Седьмая звезда (СИ) - Риз Лаванда

— Гнездо, это сорока! Слышите меня? Иду верхом на молотке, борт 11. Приём. Всем бродягам, кто идёт по этой частоте, приём! Мне нужна карта леса и зелёная траектория. Ответьте, кто-нибудь слышит меня? — Энн повторяла это сообщение снова и снова, взяв управление корабля в свои руки.

Пока в динамике не услышала знакомый низкий баритон Зура:

— Это гнездо. … Слышим тебя, борт 11. Лети домой, птичка. У меня к тебе есть пару вопросов. Сообщи свои координаты, я выйду тебе на встречу.

— Рада, что гнездо ещё не разорили, ворон. Зачем тебе мои координаты, хочешь гостей на хвосте? Я вышла не одна. Давай как раньше, на нашем шифре. Сообщи мне свои. — Сдержано ответила Энн, скрыв от него свою замирающую радость в душе, оттого что её семья, была рядом, они искали её.

— Восемнадцать елей смотрят на запад, с тоской туда, где идет дождь, северный ветер чешет их мягким гребнем, завывая четверостишья.

Что означало, что нужно держаться курса восемьдесят один градус на восток, обойдя с юга метеоритный дождь, направляясь к восьмому квадрату этой галактики.

Да. Это был старый «бронтозавр» Тиара. Пиратский корабль разинул пасть, принимая своего гостя. Как только ворота загерметизировались, Энн выпрыгнула наружу прямо в объятья Мака. Рядом стояли Зур, Лукар, Жако и Сеярин.

— Где Чи, Энн? — Рычащий тон Зура красноречиво рассказывал о его еле сдерживаемой ярости.

Энн отстранилась от темнокожего Мака, и смело взглянула в лицо старшему брату.

— Чи … погиб, — тихо проговорила она, не желая показывать Зуру, как она переживает на самом деле. — Он спас меня, но, … в общем, мы упали на Тарго.

— Ты хочешь нам сказать, что Чи погиб из-за тебя? — рявкнул Зур.

В глазах братьев промелькнуло разное выражение. На лице Мака отразилась боль, глаза Зура светились откровенным негодованием, Лукар печально опустил взгляд, Жако нахмурился, и только лицо Сеярина оставалось таким же пустым, и то только потому, что аквазанцы вообще не могли выражать внешних эмоций.

— Я этого не хотела! Я, как и вы искала Тиара. Кто знал, что на Тарго случиться сейсмическая буря. Нас затянуло в искривление поля. Думаешь, мне легче от твоих обвинений?!! Да лучше бы я лежала там под лавой вместо Чи! Ну, прости, в следующий раз я так и сделаю! — завелась Энн. И вся её растерянность, вся глубина её отчаянья и печали вмиг отразились на её лице.

— Хватит нападать друг на друга! — вмешался Лукар. — Мы не виним тебя, Энн. Мы искали вас, и рады, что хотя бы ты вернулась невредимой. Чи герой, он всегда мечтал сделать что-нибудь важное. Не верится, … просто не верится, что кого-то из нас уже нет. Нашего брата … нет!

— Нет уж, она должна знать, что это случилось из-за того, что она нарушила мой приказ, что они самовольно сперли «челнок» и думали, что у них лучше получится. Почему мы должны носиться по вселенной как идиоты, сначала в поисках Тиара, потом бросать всё и мчаться разыскивать Энн, а потом снова Тиара? Если эта дама не прекратит бунтовать против меня, может случится так, что в следующий раз мы уже не сможем помочь ей! — продолжал возмущаться старший брат и капитан корабля, давая всем понять, что так просто он успокаиваться не собирается.

— Я бунтую вовсе не против тебя, Зур, мне просто не нравятся твои методы. Я своими глазами видела таких же выскочек закатанных в лёд криокамер! — огрызнулась Энн.

— Видела где? И откуда «томагавк»? Где ты была, Энн и чего мы ещё не знаем? — не унимался Зур, сверля её своими черными, как ночь глазами, выпытывая через этот взгляд её душу.

— Видела на основной базе Аватара, … я была там. Меня случайно загребли с Тарго вместе с остальными беженцами. «Томагавк» оттуда же. Допрос продолжается или вы всё-таки примете меня обратно?

— Оставь её, Зур. Не видишь, она устала и взвинчена, — тихо прошелестел Сеярин, обнимая Энн за талию одним из своих щупалец.

