Как воспитать приют и мужа (СИ) - Белильщикова Елена

   – Мне нужно, чтобы вы направили своих людей к дому одной девушки. Для вида взяли ее под арест, а потом передали мне.

   «Так будет меньше разговоров о ее исчезновении. Мало ли, в чем могла провиниться дочь мага-ученого. Может, через порталы в соседние миры бегала или помогала в незаконных экспериментах? Когда пойдут слухи, уже никто не разберется, как все было на самом деле», – решил он.

   – Что-то серьезное натворила? – подался вперед Витольд.

   В его прищуренных глазах блеснул интерес.

   – Приказ императора: не распространяться, – качнул головой Юлиан.

   – Ты же знаешь, я – могила! – Витольд выразительным жестом «застегнул» рот поверх усов, а потом размашисто отмахнулся. – Ладно, болотные черти с тобой. Парни возьмут ее – и пикнуть не успеет. Приведут к тебе в лучшем виде. Может, партеечку?

   Плутоватая улыбка изогнула губы, а рука уже потянулась к потрепанной колоде.

   – Сначала дела, – Юлиан сложил руки на груди.

   С его принципами и ответственностью – где сядешь, там и встанешь. В этом Витольд давно убедился, поэтому сейчас лишь сокрушенно вздохнул.

   – Ладно. Схватим твою «невесту», – хохотнул он.

   Юлиана едва не передернуло от таких шуточек. Его не испугало бы и войско пустынных кочевников, но женитьба… ни за что!

***

   – Бедная девочка-а! – я очнулась от того, что кто-то причитал надо мной визгливым голосом.

   Судя по интонации, это была женщина средних лет.

   – Убили-и! – к плакальщице присоединилась вторая компаньонка, с не менее противным тембром. Таким, что я поморщилась, как от зубной боли, еще не открывая глаз.

   – Элеонорочка, деточка, хорошо, что отец не дожил до этого момента, свою кровинушку…

   Услышав про отца, я резко подскочила на месте. Так, словно я – игрушечный зайчик, которому сменили батарейку.

   – Отец?! Где отец?! Он же в море! Капитан дальнего плавания, мы только вчера с ним по скайпу болтали! По видеосвязи! У него через неделю рейс заканчивается, и он возвращается домой!

   Кажется, у меня началась истерика. Все тело такое легкое, словно готово было взлететь. А еще меня била дрожь, как будто при высокой температуре. Может, действительно жар? Когда я наконец открыла глаза, то изумленно оглянулась, пытаясь взять себя в руки. Вместо больницы, современно оборудованной палаты с приборами, капельницей и медсестрами в белых халатах, меня окружала атмосфера средневекового замка. Совсем как фэнтези-книгах. Темные стены, огромная деревянная кровать со столбиками, множество подушек, на которых я гордо возлежала. И двое женщин в пышных платьях, похожие друг на друга чопорными лицами, прическами и даже голосами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍   – Ск-кайп? – неуверенно проговорила одна из них, переглядываясь со второй.

   – Видеосвязь?! – у второй женщины появились благоговейные нотки в голосе. – Милая, тебя, наверное, слишком сильно ударили по голове те грабители? Что в ней все перемешалось.

   Грабители? Какие грабители? Вот только незнакомка права, голова действительно болела. Я, поморщившись, коснулась затылка и почувствовала большую шишку. Такую, как в юности, когда в свои пятнадцать полезла на дерево спасать котенка и навернулась с верхней ветки. Мама тогда долго страдала надо мной, особенно над спиной, по которой ощутимо прошлись ветки, оставляя глубокие шрамы в виде обломанных крыльев. Мой бывший жених всегда смеялся, что я – падший ангел. Но я предпочитала игнорировать его глупые шутки и стеснялась своих шрамов, пряча их под закрытой одеждой.

   – Я… не помню, что было, – обтекаемо проговорила я, усаживаясь поудобнее.

   Я откинулась на подушки, прикрывая глаза, не зная, как сказать этим двоим курицам-наседкам, что не помню не только грабителей. Я имя свое с трудом помню! И то, не уверена, что имя мое – мое лично. Потому что история все больше напоминала мне книги про попаданок. А если подумать про рыжего кота в моей спальне в Москве, перевоплотившегося в мужчину и поцеловавшего так жадно… и кого-то еще, там, перед самым взрывом, кого я никак не могла вспомнить до конца… Картина складывалась совсем неутешительная. Или у меня крыша поехала на почве неразделенной любви, и меня отправили в психиатрическую лечебницу, накачали таблетками. А я теперь ловлю самые шикарные галлюцинации в своей жизни.

