Малышка для демона (СИ) - Шторм Эрика

Спорить не стала — понятно же, что в одиночку мне не справится с хасом. Ашх Нишрах был удовлетворен моей покладистостью, что выразилось в его благодушном настроении и веселом оскале. Он ловко запрыгнул в седло и с легкостью подхватил меня, усадив перед собой.

Вопреки моим опасениям, между нами было маленькое, но все-таки расстояние. Мне не пришлось сидеть вплотную к ашх Нишраху, что положительно сказалось на моем эмоциональном состоянии.

Однако голод и жара давали о себе знать — чем дольше мы ехали, тем больше я раздражалась. Бесило буквально все. Однотипные пейзажи, громкий смех чудовищ, тяжелое дыхание хаса, молчание ашх Нишраха. Осознав последнее, вообще чуть не лопнула от злости. Молчит и молчит, должна радоваться. Но отчего-то казалось неправильным, что он не проявляет ко мне совершенно никакого интереса.

— Лари, ты пыхтишь громче хаса, — со смешком сказал тот, по чьей вине я прошла уже десять кругов ярости от едва уловимого раздражения до вселенской ненависти. — Что тебе так злит, малышка?

Мягкая интонация в его голосе только усугубила ситуацию. Сначала глумился, теперь заботиться. Что за…чудище такое?

— Шутите изволите, повелитель? — Вышло издевательски, а не с притворным благоговением, как мне того хотелось.

Ашх Нишрах не ответил, и я обернулась посмотреть на его реакцию.

Внешне спокоен, только уголки губ подрагивают.

— Ты смотришь на меня с таким огнем во взгляде. Поцеловать хочешь?

Я возмущенно фыркнула и резко отвернулась. Поправила платок, который так и норовил сползти с головы. Непривычная к его ношению, я так и не нашла способа нормально его повязать.

— В самых страшных и извращенных кошмарах такого представить не могу, — процедила сквозь зубы, вложив в голос побольше презрения.

— Тогда представь, что ты спишь… — придвинувшись ко мне так, что моя спина оказалась прижата к его груди, ласково произнес ашх Нишрах.

Мою талию мгновенно обвила горячая лапища, платок не без посторонней помощи соскользнул с волос, обнажившуюся шею тронул быстрый поцелуй.

Я чуть из седла не вывалилась от нахлынувшего испуга. Боги, я же не извращенка какая-то! Целоваться с чудовищем? Ни за что!

В глубочайшем потрясении я дернулась вперед, стараясь отодвинуться от монстра максимально далеко. Мои резвые движения заставили нервничать хаса, от чего тот внезапно остановился и забил копытом об землю. Ашх Нишраху пришлось приложить усилия, чтобы угомонить животное и возобновить движение.

— Целовать тебя опасно для жизни, — рассмеялся ашх Нишрах, за что был удостоен гробовой тишины на весь остаток дня.

Платок он мне вернул, и я укуталась в него, концы связав мертвым узлом. Теперь ни ветер, ни бессовестное чудовище его так просто с меня не снимет.

Когда солнце склонилось к закату, окрасив небо алыми полосами, наше путешествие закончилось. Дышать стало легче, я смогла убрать с головы надоевший платок. Рубашка и штаны промокли от пота, в горле пересохло. Однако все человеческие проблемы забылись, как только с холма, на который мы взобрались, открылся живописный вид на шикарный дворец.

Многочисленные купола венчали его башни и сияли золотым блеском. Стены из белого кирпича украшали огромные стеклянные окна. Дворец выглядел совсем сказочно и воздушно, напоминая кремовое пирожное.

Вокруг дворца вились дорожки из светлого камня, росли высокие пальмы и зеленел газон. Кое-где были разбиты клумбы и расположены фонтаны. Мое бесстыдное грязное тело тут же захотело с разбега окунуться в самый большой из них.

— Повелитель, значит. Оазис и скромный вигвам из шкурок, — нехорошо так, с угрожающими нотками, подвела итог всему увиденному.

Ашх Нишрах хмыкнул, не спеша оправдываться. Не по статусу видать, с простой смертной повелителю объясняться.

