Ледяной цветок для лунного императора (СИ) - Жданова Алиса

— Я переживал за тебя, — просто произнес он и, обхватив мое лицо обоими руками, вдруг нежно, осторожно прикоснулся губами к моим губам.

На миг замерев, я прикрыла глаза, ощущая, как через поцелуй в меня словно проникает тепло и свет, как этот свет струится по моим венам, делая меня счастливее, невесомее, словно я вот-вот превращусь в снежинку и понесусь над миром, подхваченная легким потоком ветра…

Опомнившись, я отшатнулась, разрывая поцелуй, и отвесила генералу оплеуху. Сначала он опаивает меня зельем, чтобы отправить в постель к императору, а теперь, значит, "переживал за тебя!". Не ожидавший этого Аррен дернулся и, поскользнувшись на мокром полу, головой вперед улетел в бассейн, подняв тучу брызг.

Я нырнула в воду и спешно прикрыла себя ладонями, хотя моими стараниями вода была уже непрозрачной и больше походила на суп от количества брошенных в нее ингредиентов: тут были и сушеные лепестки, и соль, и ароматическое масло, и даже какие-то сучки и коренья. Отфыркиваясь, генерал вынырнул и мрачно уставился на меня, стирая с лица воду.

— Вылезай из моей ванны, — возмущенно воскликнула я, — А не то я буду кричать!

— Лиарра, я же просто пытался сделать все лучше для тебя, — вместо того, чтобы вылезти, Аррен принялся оправдываться, — поэтому и дал тебе то снадобье. Думаешь, мне было приятно думать о том, что ты вчера была с ним? Да я всю ночь не сомкнул глаз!

— Аа! Помогите! — на пробу, негромко крикнула я, и генерал, вздохнув, двинулся ко мне. Не знаю, что он хотел сделать, но тут мы услышали самый страшный звук, возможный в подобной ситуации: стук открываемой входной двери.

Генерал не зря был удачливым военным: он одним слитны движением, опершись рукой о борт, выпрыгнул из бассейна, ногой отшвырнул в мою сторону одеяло и заметался по купальне, ища, куда бы спрятаться. Шаги неумолимо приближались, и я, трясущимися руками затянув одеяло к себе в бассейн и завернувшись в него прямо в воде, щелчком пальцев вернула себе облик Мирры. Генерал же, не обнаружив подходящего места для того, чтобы спрятаться, сделал самое глупое, что можно было сделать в подобной ситуации: вынул из воздуха свой меч, ледяной меч воина зимнего королевства, и замер, готовясь напасть на того, кто зайдет в комнату.

— Убери! — прошипела я, но он лишь кинул на меня дикий взгляд и переступил ногами, становясь поудобнее и готовясь к удару. Такими нас и увидел император — генерала с мечом в руках и меня в бассейне, завернутую в одеяло, медленно промокающее и оседающее в воду. Прекрасная картина…

Императору Рэйдену она, вероятно, не показалось такой уж прекрасной, и он замер на пороге, вздернув брось так, что она почти слилась с темной линией волос. Аррен, к счастью, сообразил, что нападать на императора с мечом в его собственном дворце несколько неразумно, и убрал тот за спину, как нашкодивший мальчишка — рогатку.

— Мирра, — спокойно произнес император, окидывая внимательным взглядом мою фигуру в бассейне, — что тут происходит? Я услышал, как ты кричала.

— Эээ. я увидела таракана, — выкрутилась я, — мерзкого, огромного, отвратительного таракана! Он бежал прямо на меня, вот я и закричала.

— А я прибежал, чтобы его убить, — облегченно подтвердил Аррен.

— Вы бы лучше с тапком бежали, а не с мечом, — с непередаваемой интонацией произнес император, — У вас, кажется, сейчас смотр войск? — Тут император Рейден небрежно взмахнул рукой, и стекающая с доспехов генерала Ву вода бесшумно испарилась, улетев в сторону бассейна легким облачком. Аррен слегка поморщился, но промолчал: мы не любим чуждой нам маги огня. Затем, император, отступив от двери, бросил на Аррена выразительный взгляд, и тот спешно вышел из купальни, оставив нас наедине.

— Мирра, я шел к тебе, чтобы поговорить о сугробах, — как ни в чем ни бывало обратился ко мне император, и я подняла на него непонимающий взгляд.

— О каких сугробах?

