Серебряная Соколица (СИ) - Ксения Анатольевна Вавилова

— Вам знакома история завоевания Степей.

— Спасибо, что начали не с сотворения мира. — сохраняя приличную дистанцию, она пошла параллельно Ериламову — Да, я знаю, я на историка училась. На Ханство напала Империя, желая расширить свои территории. Мандагар пришел на помощь, а после не ушел.

— В целом, очень грубо сокращая. — кивнул он головой — А Началось все с того, что к царю пришел человек. В те годы, Мандагар был упадке и его ждало бы забвение, как и множество других мелких государств, растративших потенциал на жадных и глупых правителей. Человек тот быстро втерся в доверие к государю, став его ближайшим советником. Кто-то постарался уничтожить малейшие упоминания об этом человеке, благо существую лэрты и частные переписки.

Неосознанно Ниоба подступила ближе.

— У него была бледная кожа, седые волосы и словно выцветшие, серые глаза. Он рассказал, как царю войти в историю и получить поддержку народа.

— Быстрая, победоносная война. — угрюмо отозвалась Ниоба — Почему в прошлом, любые проблемы решали массовым кровопролитием?

— Забрать всегда проще, чем пытаться создать своими силами. — он шел, прихрамывая — К тому же после войны много рабов, награбленного золота и предметов искусств. Что-то в казну, что-то продать, землю и людей раздарить тем, кто тебе помогал.

— Пф. Ладно, что там дальше с победоносной войной. Если я правильно понимаю, это события почти столетней давности. У Мандагара были слишком сильные соседи, что бы можно было прийти к ним с мечем.

— Потому, тот же седой человек посетил Великого Императора на Западе и рассказал о том, что не стоит воевать с лэртами.

— Нужно идти на Восток.

— Именно. Богатый край, Ворожское ханство, на пороге смерти Великого Хана и передела власти. А тут и серебряные шахты, и богатые, плодородные земли. А степняки совсем не умеют воевать, только и могут в поле овец… — он оборвал себя на полуслове, извинился и остановился отдышаться.

Когда он напрягал голос, чтобы говорить громче, то быстро сбивался и начинал задыхаться. Пришлось подойти ближе.

— Что-то не так?

— Я не врач. — тяжело дыша поделился Ериламов — Кажется не стоило ускорять заживление.

— Ник, мой однокурсник, рассказывал, что из-за спешки и не знания азов, можно повредить соседние ткани и рана срастется неправильно.

— Как обнадеживающе. — он перевел дыхание, с трудом выпрямился и продолжил путь — Так, о чем это я.

— Серый человек подговорил Мандагар и Империю.

— Да! Сначала на земли ханства пришла Империя, надеясь завершить войну до зимы и уйти, забив мешки золотом и пшеницей, но война затянулась на пять лет, обескровив обе стороны. Хан умер, позорно проспав собственную смерть в теплой постели. На его место пришел старший сын, человек решительный и волевой, но вот не задача, подавился вишневой косточкой. Второй сын, всегда завидовал старшему и в миг ухватился за власть. Принес Ханству несколько крупных побед, а потом кто-то подло зарезал его, пока Великий Хан справлял нужду.

Ниоба передернула плечами. Этот жест не имел никакого отношения к ночной прохладе. Должно быть из-за случившегося её тело выработало много энергии Таланта, он её и грел.

— Жуть какая.

— Да. Недавние союзники, вдруг решили отделиться от Ворожского ханства, уведя свои армии. Самое время заявить о независимости.

— Думаете эту идею им кто-то нашептал.

— Как знать, улик, даже косвенных мы не нашли. Могла сыграть обычная людская глупость. Не во всех бедах на земле виноват Серый человек.

— Допустим.

Наблюдая как он начинает прихрамывать, Ниоба вновь подступила ближе.

— Когда стало понятно, что не смотря на все внутренние распри ханство выстоит, им на помощь пришел Мандагар. В те годы умер последний прямой потомок Великого Хана. Осталась его дочь.

— Моя бабушка.

— Да. Старшие родственники буквально продали её Мандагару, взамен на армию и обоз и ей пришлось заключить союз с выходцем из Царской семьи. Мы не знаем, как они договорились, но судя по письмам, далеко не сразу. Ваша бабушка состояла в ополчении и грабила обозы, как мандагарсцев, так и имперцев.

Дедушка и бабушка, любили друг друга любовью несмелых и трепетных подростков, чей разум не омрачила похоть и грязь. Ниоба до сих пор помнила, как дедушка ползал по холму собирая землянику, зная, что она её очень любит. Мог бы отправить слуг, да и момент был не подходящий делегация от Царя.

— Наконец, удалось выгнать имперцев. У них там началась гражданская война, Кондома заявила о независимости и им стало не до Востока. Но Мандагар не ушел. Войска остались восстанавливать разрушенное, а за одно строить свои небольшие укрепленные крепости, куда не пускали посторонних. К военным приехали их родные и остались. Вроде бы мелочи, место много, да и степняки кочевой народ. А потом ваш дед стал князем и объявил эти земли частью Мандагара. Степняков осталось слишком мало, и они были рассеяны, чтобы кто-то мог что-то возразить.

— Этот большой экскурс в историю был сделан для того… — протянула Ниоба, делая шаг на встречу.

— Еще до войны, кто-то помог ханам саботировать эксперимент. В их тела поместили кисту, что растет только если вливать в них особые лекарства, которые используют Серые или как в вашем случае, развивать Талант. Хотя в то время, Талант был сказкой. Магией, которой обладали единицы.

— Потому на ханство напали. — осознала Ниоба.

— Да. И теперь, когда ваш дядя, отказывается подчиняться, Царь вновь прислал своего отпрыска, чтобы восстановить цепь. Ваш отец достиг определенных успехов в изучении кист. Он пытался понять как сто лет назад, люди, живущие в чумах, смогли совершить подобный рывок в медицине. В то время это сочли магией, но мы то с вами понимаем, что это был кто-то не уступающий Серому человеку, в знаниях и возможностях.

— Вы сказали, папа достиг успехов? — упоминание отца жгло язык, и Ниоба невольно поморщилась не замечая, как её собеседник придвинулся ближе.

— Он пытался понять, каков конечный результат. К чему стремятся Серые.

— Надеюсь предыстория закончена? От меня что нужно?

— Порвать цепь. — он крепко ухватил девушку за руку.

Ниоба дернулась и тут же ощутила, как энергия уходит из организма. Мышцы ослабли. Колени покосились, и она рухнула на жухлую траву.

— Ни ваша сестра, ни дядя не способны породить жизнь. Вы последняя в этой цепочке.

— Какая глупость. Помимо меня есть целая куча других цепей. — слабея, тихо проговорила она — А вы подлец. Вывезли в степь только что бы убить.

— Когда умирает магистр, вся нерастраченная энергия вырывается и убивает все вокруг. Мы ведь не хотим, чтобы город погиб.

Над головой кружили птицы.

Дернув его на