Тамара П. - Бог равновесия

— Не могли бы вы показаться, мы остались одни.

— Да, конечно, — я снова стал видимым.

Встал и прислонил свою ладонь на область сердца человека. Обновил его клетки, вылечил от атеросклероза и легкого цирроза печени. Через минут пять передо мной стоял обновленный президент. Мужчина выглядел лет на сорок, его седые густые волосы стали снова темными, серые глаза заблестели молодостью и решительностью. Его фигура подтянулась, мышцы окрепли. Человек посмотрел на свои руки и отметил их молодость, потом спросил:

— А мои сотрудники меня узнают или придется им все объяснять?

— Все нормально, в головах всей вашей Администрации, Службы безопасности и депутатах зафиксирована одна мысль, что вы прошли специальный омолаживающий курс, надеясь жениться снова. Какую новость дать народу пусть ваш пресс-секретарь размышляет.

— Разумно. Удобно быть богом, раз — Земля ожила, два — записал нужную информацию. Интересно, почему со мной так долго возились, могли бы просто внушить мне любую мысль.

— Вы президент своей страны и ничего плохого, по моему мнению, не сделали. Я тоже в какой-то мере правитель и понимаю вас. Я уважаю любое разумное существо, которое берет на себя огромную ответственность.

— Рад слышать, — и мужчина протянул мне руку для рукопожатия, я ответил.

— Когда осуществиться полет?

— Месяц на подготовку к полету полагается, плюс медицинские тесты, если пройдешь, — съехидничал мужчина.

— Постараюсь, — улыбнулся я и снял иллюзию тридцатилетнего блондина.

— Красивый, — только и смог сказать президент.

Вот так я оказался в Звездном городке в двадцати пяти километров к северо-востоку от Москвы. Мне даже зарплату назначили. Вот тут у меня и начались приключения в примитивном человеческом мире, где еще не придумали гравитационные полы.

Глава 3

То, что я якобы прошел медкомиссию, то это и ежу было понятно. Моя магия Разума играла мозговыми клетками людей, как первые теннисные ракетки мира с мячиком. Не помню, что когда-нибудь так резвился. По всем оценкам я был круглым отличником, красавцем, здоровым как бык, а интеллект исчислялся на двести единиц какого-то айкью, что в моем понимании эти тесты для определения интеллекта были идиотскими даже для людей.

Тест на одиночество, когда меня заперли на пять дней, закончился тем, что я написал поэму, песню, музыку и нарисовал схему гравитационного двигателя, от чего ученые схватились за голову от такого простого решения. Так же был бодр, как никогда и по всем тестам выходило, что человечество помешает мне одному восстановить вселенную за одну неделю. Дальнейшие приколы меня только развлекали: на экзамен надо было приходить в скафандре, зачеты по ремонту оборудований я сдавал вверх ногами, в столовой наша бригада из бойцов и инженеров ела из тюбиков, а уж пользование туалетом в невесомости вызывал у меня истерический смех. Многие тесты мы проходили в воде, выяснилось, что самый мощный и умелый боец против меня как мышка против тигра. В итоге получалось, что мои лидерские качества были на высоте, я был умнее и сообразительнее любых инженерных ученых, а боевая подготовка была на таком уровне, что многоопытные сенсей всех категорий казались новичками на фоне меня. Поэтому необычный приказ президента был в итоге воспринят, как призыв к действию, раз он назначил меня командиром спецотряда, и по тестам выходило, что люди мне не нужны — справлюсь сам, значит я тот, кто необходим нашей стране и с меня стали пылинки сдувать, смотреть в рот, когда говорю.

Сегодня у меня обучение в центрифуге. Я потопал к аппарату, врачи посадили и пристегнули меня в кресле, что-то их количество увеличилось в разы. Неужели я такой популярный? Включили, машина завертелась, увеличивая силу тяжести до девяти g. Мне все до звезды, смотрю на металлическую стену центрифуги. Врачи, что появились сегодня в шоке, постоянный персонал привык к моим особенностям переноса перегрузок. Все датчики, зафиксированные на моем теле, показывают, что я сижу в кресле при силе тяжести один g. Зевнул, когда сила тяжести вышла до тридцати g, поерзал в кресле, будто и нет крепежа. Кто-то из новичков задергался от волнения. Да, человека бы сплющило, но я же не человек, хотя ученым знать об этом не нужно. Конечно же, когда я вышел из аппарата, меня тут же облепили врачи, радостно похлопывая по плечам. Генетики тихо терли лапками, надеясь получить мою ДНК, не дождетесь.

— Ну, ты и зверь! — восхищенно воскликнул Борис, один из боевых космонавтов, бывший десантник, взводный.

В этой экспедиции будет возможность начать исследования новых космических профессий, одна из которых — это космодесантник.

— Командир обязан быть сильным, умным и здоровым, — снимая многочисленные провода с тела, отозвался я.

— Да, тебя уже хотят клонировать, — сказал щуплый врач, глядя на монитор портативного компьютера.

— Не хочу встретить своего клона, еще перепутает кто из нас настоящий.

— Я тебя предупредил, твое дело отбиться от генетиков, которые собрались в технической комнате. Борис, теперь твоя очередь, цепляй датчики, — приказал врач.

— Да, уже заканчиваю, — отозвался молодой мужчина тридцати двух лет.

Я вышел в фойе, меня повели в комнату отдыха, где я мог принять душ и попить воды. Пришлось немного помочь себе с помощью нитей Разума, иначе бы кто-нибудь да сделал укол или надрез, надеясь получить часть моих тканей или клеток. Как же мне тут нравится, с людьми. Столько смешного и нелепого происходит с ними, так много анекдотов, что все больше и больше хотелось быть свидетелем их дальнейшей жизни.

После душа меня повели в столовую, пожрать я люблю, даже если это тюбик с паштетом. Так, берем тридцать штук, потом пироги в вакуумной упаковке, по литру яблочного и вишневого соков.

— Не растолстеешь с такой-то диетой? — сел рядом со мной за стол один из будущих космодесантников, Сергей.

— Диетолог разрешил, я слишком много трачу калорий, поэтому он рекомендовал питаться всем и побольше потому, что на моем здоровье это никак не сказывается.

— Везет, а я склонен к полноте. Приходится питаться травой, как заяц.

— Зато у тебя кости крепкие, легко переносишь перегрузки, и еще не падал в обморок на центрифуге, — заметил я.

— Спасибо маме с папой, что такого богатыря заделали, — тепло улыбнулся мужчина.

— Ты с родителями созваниваешься? — поинтересовался я.

— Каждый день, очень скучаю по ним.

— Тебе уже тридцать лет, жениться не надумал еще?

— Все не могу найти девушку, которой я хребет не сломаю в объятиях. Где мне найти нормальную крепкую и высокую не пьющую девушку? Может, ты знаешь?