Розмари Клемент-Мур - Техасские ведьмы

Дельгадо помог сестрице перелезть через скамейку, и парочка ушла. Бен все ждал, а я – не в силах улизнуть от неизбежного – попыталась в последний раз:

- Я плохо танцую. – На уроках чечетки я продержалась немногим дольше Фин.

- Все хорошо, мне без разницы.

Маккаллох взял меня за руку и чуть грубовато потащил через толпу.

- А вот я против. – И уперлась каблуками в цементную плитку импровизированного танцпола. Ди-джей крутил кантри, площадку окружали разноцветные фонарики, освещая пары, двигающиеся концентрическими кругами. Марк и Фин уже были там, смеясь и всматриваясь себе под ноги.

Бен повернулся ко мне, не выпуская мою правую руку из своей левой.

- Мне следовало догадаться, что ты из этих.

- Из кого? – проворчала я и поморщилась, чувствуя, что проглотила наживку.

Маккаллох смотрел на меня с неким вызовом.

- Из тех, кто не возьмется за дело, в чем рискует не преуспеть.

- В котором рискует не преуспеть, – поправила я. – И ты ошибаешься.

- Допустим. – Бен немного сдвинулся. Вообще, мы топтались на месте, напоминая скорее бойцов на ринге, чем парочку на танцах. – Назови мне хоть что-нибудь, что ты делаешь веселья ради.

- Читаю книги. – Я вскинула подбородок. Пусть только попробует сказать, что это не весело. – И не учебники, а любовные романы, детективы, фантастику…

- Но ведь, читая, ты не можешь ударить в грязь лицом.

- Ха! Я и, танцуя с тобой, не ударю в грязь лицом.

Оставалось надеяться, что хотя бы не упаду буквально.

Бен разыграл все как по нотам.

- Тогда докажи.

Я хотела ответить, мол, мне не надо ничего доказывать. Но, естественно, промолчала. Зато приблизилась, положила руку Маккаллоху на плечо и кивнула на танцпол:

- Давай сделаем это.

К моему изумлению, Бен расхохотался. Не победно, а весело, от души. И, должна признать, ситуация вышла очень забавная, пусть я и проиграла первый раунд.

Затем Бен обнял меня за талию, притянул ближе и поднял наши соединенные руки. И там, где наши тела соприкоснулись, мне вдруг стало горячо. И дело вовсе не в жаркой июльской ночи, а в объятиях Бена. Широкие плечи, воротник рубашки не застегнут, так что я любовалась биением жилки на загорелом горле.

Как его пульс мог быть настолько ровным? Мой скакал туда-сюда, и я уже задыхалась, хотя мы еще не сделали и шагу.

- Готова? – спросил Маккаллох, и я попыталась по голосу разобрать, не чувствует ли он себя так же, как я. Но вот смотреть ему в глаза не собиралась. Что, если я его не привлекаю? Или того хуже: вдруг он заметит на моем лице возбуждение от того, что мы касаемся друг друга грудью и бедрами во время танца?

Ну, как танца... Во всяком случае, мы старались, чтобы сие на него походило. По моему кивку Маккаллох двинулся и осторожно подвел меня к парам на танцполе. Я попыталась сосредоточиться на шагах, но тело партнера постоянно отвлекало.

Люди исполняли тустеп – довольно простой танец: два быстрых шага, один медленный. Я заметила, как Марк провел Фин мимо нас, и даже она справлялась. От удивления я сбилась с ритма и шага – снова, – врезалась Бену в грудь, отскочила и едва не столкнулась с другой парой. А затем вообще остановилась прямо посреди танцпола, и другой паре пришлось поспешно нас обходить.

- Ну ты даешь! – сказал Бен, явно сдерживаясь. – Ты действительно ужасно танцуешь.

- Я знаю этот танец. – Мне хотелось взвыть от досады, но тогда я смутилась бы еще сильнее. – Просто никак не могу попасть в такт.

- Давай лучше двигаться. – И тут же подкрепил слова действиями, выставив вперед левую ногу и заставив меня отставить назад правую. Быстро, быстро, медленно… на этот раз я сумела попасть в ритм, но наша неуклюжая возня напоминала скорее борьбу.

- Может, перестанешь пытаться вести, – сквозь зубы процедил Бен. – Прекрати мной управлять.

Я невесело рассмеялась:

- Это просто смехотворно. Ты советовал мне расслабиться.

Бен нахмурился на мгновение, а потом грубовато улыбнулся.

- Ладно. Справедливое замечание.

- Может, в этом… – я подвигала нашими соединенными руками, как пилой, что, в принципе, весьма соответствовало нашему «танцу», – виновата не только я. Говорят же, что танцы – совместное дело.

- Я прекрасный танцор, – резковато возразил Бен. – Если только ты позволишь мне вести.

- А может, вести следует мне, – парировала я, и тут же затаила дыхание, потому что он ухватил меня покрепче за талию и растопырил пальцы, теперь охватывая ладонью территорию от ребер до округлости бедра. Бен наверняка чувствовал, что мое сердце бьется вдвое чаще. Надеюсь, он решит, будто это от танцевальной нагрузки.

- Тебе нельзя вести, – спокойно пояснил он. Ну, конечно, в таком случае он главный, а я – нет. – Ты двигаешься назад.

- Почему я должна двигаться назад? Потому что я – девушка, а ты – парень?

- Потому что я выше и вижу дальше.

Я фыркнула, но все равно уступила:

- У тебя на все есть ответ, верно?

Он радостно улыбнулся, а потом чуть скривил губы.

- За исключением зловещего дела Безумного Монаха с ранчо Маккаллохов.

И хотя прозвучало слегка мелодраматично, в этой насмешке чувствовалось неудовольствие. После знакомства с семьей Бена, мне многое стало понятно. Например, почему он все время называл землю «своей». И вовсе не из жадности или эгоизма, а от одиночества. Вся ответственность за ранчо давила на его плечи. Так нечестно – и хотя я не в курсе всей правды, но люди часто испытывают напряжение от необходимости все контролировать. Мне ли не знать.

- Мы все выясним, – пообещала я. Бен изумленно моргнул, и, чувствуя досаду и смущение, я добавила: – Фин, я и ребята из университета. Может, даже Дейзи. Мы докопаемся до правды.

Его взгляд посуровел.

- Ты просто хочешь найти призрака.

- Нет... – начала я, а потом поправилась: – Ладно, хочу. Мне необходимо во всем разобраться.

- Так это для тебя просто очередной детектив? Или какой-то эксперимент?

Я даже не потрудилась сдержать горький смех:

- Поверь, в моих же интересах выяснить правду. И не только в научных целях.

- То есть ты лично в этом заинтересована?

Я заколебалась, потому что если я имела в виду избавление от призрака, то Бен спрашивал совсем о другом. Мы только что заключили хрупкое перемирие, которое может рассыпаться от неверного слова. Но кому-то нужно заговорить.

- Может быть.

- Наверное, это хорошо. – Бен слегка улыбнулся, и я поняла, что мы перестали натыкаться на все подряд. Он уже не цеплялся за меня, его пальцы немного щекотали мою спину, а другой рукой он осторожно, словно перышко, удерживал мою руку. Однако между нами установилась связь покрепче, чем когда мы сжимали друг друга мертвой хваткой.