— Я понимаю, что я тебя есть…возражения против меня, — помедлив, подбирая нужное слово, добавил Рэйден, — но весь дворец завалило метровым слоем снега, и слуги уже два часа пытаются выкопать из-под него дорожки. Не могла бы ты… больше не устраивать стихийных бедствий? Ну или пусть снег идет за воротами дворца, построим снежный городок для детей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В соседней комнате, куда вышел генерал Ву, что-то упало, и у меня возникли смутные подозрения насчет виновника снегопада. Не он ли уронил что-то в моей спальне?

— Хорошо, — покладисто отозвалась я, — постараюсь не засыпать ваш дворец по самые крыши.

Рейден, явно не поверивший моим обещаниям, тем не менее кивнул.

— Я отправлю к тебе Розанну с отравой, — добавил он, намереваясь выйти, и я подняла на него недоумевающий взгляд. Зачем мне отрава?

— От тараканов. Чтобы генералу Ву больше не пришлось бегать по твоим покоям с мечом, — пояснил он, и, дождавшись моего нервного кивка, вышел.

Поняв по шороху удаляющихся шагов и хлопнувшей входной двери, что я осталась одна, я медленно выбралась из бассейна. Ну и утро… В следующий раз буду принимать ванну, только когда Розанна будет в комнате. Пусть сторожит, а то не купальня, а проходной двор. И, кстати, — я осмотрела дверь и не обнаружила не ней никакого намека на запирающее устройство — нужно будет попросить ее организовать мне защелку на двери.

Одеяло я вытащить из воды так и не смогла — напитавшись водой, оно весило, как полноценный слон, и у меня просто не хватило сил. Ничего, придут служанки и вместе вытащат. Представляю, как они удивятся от вида плавающего в бассейне, как медуза в аквариуме, одеяла.

Завернувшись в большое мягкое полотенце, я подошла к окну своей спальни и выглянула наружу, отодвинув штору. Окна выходили на сад, и прямо за стеклом виделись пушистые лапы вечнозеленой туи, усыпанные белоснежным снежком. Красота! Пойду быстрее на улицу, пока не растаял.

Зашедшая Розанна помогла мне найти платье и причесаться. С собой она принесла большую стеклянную банку с плотно притертой крышкой.

— Отрава. Для таракана, — пояснила она, и я молча кивнула.

— Странно, давно у нас тут не бегали…тараканы, — продолжила она, и в ее обычно безмятежном и слегка рассеянном взгляде промелькнуло осуждение, — Один как-то бегал, бегал…далеко убежал. Теперь вот новый завелся, — она тяжело вздохнула, и я бросила на нее подозрительный взгляд. Она сейчас про таракана или нет?

— Насыпь везде побольше отравы, — попросила я, — и пусть мне приделают защелку на дверь. На все двери. Чтобы тараканам было сложнее пробраться внутрь.

Розанна лишь кивнула и вместе со мной вышла на улицу. Тут, во дворце, нам можно было не соблюдать условности и не надевать теплые плащи на улицу, поэтому мы с ней вышли прямо в своих платьях, и теперь, шагая по заснеженной дорожке парка и полной грудью вдыхая морозный воздух, я чувствовала себя почти так, как дома. Как же здорово!

Дворец императора был выстроен по обычаям фениксов. Они жили в горах, где строить один огромный дворец было часто невозможно из-за отсутствия ровного места, и поэтому их дома состояли из множества построек и павильонов, разделенных парком так искусно, что из одного павильона за деревьями парка не было видно других и создавалась полная иллюзия уединенности. Мои покои, которые назывались "Западный павильон", были окружены пушистыми хвойными деревьями и буйными зарослями роз, сейчас, зимой, заботливо укутанными от морозов, а прямо напротив, скрытые магнолиями и сакурой, располагались покои императора—"Восточный павильон". Основной дворец, в котором вчера проходил наш свадебный пир, возвышался над деревьями в глубине парка и носил очень романтическое название "Дворец, залитый лунным сиянием".

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Все это Розанна рассказала мне, пока мы неспешно шли по уже расчищенным дорожкам. Я на ходу прихватила с розового куста на обочине пригоршню снега и задумчиво мяла, скатывая снежок. Создать снег я была не способна, я ведь все-таки ледяная фея — могу разукрасить окна изморозью, могу покрыть ветви деревьев сверкающим инеем — но снег мне неподвластен. А его тут навалило столько, сколько мог создать лишь снежный фэйри исключительной силы, какой Мирра никогда не могла похвастаться. А вот ее брат мог.