Юлия Магарцева - Ламии. Во тьме

- Он очнётся через пару часов, и чтобы этого не произошло, я сейчас завершу начатое. – он стоял над телом, опустив руки - Что ты теперь чувствуешь, Анна? – вдруг спросил он мягко - Что внутри тебя сейчас, скажи мне?

- Пустота. – проговорила я, не отводя глаз от Дениса.

- Пустота… - повторил за мной убийца - Моя вечная спутница, моя единственная спутница. – отрешённо сказал он – Ты правда, думаешь, что ты стала такой по ошибке?

Я молчала.

- Анна? – позвал меня он, но мне было всё равно.

- Это не было случайностью. Я дал тебе свою кровь сознательно.

Я зажмурилась…

- Ты умирала, по моей вине, но я… я решил исправить это.

- Ты попытался меня спасти, после того как убил? – спросила я хрипло, начиная трястись от подступившего холодного осознания.

- Да.

Я открыла глаза.

- Что тебе нужно на самом деле?

- Я не могу ответить на твой вопрос.

- Почему нет?

- Потому что я сам не знаю. Это меня слегка тревожит… уже долгое время.

- Ты сумасшедший.

Он замолчал, присматриваясь ко мне… затем прищурился. Он пытался меня понять.

- Я хочу облегчить нам жизнь. – наконец сказал он в своё оправдание.

- Жизнь нужна, чтобы жить, а мы всё равно сейчас умрём… – я сидела на коленях перед ним, безвольно опустив руки наземь. Он непонимающе склонил голову… его лицо не было больше искажено яростным гневом, оно было спокойным и безмятежным, как и моё.

- Почему ты так говоришь? - спросил он тихо, а я не ответила, только подняла взгляд на небо за его спиной, где над далёкими холмами в перламутровом зареве проявлялись первые лучи оранжевого солнца, пронзая серые облака.

38.

Мой разум пробудил холод, коснувшийся моей кожи на открытых частях тела. Я, всё ещё находясь в полной прострации, никак не могла осознать, что со мной. Все чувства приходили постепенно, одно за другим и мне это совершенно не показалось странным, я просто не соображала в этот момент, не хотела.

Сперва пришло осязание, я почувствовала сквозняк… затем слух. Какой-то назойливый звук раздражал меня, казалось целую вечность, пока мой мозг не вспомнил его… это муха, бьющаяся о стекло… жужжащая и огромная. Какого чёрта в моём сне делает какая-то жирная муха? Обычно мне сняться трава и солнце, ну и в последнее время, конечно же, кошмары, но чтобы муха… никогда!

Потом у меня заработал нос и втянул тошнотворный запах мочи и гнили… я задохнулась, и распахнула рот от неожиданности, но не смогла даже пошевелить языком, он будто присох к моему нёбу. И тут мой глупый мозг, наконец, сообразил, что что-то тут не так… я не могу пошевелить ни рукой, ни ногой… они вообще у меня ещё есть?

Я замерла… как мне показалось, по крайней мере, я постаралась притихнуть и прислушалась… Ветер, шелест травы, далёкий гул мотора и муха.

Что происходит? Я спиной чувствую твёрдую поверхность, но это не земля и не трава… Я парализована и, похоже, валяюсь в каком-то подвале. Как я сюда попала вообще? Обалдеть можно, я словно обкурилась накануне… Боже, я снова говорю словами Дениса.

Денис!

Собрав все силы, я приоткрыла глаза и тут же их крепко сомкнула обратно от яркого света.

Я же не сплю, это не сон! Но почему я в таком случае слепну от солнца? Я вижу яркий розовый свет сквозь веки и в ужасе лихорадочно вспоминаю события предшествующие этому немыслимому провалу в памяти. При нормальной то жизни я память никогда не теряла, а тут…

Моя рука дёрнулась в сторону… отлично, я оживаю по частям. Чувствую себя зомби, может это от меня так воняет? Я разлагаюсь и валяюсь тут давно, до полного онемения тела. Это похоже на правду… Какого хрена Денис меня бросил тут гнить? Как же я зла на него…

- Аа-а! – заорала я, сама себя испугав до смерти.

Перебирая пальцами, я ясно ощутила сначала тепло, потом влагу на них, затем запах палёного мяса сопровождающийся дикой болью. Такое трудно вытерпеть… обычно мои ранения не доходят до болевых рецепторов моего тела.

Испытав агонию, я распахнула глаза и резко уселась, окружённая густым облаком пыли. Первое что я увидела это полусгнившую деревянную стену, сквозь которую почти везде пробивались лучи солнца, попадая на пол, на подпирающие потолок балки.

Я закашлялась и, дрожа всем телом, повалилась назад на грязный пол, усеянный пустыми бутылками и обрывками газет, которые зазвенели и зашуршали, разлетаясь в стороны. Я быстро поползла к противоположной стене… одна моя рука провалилась в щель в прожженном от огня полу, колено угодило в заплесневелые останки помидора.

Это не подвал, это сарай или что-то очень похожее на него.

Забившись между кривой тумбой и стеной, я смогла, наконец, перевести дух и осмотреться. Моя рука белела заживающими шрамами от недавнего ожога… наверное, я сожгла её, уронив в луч света. Боли уже не было, но я всё ещё не могла отойти от шока.

Ситуация… никак не назвать, кроме как нелепая, в такой я ещё не прибывала… однажды застряла в одном доме, но там был вполне приличный полный интересных вещей чердак, а тут… сплошной бомжатник. Похоже, что здесь давно никто не обитает, но обитал и даже жил, все эти помои говорят об этом, а ещё засохшее в углу дерьмо и драное одеяло.

- Ужас… - я потёрла лицо ледяными руками и обратила внимание на свою куртку… в кармане должен был быть сотовый…

- Где же ты… ну же.

Есть! Он всё ещё работает и даже ещё не полностью разрядился, значит ли это что я тут не так давно как думала изначально?

Я нажала на кнопку и на экране сразу же высветились пропущенные номера, все от одного абонента… Антон.

Я задохнулась от волнения. Антон звонил мне много раз. Он потерял меня и всё еще один в моём доме.

Голубые, проносящиеся мимо холмы и ветер в лицо…

Я вылупилась в пол, неожиданно вспомнив, как Денис вёз нас на своём новом мотоцикле. Вспомнила ощущение мягкой кожи куртки под пальцами, его запах… блеск руля в свете луны. Мы направлялись домой.

Дрожащей рукой я листнула на номер Антона, но помедлила… нашла номер Дениса и нажала на него.

Гудки… Снова воспоминание, в котором я раздражённо слушаю их и потом пишу с-мс, набирая буквы на сенсорном экране…

Я помню, что очень сильно хотела найти Дениса. Для этого оставила Антона одного и ушла. Мне было страшно за него, я помнила это чувство тревоги.

Клуб, музыка, разные лица людей в тумане… воняет потом и спиртным, вперемешку с дорогими одеколонами… смех.

Я вскинула голову, и мои глаза расширились… где-то в сарае раздавался вибрирующий звук.

- О, Боже! – вскочила я на ноги, отпихивая от себя картонную коробку – Боже мой!