Кэти Лав - Отказаться от клыков

— Я не могу ее укусить, — тихо признался Кристиан.

— О нет, пожалуйста, только не говори мне, что ты собираешься быть таким же ханжой, как и Рис, — застонал Себастьян.

Рис нахмурился.

— Очевидно же, что вы с Джоли без ума друг от друга, — продолжал Себастьян. — В воздухе такое скопление чувственной энергии, что уже не продохнуть, и нам скоро придется вызывать врачей с кислородными баллонами. Смотрю тут на вас с Рисом и думаю, что я очутился где-то на Планете Любви, и мне срочно нужен респиратор, чтобы не подхватить эту заразу из атмосферы.

Кристиан уставился на брата:

— Ты еще больший псих, чем я тебя помню.

— Нет, он все тот же, — сухо сказал Рис. — Просто ты забыл.

Себастьян пропустил эти реплики мимо ушей.

— Так ты ее укусишь?

— Я не могу ее укусить, — повторил Кристиан.

— Что? — переспросил Себастьян, словно ослышался.

— Я не могу ее укусить.

— Что? — еще раз переспросил Себастьян, но на этот раз Кристиан понял, что все тот расслышал, просто отказывался верить своим ушам. Он глядел на Кристиана со смятением и недоумением. Даже Рис казался немного удивленным.

— После того как я укусил Джейн, — Кристиан бросил на Риса взгляд, полный раскаяния, — я перестал питаться от людей. Ну, я пью человеческую кровь, но только ту, что раздобыл в больнице. И строго высчитываю дозу: ровно то количество, которое необходимо, чтобы выжить. — О Двенадцатишаговой Программе он предпочел не рассказывать. Сейчас она выглядела слишком глупо.

— Боже, еще один вернулся к истокам, — Себастьян покачал головой. Кристиан недоуменно посмотрел на него, но Рис заговорил прежде, чем тот успел спросить, что именно младший брат имел в виду.

— Это не должно было повлиять на клыки.

— Я вообще перестал использовать все сверхъестественные способности. И, кажется, постепенно они тоже исчезли, — добавил Кристиан.

— Подожди, — прервал его Себастьян. — Ты не можешь делать ничего вампирьего? И клыки не появляются, даже когда вы с Джейн… ну… того?

Кристиан покачал головой.

Себастьян выглядел так, словно его вот-вот хватит удар. В конце концов, ему удалось выдавить:

— Сдохнуть! Хотя тебе это не грозит, но….

— Может, тебе стоит попробовать укусить ее сейчас, когда ты знаешь, что Джейн жива? Вдруг получится. Что, если это все было из-за чувства вины? — принялся размышлять вслух Рис.

Кристиан лишь пожал плечами. В глубине души он знал, что «воскрешение» Джейн тут не поможет. Даже сейчас, когда он думал об обращении Джоли, он не испытывал голода. Словно его желание кормиться впало в спячку.

— Я могу укусить ее за тебя, — предложил Себастьян, и по его лицу было видно, что он находит эту идею очень соблазнительной.

Кристиан нахмурился. Он не собирался ни с кем делиться Джоли и уж тем более позволять другому вампиру, пусть даже и родному брату, обращать ее.

— Нет, — категорически отрезал Рис. — По словам доктора Фаулера…

— О боже, — простонал Себастьян. — Начинается.

Кристиан растеряно переводил взгляд с одного брата на другого, ожидая, когда Рис продолжит.

— По словам доктора Фаулера, если вампир собирается сделать смертную своей спутницей жизни, то он сам должен ее обратить. Это единственный способ создать неразрывную связь.

— Кто, черт возьми, этот доктор Фаулер? — Имя казалось Кристиану смутно знакомым, но он никак не мог припомнить, где слышал его раньше.

— Он некто вроде «преподобного» Муна[14] в мире вампиров, — вставил Себастьян, не скрывая при этом своего отвращения.

Рис свел брови.

— Это не так. Он ученый, сфера его интересов — сверхъестественные существа, и он уже выяснил о них — в том числе и о нас — очень много. Например, ты знал, что последние исследования все чаще доказывают, что вампиризм — это вирус?

— Вирус, — протянул Себастьян. — Как мило. А я-то все гадал, в чем причина нашего старого доброго проклятья. Спасибо за разъяснения.

Кристиан проигнорировал его издевки и повернулся к Рису:

— Ты действительно доверяешь работам этого парня?

— Да.

— Может, есть научное обоснование тому, что творится с моим голодом? — пробормотал Кристиан, обращаясь скорее к самому себе.

— Я не сомневаюсь, — ответил Рис.

— Вы двое меня достали. Я забираю свое пиво, пойду выпью с дамами. — Себастьян подошел к барной стойке и опустился на табурет рядом с Джейн.

— Что он имеет против этого парня? — поинтересовался Кристиан.

— Доктор Фаулер проводит кампанию, пытаясь убедить вампиров прекратить пить кровь смертных. Он считает, что это главная причина, по которой мы вынуждены скрываться от общества.

Кристиан кивнул, хоть в глубине души не разделял эти взгляды.

— А Себастьян самый неразборчивый в питании вампир, которого я знаю. И он не хочет ничего менять. Даже задуматься не хочет. Черт, да он держит ночной клуб, в котором как раз и утоляют две важнейших потребности: вампиры жаждут крови, а люди — наслаждения от укуса. И Себастьян вряд ли положит этому конец.

— Ну, если доктор Фаулер против кусания, вряд ли он мне поможет; скорее всего, будет даже доволен, что у меня ничего не получается.

Рис покачал головой:

— Нет, вообще-то он большой сторонник сверхъестественных браков. Считает, что если вампир и смертная — родственные души, то они должны быть связаны. Он уверен: это продемонстрирует человеческому сообществу, что вампиры на самом деле умеют любить и брать на себя обязательства.

— Неудивительно, что Себастьян его ненавидит.

— Да. Себастьян заботится исключительно о собственном благополучии, — заявил Рис, с улыбкой глядя на столь охочего до наслаждений младшего братца.

— Я был таким же, — с раскаянием заметил Кристиан.

Рис покачал головой:

— Нет. Ты умел заботиться о других. Просто выбрал не ту женщину. — Рис взглянул на Джоли, оживленно болтающую с его женой и братом. — Думаю, эта подходит тебе куда больше.

Кристиан в ответ не улыбнулся.

— Я очень сожалею. О Лиле. О том, что случилось с нашей семьей. Об Элизабет.

— Это Лила разрушила нашу семью и убила Элизабет.

— Но именно я привел ее в наш дом.

— Кристиан, я больше не могу злиться из-за прошлого. Я скучаю по Элизабет. Но случись все по-другому, я бы никогда не встретил Джейн.

По глазам Риса Кристиан видел, что тот говорит от чистого сердца. Он нашел в Джейн свою душу.

— Как ты узнал, что Джейн — твоя избранная? — спросил он.

— Тело поняло это прежде разума. Когда я ее встретил, то был немного не в себе.