— Эй, а в кабине пилот. Энн привезла нам подарок! — выкрикнул Жако, выглядывая из «томагавка».

— Его нужно отпустить. — Твердо заявила Энн, тряхнув головой, поворачиваясь спиной к Зуру.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Интересная позиция. А почему это? — издевательским тоном проговорил Зур, подозрительно сощурившись.

— Потому что мы не звери. Мы свободные крылья космоса, мы неуловимые бродяги вселенной, но мы не убийцы. Мы искатели приключений и захватывающих открытий новых миров. Кажется, Тиар нам так говорил всегда? — Энн упрямо наклонила голову.

— И где он теперь? — уперся взглядом в неё Зур. — Может, нам ещё обнять солдатики на прощанье? — Он подошел к ней и резко развернул её к себе.

— Мы сейчас дадим ему возможность улететь, а сами покинем этот квадрат, — четко выговаривая каждое слово, громко произнесла Энн, глядя на него без капли страха или сожаления. — Я хочу, чтобы, когда будут говорить, что пираты это законченные сволочи, этот пилот возражал, говоря, что милосердие им не чуждо. Может, тогда к нам будут относиться иначе!

— Благодетельница! И когда это ты так успела измениться?!

— Зур, сделай, как она хочет. Просто уступи, я за это. Отпустим парня вместе с его консервной банкой и свалим отсюда, как можно дальше от этой головной боли! — Мак заслонил собой Энн от брызгающей злости Зура, который уже начинал терять над собой контроль, не узнавая своей сестры.

— Да, пожалуйста! Я буду в рубке! — Зур порывисто развернулся и зашагал прочь, заставив всех облегченно вздохнуть.

— С тех пор как ты пропала, он места себе не находил, — произнес Сеярин. — Ты же знаешь, что так он выражает свою заботу. Зур жесток, но такова его природа. Учитывай, что ты человек, а он химер.

— Знаю, он не позволяет об этом забывать. …Как же я рада вас видеть, мои дорогие! — произнесла, улыбаясь Энн, обнимая каждого по очереди: ламийца Жако, волосатого Лакура с Краша, аквазанца Сеярина и снова чернокожего Мака. — Больше вас не оставлю. Так домой захотелось! Ну, помогите мне отправить томагавк.

Энн развязала очнувшегося пилота, у которого на его лице застыл красноречивый ужас, как только он увидел перед собой огненно-рыжего, покрытого шерстью Лакура.

— Ты успокойся и извини, что я тебя так, — обратилась к онемевшему пилоту Энн, — но иначе ты не одолжил бы мне свой корабль. Сейчас ты возьмешь себя в руки, сядешь в пилотское кресло и полетишь на базу. Координаты я уже ввела.

— Ну, скажи хоть что-нибудь, — пробасил, улыбаясь сквозь шерсть Лакур.

— Вы кто? — пискнул пилот.

— Я Санта Клаус, малыш! Прости, с утра без макияжа! — проворковал ему в ответ Лакур и разразился лающим смехом. Энн тоже не выдержав, улыбнулась, хотя она уже давно привыкла к шуткам своего брата.

— Вы называете нас пиратами, мы называем себя бродягами. Как тебя зовут? — мягко спросила она, отвлекая внимание имперского пилота на себя.

— Сид, — прошептало в ответ.

— Запомни Сид, нельзя абсолютно всех равнять под одну гребёнку. Есть люди среди пиратов, и есть звери среди солдат Империи. И там и там имеются как хорошие, так и плохие ребята. Ты понимаешь, о чём я?

Сид старательно согласно закивал.

— Ладно, не тряси так, а то башка оторвётся! — заговорил снова Лакур. — По-моему ты говоришь для него слишком сложные вещи, он сейчас в обморок хлопнется. А прилетит домой и скажет, что это мы его испугались, что он нас уделал и всё такое. Ты действительно веришь, что среди них есть отличные парни?

— Есть! — кивнула Энн. — Поднимайся, Сид.

— И не дай бог, тебе сладкий, снова попасться у нас на пути, — снова прыснул со смеху Лакур, потешаясь с побледневшего солдата.

— А вот теперь пора и нам рвать когти, найти где-нибудь уютное сухое и теплое местечко и отметить твоё возвращение, да заодно подумать, что нам делать дальше, — умные бусины глаз Лакура блеснули сквозь густую шерсть на лице.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Глава 3

И опять, как в старые времена, каждый четко знал свои обязанности и своё место, они снова и снова заставляли свой «бронтозавр» бороздить просторы необъятного.