Огонь в его душе - Руби Диксон

Ди. — Как ты разрушила ее. Черт возьми, ты, наверное, разрушила и жизнь Мары, верно ?

— Она действительно приказала своему дракону убить моего защитника , — вмешивается Мара, сама любезность.

— Я… — начинаю я.

— Ты ничего не испортила , — продолжает Андреа, воодушевленная моей защитой. Она опускает ноги на землю и наклоняется вперед, выражение ее лица напряженное. — Т ы организовала тех из нас, кто хотел покинуть Форт -Талсу. Т ы держала нас всех вместе, когда мы покидали это место, и убедилась, что мы вооружены и в безопасности. Когда люди испугались, ты держала их за руки и говорила им, что все будет хорошо. Ты была первой , кто подумал, что мы могли бы построить собственную крепость, и ты приняла всех здесь с распростертыми объятиями.

— И посмотри, к чему это нас привело , — с горечью говорю я ей. — Я впустила Братьев Ясеня. Я даже впустила дракона. Двух драконов , — говорю я, указывая на Лиама. — Не похоже, что я очень хороший лидер.

— Никто не смог бы справиться лучше тебя, Гвен. Никто. Единственная причина, по которой Эми становится лидером, заключается в том, что ты этого не хочешь. — Андреа бросает на меня твердый взгляд. — Все здесь все равно последуют за тобой, куда бы ты ни пошла. Мы доверяем тебе и любим тебя.

— Мы знаем, что даже когда дела идут плохо, ты сделаешь все возможное, чтобы сделать их лучше , — добавляет Даниэла. — Так было всегда.

Слезы застилают мои глаза, и комок в горле такой плотный, что я не могу говорить.

— Итак, еще раз , — говорит Энди. — Почему ты не спарилась с ним ?

Я облизываю губы, и слова, которые вырываются, — самый тихий шепот.

— Я не чувствую себя достойной.

— О, Гвен , — тихо говорит Ди, и мне стыдно за сочувствие в ее голосе. — Никто не заслуживает любви больше, чем ты. Никто тебя ни в чем не винит. Я обещаю.

— Ты просто наказываешь себя , — соглашается Энди. — Ты все еще моя старшая сестра.

— И моя настоящая сестра, — вмешивается Даниэла.

Их любящая поддержка согревает мое сердце. Я не заслуживаю таких замечательных друзей. Я шмыгаю носом и вытираю глаза, потому что я жалкая.

— Он должен был быть твоим , — говорю я Андреа.

Она фыркает.

— Он никогда не был моим. Он всегда приходил за тобой. Я просто не осознавала этого.

Лиам смотрит на Андреа, и я вижу вспышку темной ревности, вспыхивающую в его золотистых глазах, но она быстро исчезает, и он снова принимает свое нейтральное выражение, когда смотрит на меня.

— Если ты считаешь себя недостойной , ты можешь искупить свою вину, спасая дракона рядом с тобой от салорианцев, пытающихся украсть его разум.

— Не жди больше , — соглашается Энди. — Ты нужна ему, и я думаю, что он нужен тебе.

Странно, что целая группа людей поощряет меня к сексу. Еще более странно, что я знаю, что они правы. Я тянула время из -за собственного чувства вины и стыда за то, что произошло в форте и с моей сестрой, и я позволила этому подвергнуть Ваана опасности.

Я люблю его, и мои колебания причиняют ему боль.

— Я не буду ждать. Сегодня вечером, — обещаю я.

— Что не так с «прямо сейчас »? — Мара наклоняет голову и смотрит на меня. — Я была рядом с вами некоторое время. Я знаю, что с влечением проблем нет.

Андреа хихикает. Моя сестра тоже.

Боже, как ты меня подставляешь. И все же я не могу злиться, не тогда, когда моя сестра улыбается и выглядит счастливее, чем когда -либо за долгое время. Я должна поблагодарить Мару за этот сеанс семейной терапии. Кажется, что мы выплескиваем все накопившееся разочарование наружу, и это может означать только хорошее.

— Уже рассвело , — говорю я им. — Мы только что позавтракали.

— Ну, если у тебя сведет ногу, просто помни, что нужно двигаться медленно. Так всегда говорил мне мой тренер по плаванию.

— О боже, — бормочу я.

— Просто сделай это , — говорит Энди, поднимаясь на ноги. — Для хорошего секса никогда не бывает слишком рано. Мы можем уйти и сказать всем, чтобы они вас некоторое время не беспокоили, ребята.

Я не собираюсь краснеть. Я не собираюсь краснеть. Я не собираюсь краснеть.

Я смотрю на Ваана, в глазах которого переливается довольный золотой цвет. Как будто он может почувствовать, о чем я думаю, выражение его лица становится задумчивым, и он проводит рукой вверх и вниз по моей руке почти ласкающим движением, которое заставляет мое тело откликнуться.

— Все будут знать, что мы делаем. Все в форте. — Это звучит как глупый протест, даже для меня, потому что чем дольше я смотрю на Ваана, тем легче, кажется, просто забраться к нему в постель и отгородиться от мира.

Мара закатывает глаза.

— Все здесь уже видели его член. Не похоже, что он что -то скрывает. Почему ты должна?

— Ладно, отлично ! — Это, должно быть, самый странный разговор, который у меня когда -либо был. — Мы займемся сексом !

— Прямо сейчас , — настаивает Энди.

— Прямо сейчас , — я согласна.

— Тогда нам пора идти , — говорит Мара, тоже поднимаясь на ноги. Выражение ее лица довольное. — Если только у кого -то еще нет чего -то , что им нужно обсудить с группой ?

Никто не произносит ни слова. Они все ухмыляются, и я чувствую, что краснею. Нет причин смущаться, говорю я себе. Сексом занимаются все. Я не девственница. Энди тоже. Моя сестра… говорит, что она девственница, но побежденный взгляд в ее глазах заставляет меня волноваться. От этой мысли меня снова охватывает чувство вины, но только для того, чтобы Ди подошла к моей кровати и обняла меня, обвив руками мою шею.

— Люблю тебя, сестренка , — говорит она мне, а затем дружески целует меня в лоб. — Мы поговорим позже, хорошо? Прямо сейчас ты сделаешь то, что должна.

Я сжимаю ее руку.

— Спасибо, Даниэла. Я тоже тебя люблю.

— Столько любви, что меня чуть не стошнило , — весело говорит