   «Или Дамиан был прав… насчет другого мира! Он спас тебя, но совсем не так, как ты думаешь… Он переместил тебя в чужое тело, чтобы ты не погибла окончательно. Или… Не он? А кто-то другой?» – мысли путались так, будто я действительно сидела на таблетках. А голова раскалывалась все больше.

   – Анальгина дайте… – вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. И поймала еще парочку шедевральных взглядов от моих надзирательниц. Поэтому со вздохом поправилась. – Болеутоляющего то есть.

   – Нельзя, деточка, ты что! – округлила глаза женщина с пшеничного цвета волосами, стянутыми в пучок. – Целитель скоро придет! Без его позволения нельзя тебя трогать… Ты ведь чуть не погибла!

   – Расскажите все по порядку, – я кашлянула, заглянув под простыню.

   И оцепенела. На мне вместо средневекового платья, привычного этим барышням, были нацеплены короткие джинсовые шорты и черная футболка с розами, в которой я поехала спасать Давида. Каким чертом на мне это оказалось? Эта одежда?!

   – Тебя нашли слуги на пороге замка. С окровавленной головой. Мы были в городе в это время. Слуги отнесли тебя в постель, смыли кровь и встретили нас полчаса назад, рассказав о произошедшем. Правда, они были уверены, что ты уже не дышала, но… Случилось чудо. И когда мы начали говорить о тебе, Элеонора, ты открыла глаза!

   Нелогично, но мысль, которая вертелась у меня в голове, касалась моей одежды. Как мне объяснить это гнездо порока на моих бедрах, едва прикрывающее их? Ведь на женщинах платья, что прикрывают даже лодыжки. А футболка с неприличной надписью через всю грудь? Ладно, предположим, если это другой мир, то тут не знают английского. Но характерный жест из трех пальцев, украшенный причудливыми розами, явно наведет их на размышления.

   Я чуть не застонала от отчаяния, прикусывая губу и натягивая простынь все выше. Мне нужно срочно избавиться от общества куриц-наседок. А потом встать, не потеряв сознание, дойти до шкафа и выбрать нормальную одежду. Чтобы не спалиться. Только как это сделать? Как? Если эти двое так и горят желанием не оставлять меня одну до прихода лекаря. Который, как пить дать, откинет простынь и шокирует всех моим внешним видом. Всех, кто будет находиться в этой комнате…

   – Крыса-а! У двери! – решилась я на отчаянный шаг и заорала, что есть силы.

   Уловка сработала. Женщины обернулись на крик почти мгновенно, переключив внимание с меня на дверь. Я сдернула с кровати простыню, заматываясь в нее, словно в паранджу, скрыв тканью и неприличную футболку, и короткие рваные шорты, и длинные обнаженные ноги. А потом рванулась на них в лучших традициях бойца армии моего народа. Справиться с «наседками» оказалось проще простого.

   Я набросилась на брюнетку, как ураган, почти вжимая в стену, и резко размахнулась ладонью. Всего один удар по шее сбоку достал сонную артерию. Глаза женщины закатились, и я поняла, что попала в блуждающий нерв, как и рассчитывала. Ее губы зашевелились так, словно брюнетке не хватало воздуха, и она, пошатнувшись, потеряла сознание. Я, аккуратно перехватив ее, уложила на ковер. Еще не хватало мне с первых минут попаданчества в другой мир членовредительством заниматься! Кроме того, как там нас в армии учили? Женщин и детей не бьют! Но у меня было оправдание: я защищала свою жизнь.

   – К-кто ты, чудовище?! – простонала блондинка, передвигаясь к двери наскоками.

   Я опустила голову и мысленно выматерилась. Моя простынка в пылу схватки сдвинулась, пикантно обнажая голые ноги. Кажется, я сумела шокировать местных жителей уже в первые минуты попаданства в чужое тело. Очень молодое и симпатичное тело, как я поняла, бросив мельком взгляд в зеркало на свое отражение. Растрепанные светлые волосы с серебристыми прядками – мечта каждого парикмахера моего времени. Золотисто-карие глаза, будто снятые с земной меня. Но я не успела удивиться этому факту, потому что меня прервал вой блондинки.