Успешный проект Кэтрин Марлоу - Юлия Арниева

и стоящий рядом с ней Скай, который смотрел на нее с такой нежностью и любовью, примирили меня с предстоящим допросом от грозной и жутко любопытной дамочки…

— Мадемуазель Кэтрин, Ее Величество ждет вас у себя в приемном зале, — не скрывая злорадства, сообщила мадемуазель Мирель, едва мы с мадам Гвинет устроились в алькове на диванчике.

— Эм… прошу меня извинить, — произнесла я и, растянув губы в дежурной улыбке, расправив плечи до хруста, первой выдвинулась к Ее Величеству, не желая следовать за фрейлиной, завистливой и жестокой сплетницей, которая не терпела своих конкуренток.

Но войти в зал мне удалось не сразу, пришлось подождать у двери несколько томительных минут, а для всех посвященных это означало: ожидающий аудиенции впал в немилость. Однако королева не заставила меня долго стоять у дверей, бывало, люди ждали и по несколько часов, и уже через двадцать минут я входила в просторный и до рези в глазах белоснежный зал. Ее Величество была одна. Восседая в кресле, она не удостоила меня взглядом и, небрежным жестом указав мне место, заговорила:

— Мадемуазель Кэтрин, я полагала, наша давняя беседа помогла вам с выбором, но я вижу, вы поддерживаете мадам Делию Рейн.

— Ваше Величество, Делия Рейн далека от дворцовых интриг. Она мать, которая хочет безопасности для своего сына, игры Крейга…

— Она подарила землю Его Величеству! — оборвала меня королева, нервно поведя плечами.

— Она подарила землю короне, — возразила и, не отводя взгляд от Ее Величества, тщательно подбирая слова, произнесла, — Делия не желает и не будет участвовать в этой борьбе, вам не о чем беспокоиться.

— Или ты настолько наивна, в чем я сомневаюсь, или считаешь, что я глупа, — устало промолвила королева, взмахом руки дав мне понять, чтобы я оставила ее одну, она едко бросила мне вслед, — она уже переставляет пешки, успешно убрав несколько нужных мне фигур.

Глава 55

Уточнять у Ее Величества, о чем она говорит, было бессмысленно, она всегда изъяснялась недомолвками, впрочем, как и вся местная аристократия — видимо, их с рождения учили так вести беседы. Коротко попрощавшись с королевой, я поспешила покинуть зал для аудиенций, игнорируя насмешливое фырканье мадемуазель Мирель, и, добравшись до ближайшей колонны, с шумом выдохнула…

— Я не знал, что ты тоже здесь будешь — раздался за моей спиной знакомый голос, от которого мое сердце тотчас пустилось вскачь, а губы непроизвольно растянулись в радостной улыбке.

— До вчерашнего вечера я тоже не знала, что буду на этом приеме, — произнесла, разворачиваясь лицом к Дереку, — давно ты здесь?

— Достаточно давно, чтобы желать уйти с этого скучного приема, — промолвил мужчина и, лукаво мне подмигнув, предложил, — присоединишься?

— Хотелось бы, но… — недоговорила, взглядом найдя воркующую парочку, — подожди, мне нужно кое-что узнать.

— Конечно, — кивнул Дерек, подперев спиной колонну, которая еще минуту назад и для меня была опорой, и, чуть помедлив, добавил, — я знаю одно чудесное место, где подают лучшее вино, а еще там немного людей, и нам никто не помешает насладиться прекрасным видом на пруд.

— Не могу устоять перед столь заманчивым приглашением, — с улыбкой промолвила и, взглядом показав на спешившую ко мне Дель, продолжила, — я на минутку.

— Я подожду, — многозначительно изрек Дерек, прямо на меня посмотрев. Неожиданно смутившись, я круто развернулась и устремилась к подруге, надеясь по дороге прийти в себя.

— Ты как? Скай сказал, тебя пригласила Ее Величество? — обеспокоенно проговорила Дель, стоило нам встретиться у столика с закусками.

— Переживу, приятельницами с Ее Величеством нам никогда не стать, да и, признаться, это слишком обременительно и небезопасно, — беспечно отмахнулась, тотчас спросив, — а ты как? Все в порядке?

— Кажется, да, и мы хотим сейчас уйти с этого приема, но если тебе нужно здесь еще…

— Не нужно, я с удовольствием покину дворец, — прервала девушку и, озорно улыбнувшись, промолвила, — я так понимаю, ты уедешь со Скаем? Сегодня вернешься в особняк?

— Да, на оба вопроса, — ответила Дель и, вдруг порывисто меня обняв, прошептала, — спасибо тебе.

— Ладно, только помни: до наступления полуночи ты должна вернуться, — со смехом проговорила, едва успев заметить промелькнувшее на лице подруги изумление. Но подошедшая мадам Гвинет, бульдожьей хваткой вцепившаяся в Дель, не дала возможности мне продолжить и наконец выяснить, права ли я в своих догадках. А тотчас поспешившие к нам на выручку мужчины вскоре увели нас в разные стороны друг от друга…

Спустя час я и Дерек ужинали на берегу красивого пруда, любуясь прекрасным закатом и неспешно обсуждая продвигающийся ремонт здания, закуп мебели и прочих вещей, необходимых для открытия пансиона. Обговорили дальнейшее развитие моего магазина и завода по производству косметики, который еще только набирал свои обороты. Пожаловались друг другу на погоду, которая совершенно не дает работать, на клерков в банке, что затягивают с выплатой, и несовершенство дорог.

Все это время Дерек то и дело будто невзначай нежно касался моей руки, дважды заказывал к нашему столику музыкантов и выкупил у старушки целую корзину цветов. С огромной корзиной мы и направились ближе к воде, где хозяин милого ресторанчика в уединённых местах поставил небольшие скамейки для влюбленных парочек…

— Кэтрин… — заговорил мужчина спустя несколько минут молчания, вдруг отпуская мою ладонь, что до сих пор держал в своей руке, — Джон вчера мне сообщил, что через три месяца вы поставите подпись на брачном контракте.

— Нет, этого не будет, о чем я ему и сказала, — возразила, поднимаясь со скамейки, — если потребуется, я продам особняк и выплачу неустойку в полном объеме, но никогда не стану женой Джону Парсону.

— Я мог бы тебе…

— Нет, мы говорили уже об этом, — прервала мужчину, зная, что он скажет, — я не хочу чувствовать себя так, будто ты меня купил… Дерек, прошу тебя, — остановив очередной виток дурацкого разговора, я, ласково улыбнувшись, произнесла, — обещаю, если я не успею собрать нужную сумму, обязательно обращусь к тебе за помощью.

— Ты не права, считай это моим вложением, — натянуто рассмеялся мужчина, но, тут же вернув былую серьезность, произнес, — через два дня я должен буду уехать, не хочу оставлять тебя здесь одну.

— И не оставляй, давай уедем вместе,