Всеслава - Тина Крав

— прокомментировал Искро, откусывая большой кусок, — только я с капустой большей люблю.

— Не нравится, не ешь, — пробубнила Слава, недовольно, усаживаясь с ним рядом.

— Я не говорю, что не нравится, — Искро потянулся за кувшином, — просто сказал, что с капустой люблю. И с клюквой. А пироги у тебя отменные. Спасибо.

Всеслава кивнула, глядя перед собой на медленно проплывающие по синему небу белесоватые нити облаков.

— Ты же не будешь против, если я тебе обед буду приносить? — не глядя на него спросила девушка. Искро молчал. Слава уже начала нервничать. Видимо не хочет, чтобы вокруг знали, что жена к нему ходит. Его пальцы нежно обхватили ее подбородок, поворачивая ее лицо к нему. Темный взгляд ласкал ее.

— Не буду. Только ты в башни не лазь. Я спускаться буду.

Ей показалось, что она сейчас взлетит от счастья. На ее губах расцвела улыбка. Возникло непреодолимое желание бросится в его объятия, но в последний момент она остановила себя, поймав очередной удивленный взгляд проходящего мимо ратника. Ее мужа считали суровым и мрачным. Да и он не особо хотел, чтобы думали иначе. Значит придется подождать, когда он вернётся. Слава кивнула.

— Хорошо. Только ты говори мне, где будешь, а то я долго искать буду.

— Мне передадут, что ты идешь, — просто ответил он, — я не сижу на одном месте. Сегодня тебе просто повезло, заметил тебя издали. Ну, что? Помочь спуститься?

Слава оглянулась на узкий лаз, за которым начиналась крутая лестница и кивнула. Искро посмотрел на корзинку.

— Я оставлю. Ребят угощу. Они меня тоже подкармливают.

Она почувствовала себя виноватой. Ну как можно было об этом не подумать?

— Эй! Это не в упрек тебе. Ты вон постаралась, принесла мне все это.

— Да это меня Тешка надоумила, — ответила девушка, — она к нам зашла. Сказала, что Богдану обед несет. А я подумала, что ты тоже голодный…

Искро подошел к лазу и стал ловко спускаться вниз.

— Аккуратно, — услышала она его голос, когда ступила на первую ступеньку.

Искро не спустился до конца, а остановился посередине лестницы наблюдая, как девушка осторожно спускается. Неожиданно она наступила босой ножкой на подол и не удержавшись полетела вниз. Искро дернулся вверх, подтягиваясь на руках и ловя ее своим телом. Уцепившись за его плечи, она повисла практически в воздухе, зажатая между его телом и ступенями лестницы. Их лица оказались на одном уровне и Слава затаила дыхание глядя в его глубокие, полные тайн глаза.

— Ты как? — хрипло спросил он, все так же прижимая ее к лестнице свои телом и вцепившись руками в ступени по обе стороны от неё.

— Кажется… Нормально… — выдохнула она. Его ладони скользнули вниз, обхватывая ее за талию и опуская на ступеньку.

— Подол держи, — последовал приказ и Искро спустился вниз, удерживая ее за руку. Приподняв подол юбки и опираясь на его руку, Слава спустилась вниз, наконец оказавшись на твёрдой земле.

— Искро!

Они одновременно обернулись на окрик. Слава выпрямилась, вскидывая вверх голову и слегка прищурившись, глядя на подошедшую к ним Божену с корзиной в руках. Та окинула Славу недобрым взглядом и шагнула к Искро.

— Я тебе обед принесла, — приторно ласково проговорила она, демонстративно игнорируя Славу и протягивая ему корзинку, — а то, тяжко тебе, соколику. Целый день службу несешь. А позаботиться поди некому. Я тут пирогов с кухни взяла. Да ушицы выпросила, что князю сегодня на ужин готовят. А то тебя, ясно солнышко, давно не видно было.

Слава чуть не зарычала, глядя на эту бесстыдную наглую девку, позволяющую себе на чужого мужа вешаться. Руки прям так и чесались вцепиться ей в космы да повыдергивать их. На ее талию легла рука мужа.

— Обо мне жена заботу выказывает, да дома вечерами ждет. Нет нужды по княжеским хоромам ходить, — сухо проговорил Искро, привлекая ее к себе и в открытую демонстрируя отношение к ней. Слава подняла к нему лицо, изумленно глядя на него. Колючий взгляд мужа был устремлен на стоящую напротив Божену. — Кроме нее не нужна мне ничья забота, Божена. А корзину свою можешь к восточной башне отнести. Там младшее войско тренируется. Будут рады твоим пирогам. Все равно лучше моей Славы никто пирогов не сготовит. И княжеский повар ей не ровня.

Слава вспыхнула, чувствуя, как подкашиваются ноги. Он понимает, что сейчас говорит? Ведь Божена наверняка князю донесет…

Божена бросила на нее злой взгляд.

— Раньше тебе нравилось, Искро…Но коли так, могу и я сготовить. Позволь только…

— Не позволю, Божена, — как отрезал. Слава даже поежилась от холода его глаз и ледяного тона. Да она бы умерла, если бы он так презрительно на нее смотрел.

— Но Искро, я же все для тебя готова сделать. За тобой куда угодно. На край света. Даже в твои степи…

— Не думаю, что ты сможешь выжить в степях, Божена, — не выдержала Слава. — Степи слишком суровы и неприступны. А тебе все больше любы византийские шелка да украшения. Не выдержишь ты нрава степного. Блеск заморских камней да теплые заморские ветры манить будут.

Краем глаза она заметила, как Искро повернул в ее сторону голову, а на лице Божены отразилось смятение. Слава дерзко посмотрела на соперницу.

— Ты так считаешь? — задумчиво протянула та. — Мне знакомы степи. Приходилось бывать в них. Не сломалась, как видишь. И даже в шелка оделась. Но готова их обратно променять. На грубое сукно и кашу из репы. Второй женой согласна быть. Твоей женой Искро.

Слава стиснула зубы. Вот уж наглая девка! Она шагнула вперед, яростно сжимая кулаки.

— Не будет у меня второй жены, Божена, — раздался за спиной голос Искро. — Я обет богине Ладе дал.

Слава пораженно обернулась к нему. Какой обет?

Божена рассмеялась.

— Ты степняк! Обеты нашим богам ничего не значат!

— Моя жена верит в ваших богов. Для меня этого достаточно. И потом какая разница, какому именно богу дан обет. В любом случае в мире богов он имеет нерушимую силу.

Божена и Слава изумленно смотрели на мужчину, пораженные его словами. Он окинул их тяжелым взглядом.

— Иди прочь, Божена, — махнул он в сторону рукой, — нечего тебе тут делать. К тому же князь не любит, когда его наложницы по войску