ГЛАВА 5

Внутри дворец был не менее величествен, чем снаружи. Один только белоснежный пол, раскрашенный серыми прожилками, навевал мысль о несметных богатствах чудовища. А уж золотые колонны, стеклянный куполообразный потолок и огромные картины на стенах, просто орали о его материальном благополучии и том, как неуместна здесь я. Поношенные туфли, порванное платье, простое происхождение — не иначе как предисловие к сказке о бедной пастушке и заморском принце. Только я от рождения не склонна верить подобным историям. Если сказка, то скорее о бородатом гноме, что каждый год за гору золота покупал молодую жену, потому что гибли они у него как на войне. Да только в конце оказалось, что гном не на войну жен отправлял, а в темный подвал, где отрубал им головы, помещал их в раствор и складировал в шкафу. Надеюсь, подвалов здесь нет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Помимо занимательного интерьера мой взгляд притянула стайка женщин-чудовищ, притихшая при нашем появлении. От мужчин они отличались женской версией тела, более аккуратными рожками и одеждой.

Основная часть отряда, то бишь обычные рядовые, отправилась куда-то дальше, а во дворец были допущены только заместитель ашх Нишраха, он сам и я. Понятное дело, приветствовать вышли не меня.

Женщины грохнулись на колени, едва ашх Нишрах поднял вверх раскрытую ладонь. Ткнувшись лбами в пол, выждали несколько секунд, после чего стали подниматься. Выстроились полукругом, пропустив вперед одну из них. Стройная, грациозная, гибкая и грудастая. Пожалуй, предыдущие слова лишни — просто грудастая. Настолько, что даже я залюбовалась.

— Повелитель, мы рады приветствовать вас… — томным грудным голосом произнесла она. — Ваши неназванные жены соскучились по вам и готовы обеспечить вам лучшие условия для отдыха, — закончила она на полувыдохе, ненавязчиво приложив руку к левой груди и легонько сжав ее.

Типа растрогалась, типа за сердце взялась, ага. Так я и поверила, что ты чувствительная натура, а не женщина, соблазняющая моего жениха. Не важно, что еще пять минут назад он мне даром не нужен был и я мечтала, чтобы какая-нибудь краснокожая мадам утащила его за уши под венец. Теперь я отчего-то думала об обратном — как увести ашх Нишраха от изголодавшихся по нему самок. Ну вот, повелась с чудовищем, теперь рассуждаю по-животному. Срочно книгу мне, да такую, чтобы высокоморальные ценности из нее через обложку лезли, а от чистоты языка из головы все жаргонные словечки мигом испарились.

И вот я почти отвлекалась, усмирила свое странное желание спрятать монстра от глаз других женщин, как до меня дошло нечто забавное: она сказала «неназванные жены». Как это вообще понимать?

Повернулась к ашх Нишраху, уставилась на него взглядом, скопированным у мадам Дриссоль. А именно: убивательным, колюще-режущем, продирающимся в душу и вытряхивающим ее наружу. Обычно этот взгляд она адресовала мужу — пьющему гуляке, на досуге посещающему бордель, а после заявляющемуся к ней в лавку в аромате чужих духов и следах помады.

Ашх Нишрах стойко выдержал мой взгляд, не изъявив желания излить душу. Он, конечно, не обязан, но пояснить происходящее не помешало бы. Пятнадцатой женой я быть не собиралась, а значит лучше выяснить все детали на подходе и пока не поздно вернуть меня домой. Еще существует вероятность, что мистер Навэт не успел проиграть полученные за меня кенты.

— Добрый вечер, Шарусса, дамы, — отвернувшись от меня, монстр поздоровался с женщинами. Особенно он выделил главную, назвав ту по имени. Она и расцвела: улыбнулась, потупила глазки, облизала губки. — Я пришел не один, а с девушкой, что станет в моем дворце полноправной хозяйкой. Ларинда Навэт — моя невеста.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

С порога вывалив на дамочек громкую новость, ашх Нишрах записал себя в самоубийцы, а меня в потенциальную жертву. Женщины заохали, заахали, впечатлительные разыграли сценки с обмороком, ядовитые — зашипели. Шарусса брезгливо поморщилась, но быстро опомнилась — водрузила на лицо доброжелательную мину и согнулась в полупоклоне. Остальные мгновенно ухватили ее настрой и последовали примеру. Сразу видно, что власть над женской половиной дворца принадлежит Шаруссе.