Хроники Королевств. Царица Степи. - Кира Вайнир

И висят эти побрякушки в одном из самых глубоких подвалов дома вождя. Там защитные руны и выбитые пентаграммы, войти может только действующий вождь и кто-то с ним. Например, как отец привёл меня, когда передавал мне власть вождя племени. Это наш долг перед спасшей когда-то наше племя Царицей. Мы храним медальоны её врагов. Серебряные в большинстве своём сгорели в огне защиты, что запустила своим последним заклинанием Царица. Так что они вечно сгорают заживо. Без надежды на возрождение. Жаль, что Буйвол уничтожил тогда медальон предателя. Легко тот отделался!

- А это откуда в вампирьем замке? - удивилась я.

У стены стоял большой каменный вазон, в котором цвели кровавые ландыши. Вампиры на дух их не переносили, как оборотни чистое рунное серебро. А тут даже сейчас заметно было, что эти цветы выращивали специально.

- Большая редкость? - явно не знал что это за растение Саргал. - Вроде как наделяет оружие какой-то особой силой. Говорят, в любимой комнате Царицы был горшок с редкими цветами, среди которых она держала клинок, чтобы он приобрёл необычные свойства. Им её и убили. А это, наверное, те самые цветы.

- Саргал, это кровавый ландыш. Ну, вроде яда вашей кайры, только для вампиров. Сок этого растения способен действительно подарить клинку особую силу. Раны от такого оружия на вампирах не заживают, а медальон, который на самом деле является створками зеркала душ, теряет связь с таким вампиром. То есть душа не может попасть в эти зеркала и переродиться. Единственный шанс, это если где-то кто-то будет проводить особый обряд над только что умершим младенцем. Душа такого вампира попадёт в младенца и начнёт жить заново, постепенно возвращая себе былой облик и память своей вампирской жизни. И это не быстро, сотни лет. Примерно в то время, когда погибла Царица, королевства наводнили вампирские книги с описанием этого обряда. Да даже моей наставнице от её матери и бабки досталась такая книга. Но представляешь, сколько независимых событий должно сработать, чтобы этот единственный шанс сбылся? - поделилась и я тем, что знала. - Это почти гарантированная смерть фактически бессмертного существа. А раз сама Дариласса готовила это оружие... Похоже, она так торопилась выполнить свои задумки, потому что устала от той жизни, которой жила. Ненавидимая и ненужная жена, ни друзей, ни семьи... Она сама собиралась оборвать своё бессмертие.

- Из-за обид, применённых мужем? - спросил Саргал.

- Да, - я-то знала, что она его любила, и каждая измена Буйвола была для неё пыткой.

Саргал вдруг перевернул каменную вазу, вывернул землю на пол и старательно растоптал и цветы, и корни.

- Зачем? - удивилась я.

- Не будет этой дряни на моей земле! - рыкнул муж.

Прогулка затянулась. Помимо книг, большая часть которых сохранилась, не знаю каким чудом, здесь было ещё огромное количество всего интересного. Вампиры интересовались изучением звёздного неба, собирали коллекцию минералов. За содержимое сотен ящичков, где хранились друзы сотен камней любой артефактор, маг, ведьма или ювелир продали бы и кровь, и душу, и тело на сдачу!

Но замерла я в картинной галерее. Десятки Сапфиров смотрели на меня со стен. Многие портреты пострадали. Буйвол мстил даже изображениям вампиров. Я стояла перед самым поздним и лучше всех сохранившимся портретом.

- Наша Царица, - обнял меня со спины Саргал.

- Ага, - только и смогла выдавить я, глядя на портрет Иллирианы Вернет или Иллиры Отравительницы, моей наставницы.

В чьей семье передавалась древняя вампирская книга с обрядом возрождения Высших Леди вампирских кланов, убитых оружием, напитанным соком и росой кровавого ландыша. Только у моей наставницы были тëмно-карие глаза, а у Дарилассы Сапфировой синие.

В голове с грохотом ледохода сталкивались обрывки головоломки и со скрежетом вставали на свои места. Не хватало только одного фрагмента. Почему до сих пор возрождение не завершилось? Что мешает Иллириане стать Дарилассой?

- Так всё, пошли уже домой. Если хочешь, можем сюда ещё приезжать. А сейчас домой! - Саргал одним движением взвалил меня себе на плечо и понёс к вепрям. - Закат уже, а мы всё по развалинам лазаем.

- Саргал, подожди! Слышишь, кто-то скулит, - показалось мне.

- Мой живот, с утра не ели. - Ответил муж.

- Живот урчит, а тут пищит кто-то, - поправила я. - Спусти меня.

- Говорю же, мой живот. Просто уже потерял надежду на поесть. - Вздохнул муж, опуская меня на землю.

- У меня слух тоньше, не забывай, родила меня всё-таки эльфийка, - напомнила я.

Искать источник писка пришлось долго. В небольшую щель между камнем и землёй забился маленький, не больше моей ладони котёнок. Он еле открывал рот, чтобы позвать хоть кого-то. Но видно, что один он был очень долго. Шерсть была в залысинах, словно он болел или её выдрали, а на боках чётко выпирали рёбра.

- Бедняга, - посочувствовала я. - Как ты тут оказался?

Котёнок чуть приоткрыл ярко-зелёные глаза и горестно безнадёжно пискнул. А я почему-то вспомнила саму себя в детстве.

- Смотри, совсем как я. Тоже брошенный, никому не нужный и зеленоглазый. Может дело в цвете глаз? - спросила я у котёнка, погладив его пальцем между ушек. - Иди сюда, будем тебя спасать.

- С кем ты тут разговариваешь? - подошёл ко мне Саргал, тоже осматривающий землю, только с другой стороны.

- Смотри, кого я нашла. - Достала я котёнка, который умещался у меня на ладони. - Ой, смотри, он с крыльями.

- Брось! - скомандовал Саргал. - Это мантикора! Он опасен.

- Вот ещё, я его еле вытащила. Саргал, ну ты посмотри. Какая опасность, если он еле жив? - спросила я.

- Вот и отлично, сам подохнет. Кайра оставь его. - Просил явно напуганный Саргал.

- Мантикора, это демонический зверь, они разумны. Он не будет нападать, да и сил у него нет. - Уговаривала я. - Его почему-то бросили свои, а в одиночку он не выживет. Судя по всему, этому котёнку от силы пара дней. А в первое время им нужны тепло и связь с родными.

- Мантикора вырастает за несколько дней, через неделю, при хорошем питании и связи со своими, это был бы хищник размером с Хракена. Они бывают больше сарнийских грифонов. - Напоминал мне Саргал.

- Ой! - вскрикнула я, когда мелкий комок на моей ладони, цапнул меня за палец, и тут же начал зализывать ранку. -