из-за гребаных ставок!

— С полицией я сам свяжусь, — мягко перебивает Хорос. — И договорюсь о встрече. На завтра. А сейчас спать, де Ларра. Это единственное, что от тебя требуется.

С каждой минутой боль в висках становится все сильнее. Отвернувшись к окну, смотрю на проносящиеся мимо стальные иглы высоток и продолжаю воскрешать в памяти слова богатеньких идиоток. Надеюсь, полиция разберется. Хотя вряд ли. Те, кто делает ставки, в случае чего сразу спрячутся за армией адвокатов.

— Что за… — голос Темного обрывается.

Вздрогнув, я перевожу взгляд на лобовое стекло и цепенею. Верхушка небоскреба, моего нового дома, сейчас напоминает старинный факел. Полыхает, объятая пламенем, рассеивая тьму неба.

— Кажется, с отдыхом могут возникнуть проблемы.

Вдалеке огонь пожирает металл, плавит стекла. Выругавшись, Ксанор резко уходит в сторону, направляя машину вниз, после чего, обогнув зеркальное здание, незаметно вливается в поток аэрокаров.

— Смена планов?

— Сегодня переночуешь у меня.

— Но…

— И нет, де Ларра, в отеле я тебя одну не поселю.

— Боишься, что на меня не зря делают ставки? — Я оглядываюсь, но быстро теряю из вида охваченное огнем здание.

Надеюсь, потушат раньше, чем пожар успеет добраться до моей квартиры.

— Никто на тебя не будет делать ставки.

— Ну а вдруг?

— Я сам лично выпотрошу любого, кто на это решится.

Он говорит спокойно, тихо, совершенно невозмутимо, но у меня мороз пробегает по коже и появляется уверенность, что так и будет. И порвет, и выпотрошит, и уничтожит. Вот только…

Вот только Ксанор Хорос не мой рыцарь, а я не та фея, которую стоит оберегать. Я не Эления Лэй, и что бы ни думали трии с помолвки, я не надеюсь на повторение ее истории с собой в главной роли.

◊ ◊ ◊

Только оказавшись в квартире Темного, меня посещает блестящая идея, что нам не стоило этого делать. Ему не стоило привозить меня к себе, а мне не стоило соглашаться. Лучше бы в отель отправилась. Вот честно, там безопаснее. И это я не про маньяка, а про свои идиотские мысли и желания.

— Как думаешь, почему загорелось здание? — пытаясь отвлечься от идиотских мыслей и желаний, спрашиваю у начальника.

Скинув пиджак, он избавляется и от бабочки, а я бросаю на диван клатч.

— Обязательно выясним, но не сегодня. Где твоя комната, думаю, помнишь. — Ксанор кивает на лестницу, явно торопясь от меня избавиться.

Ну и ладно.

Почувствовав укол обиды, бурчу:

— Спокойной ночи.

— Кара…

Оборачиваюсь, надеясь… А вот Йорг его знает, на что я надеюсь.

— Выпьешь?

Темный смотрит на меня, не сводя взгляда, и под этим взглядом хочется на все плюнуть, согласиться, остаться, но… Но я буду последней дурой, если снова совершу эту ошибку.

Кара, девочка, ты же стойкая фея. Где твоя сила воли? А здравый смысл?

А ну-ка быстро взяла себя в руки и марш в комнату! Спать. Одна. Как можно дальше от этого мужчины. Опасного, порочного и совсем тебе не нужного.

— Я устала. Как-нибудь в другой раз.

— Если передумаешь, спускайся, — продолжает он искушающе.

Но хотя бы не удерживает. Уходит за выпивкой, а я, преодолевая по две ступени за раз, поднимаюсь на второй этаж. В душ… Мне срочно нужно в душ. Ледяной и отрезвляющий. Такой, после которого только и останется, что кутаться в одеяло и думать о том, как бы скорее согреться.

О чем угодно, но только не о Ксаноре Хоросе.

Смыв макияж, включаю на полную мощность воду: как и планировалось, холодную. Мысленным пинком под зад запихиваю себя в душевую кабину. Шиплю от неописуемых ощущений, ругаюсь, но понимаю, что так мне и надо. Наказание за то, что опять на него запала.

Хорошенько себя помучив, возвращаюсь в спальню. Пижамы нет, а значит, придется спать в нижнем белье. Сейчас с сейтом на кровать и в сеть. Наверняка уже что-то выложили. Пожар в центре Кадриса — такое не пройдет мимо журналистов.

Кстати, а где мой сейт?

Бросив по сторонам взгляд, вспоминаю, что клатч остался внизу, куда мне точно идти не надо. Вот только как же я без связи? Вдруг Рену или родителям приспичит со мной пообщаться? К тому же прошел уже почти час, Хорос наверняка выпил все, что собирался выпить, и отправился спать.

Пожелав себе удачи, закутываюсь в халат и на свой страх и риск спускаюсь в гостиную. На лестнице замираю, обводя полутемное помещение взглядом. В зоне кухни высшего не видно, и на диване перед сейфотом тоже. Отлично!

На последней ступеньке снова запинаюсь, заметив Хороса за стеклянными дверями. И часто он плавает на ночь глядя?

Стою, не в силах отвести взгляда от сильного тренированного тела начальника и ругаю себя за то, что потащилась за сейтом. Быстрыми, резкими гребками Темный разрезает воду, преодолевая метр за метром так легко и непринужденно, словно всю жизнь только плаванием и занимался. Мне от одного вида бассейна, этой визуально хрупкой конструкции, становится дурно, а он ничего, плавает себе спокойно, не обращая внимания, что под ним простирается забрызганный огнями город.

Стряхнув оцепенение, на цыпочках подхожу к дивану, надеясь, что не заметит.

Заметил. Подплыв к краю бассейна, отдал голосовой приказ, и стеклянные двери бесшумно разъехались.

— Рад, что ты передумала.

— Даже не собиралась. Я-а-а… эм-м-м… за клатчем. — В доказательство своих слов демонстрирую ему сумочку.

— Присоединишься? — на губах у Темного появляется хищная улыбка. Та самая, из-за которой два года назад я не смогла устоять и… присоединилась.

— Я, конечно, сумасшедшая, но не настолько.

И вот надо же было сделать дно бассейна прозрачным. Голову бы дизайнеру оторвала.

— Точно. Ты же высоты боишься.

Скорее, я боюсь себя и своих желаний.

— И ее тоже.

Темный делает небольшой глоток из бокала с архесом.

— А кого еще? Меня?

Наверное, что-то такое есть в его взгляде. Гипнотическое, одуряющее. Мгновение назад я стояла возле дивана, и вот уже льну к прозрачным дверям, что ведут на открытую площадку.

— Ты, кажется, забыл о нашем договоре.

— Если бы забыл, ты бы еще вчера перестала быть моей помощницей.

Не знаю, от чего сбивается дыхание: от его слов, его голоса или взгляда.

— Все, я пошла.

Пока окончательно не пропала.

Разворачиваюсь с твердым намереньем убраться от него подальше, но услышав тихое: