Обещанная демону (СИ) - Фрес Константин

– Это значит, – ответил отец, – что я не доверял этому гладкому прохвосту, этому золотому воришке! Поэтому и не хотел, чтобы он обратил на тебя внимание и заморочил тебе голову! Но раз уж он готов жениться, то пусть женится, хе-хе… Видела, как он смотрел на тебя? Прямо поедал глазами! Похоже, действительно влюбился.

– Золотой воришка?! – воскликнула Элиза, неприятно пораженная тем, как отец относится к ее будущему мужу. – Но Артур…

– Кровь от крови плоть от плоти своих родителей! – перебил ее отец. – Да, да, я знаю, что ты сейчас скажешь: он ученый, вежливый, хороший. Но я много прожил на свете и много людей повидал, и потому скажу тебе, – отец погрозил внушительно пальцем у самого носа испуганной Элизы. – Не верь хорькам!

– Хорькам? – переспросила перепуганная Элиза.

– Конечно, хорькам, – недобро ухмыляясь, ответил отец. – Такие чистенький, такие с розовыми ушками, такие богатенькие!.. Как ты думаешь, откуда у них столько денег, если титула к них нет и никогда не было? У них не было в роду королей, да даже самого завалящего барона тоже не наблюдалось! А меж тем у них богатый дом, дорогая одежда. Разве что зады не позолочены. На палочках магии столько, что уже и места не хватает вешать новую! И они не работают. Не разводят лошадей и собак, не продают дорогие ткани и духи. Так откуда деньги?

– Я-а-а, – проблеяла Элиза, не знающая ответов на все эти вопросы.

– А я скажу, откуда, –   хитро посмеиваясь, продолжил маркиз Ладингтон. – Давным-давно в руки одного из предков твоего драгоценного Артура попал магический золотой наперсток. Красивая маленькая вещица для модника, берегущего красу своих ногтей. Только наперсток этот приносил удачу в картах. Они картежники, милая. Сказал бы, что шулера, но они не прячут карты в рукавах. Им этого не надо. Ты думаешь, зачем этот Артур уезжал так надолго из города?

– Уч… учиться, – пискнула Элиза.

– Как бы не так! Зарабатывать, – хохотнул маркиз. – У нас, в Лонгброке, этих прохвостов все знают. Да даже если папаша Эйбрамсон нацепит фальшивые усы и приделает деревянную ногу, чтоб его не узнали, никто не сядет играть с тем, у кого на пальчике поблескивает золотой наперсток. А там, далеко, за Вечным лесом, о них никто не слыхивал. Мир велик; а мальчик вырос достаточно, чтоб поддерживать семейный бизнес. Интересно, скольких недотеп он раздел до штанов за пять лет?.. Студент!

– Фу, папа! – вскричала Элиза. – Скажи, что ты все это придумал!

Образ прекрасного, нежного злотоволосого Артура с прекрасными печальными глазами не вязался с тем, о чем толковал маркиз Ладингтон. Принц из сказки, весь в белом с золотом – мошенник, карточный игрок, шулер?!

– Я бы рад, дорогая, да не могу. Я видел, с каким количеством багажа он прибыл. Он привез очень много добра. Очень. Знакомым он говорил, что это все сувениры и подарки друзьям, модные большие шляпы для матери, да только в сундуках его было золото слитками.

– И ты дал согласие на наш брак?! – вскричала Элиза. Отец неодобрительно покосился на нее.

– Что ж с того? – ответил он. – Он же тебе понравился.

– Но ты сам называешь его мошенником!

– Шулером, милая.

– Да какая разница!  – взвилась Элиза. – Зачем ты позволил…

Отец холодно посмотрел на нее.

– Что, прошла любовь? Это лучше, если ты будешь смотреть на происходящее трезво.

– Но…

– Никаких «но». Этот мальчишка богат, как король. Не сомневаюсь, что он еще не раз поедет «повидать мир», да и тебя может с собой прихватить. Разве плохо? Будешь есть-пить на золоте. А не будешь дурой, – отец угрожающе понизил голос, – так и наперсток у него раздобудешь. В карты научиться играть никогда не поздно.

– Но папа! – вскричала потрясенная Элиза. – Ты предлагаешь мне, своей дочери, вот здесь и сейчас, когда брак еще не заключен, обмануть своего мужа потом, выманить у него эту вещицу и самой обыгрывать доверчивых людей?! Разве это прилично?! От тебя ли я слышу эти ужасные уроки?

Отец ничего не ответил на эту пылкую речь Элизы. Он лишь взглянул на дочь неодобрительно и откинулся на спинку сидения. Лицо его исчезло в полумраке кареты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Никогда не знаешь, какое из умений пригодится в жизни, – проворчал он. – Разве ты не хочешь быть богатой и независимой? Сама себе госпожа, красивая, состоятельная… В конце концов, могла бы и старику-отцу помочь. На старости лет хочется отойти от дел и немного расслабиться, посидеть в кресле на солнышке…

– Но ты же сам не хотел, чтобы мы с Артуром встречались! Не хотел, не хотел, не отрицай! Ты заставлял меня надевать то самое ужасное синее платье, чтоб он на меня не смотрел!

Маркиз фыркнул.

– Конечно! Увидь он тебя, тут начал бы морочить тебе голову. А какому отцу понравится, что какой-то прохвост трется около его дочери? Но он как будто действительно собрался жениться на тебе. И я не против законных отношений. Но до свадьбы тебе не стоит с ним видеться. Мало ли что у него на уме…

Глава 5. Артур

В доме Элизы был праздник.

Отец на помолвку дочери пригласил своих друзей, влиятельных людей города, в том числе и родителей Артура и его самого. Людей было очень много, так много, что Элиза растерялась, и когда пришла ее очередь говорить приветствие гостям, она едва смогла пропищать пару слов не своим голосом. Голоса гостей гудели как рой пчел, все лица сливались в одно, и Элизе от волнения казалось, что у нее начался жар.

Отец же, устроив этот пышный прием, надуваясь от гордости, при всех сделал громкое заявление.

– Артур, этот блестящий молодой человек, такой утонченный, образованный, сделал выбор в пользу Элизы, хотя это было и нелегко! Связанный клятвами…

Отец долго говорил, все больше раздуваясь от гордости. Так долго, что Элиза успела устать и заскучать, несмотря на то, что Артур был рядом, сидел за праздничным столом напротив нее и смотрел на нее вдохновленным взглядом.

На прием ее разодели в пух и прах. Желтый шелк, кружева, бриллианты. Элиза чувствовала себя тортом, который можно испортить, просто ткнув в него пальцем. Артур, наверное, чувствовал себя не лучше. Он был одет в алый атлас с головы до ног. На туфлях у него были невероятной величины банты, а его жилет был сшит из такой гладкой ткани, что, наверное, и муха бы соскользнула. Пышный галстук с самыми дорогими кружевами будто бы удушал несчастного жениха. Артур сидел молчаливый и бледный и почти ничего не ел, видимо, боясь испачкаться.

«Никогда не думала, что помолвочные обеды это так скучно, – сердито думала Элиза, нехотя колупая ложечкой воздушный десерт. – Куда интереснее было бы, если б мы сами решали, как проводить время! Устроили бы танцы или милый пикник… а слушать бесконечную болтовню мэра и отца невероятно скучно!»

Артур, кажется, думал так же. Он поглядывал на невесту, но отчего-то не решался заговорить с ней. Может, оттого, что все внимание тотчас было бы устремлено на него, и посторонние люди с удовольствием послушали бы, о чем там воркуют голубки.

Его волшебная палочка из редкого кедра словно невзначай коснулась его тарелки, и Элиза опустила лицо, скрывая смешок, глядя, как по знаменитому матушкиному рагу пошла рябь, а стручки зеленой фасоли удивленными бровями взлетели над двумя маленькими картофелинами. Жирная подлива в тарелке Артура что-то чавкнула по секрету его бокалу, и тот в свою очередь, склонился посекретничать над натертой до блеска серебряной сахарницей.

Столовое волшебство быстро облетело все приборы на столе, и закончилось это тем, что пузатый серебряный бокал отца Элизы встрепенулся, словно проснулся от крепкого сна, когда канделябр толкнул его локтем в бок. Бокал помигал красными глазками украшающих его рубинов, прислушался к потрескиванию свеч разбудившего его канделябра, и коварно заковылял к бокалу отца Артура.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Почтенный господин Эйбрамсон,  кажется, был навечно отлучен супругой от спиртного и пил исключительно воду. Коварный подкравшийся бокал отца Элизы толкнул собрата, плеснув в него добрую толику своего содержимого, и так же коварно, ковыляя и покачиваясь, вернулся на свое место.