Я твой монстр (СИ) - Ом Виктория

  - Я не могу спать, когда рядом со мной возбужденная женщина, - выдохнул он, отстранившись.

  Это вынудило меня замереть и покраснеть, будто пойманную на месте преступления. Дыхание безвозвратно сбилось, а мысли спутались.

  Дин спустил бретельку моей сорочки, обнажив одну грудь. С любопытством отметил покрывавшую меня чешую, но это его не смутило. Его ладонь накрыла нежную плоть, к которой никто никогда не прикасался, — если не считать меня саму во время мытья, — и с силой сжал. Со стоном я выдохнула в его губы, отмечая довольную улыбку на его устах. Посмотрела в полуприкрытые глаза охотника и ощутила его возбуждение. Да, он не сможет спокойно спать. 

  От такого напора остатки концентрации рассыпались в прах. Чешуя стала исчезать, обнажая меня под горячей рукой, а попытка собраться и вновь скрыться под второй кожей не удалась. Пальцы Дина ласкали грудь, удостаивая сосок легким пощипыванием, а язык тем временем исследовал мой рот. 

  Кажется, я совсем сошла с ума, если не пытаюсь остановить это безумие. Но сложно сказать нет, когда тебе необходима эта ласка, и это внимание. От него. И неважно кем он был тогда. Сейчас он обычный мужчина, откликнувшийся на желание женщины.

  Одних поцелуев и его прикосновений стало мало, я потянулась руками, стремясь коснутся в ответ, но находила лишь ткань одежды. Попыталась расстегнуть жилет, но моя рука тут же была остановлена. Прорычала от недовольства, на что получила ответ:

  - Мне ещё пригодиться эта одежда, или хочешь, чтобы я голый добирался до своего гардероба?

  От представшей перед затуманенным взором картины расслабилась, принимая его правила. Да, я не хочу, чтобы кто-то видел его голым, даже если и сама не смогу увидеть этого. 

  Очередной долгий поцелуй. Руку мою он отпустил и принялся поглаживать бедра сквозь ткань надетой на меня одежды. А я лежу, распластавшись под ним, с охотой принимая его ласки, и лишь хвост пытается повторить его проглаживания, забравшись Дину на спину. А тот и не обратил на это никакого внимания, продолжая отвлекать меня своим поцелуем от того, куда нацелилась его рука — туда, где уже ныло от напряжения и пустоты. И тут я невольно отметила удобство этих дурацких штанишек. Дин без труд смог добраться до изнывающей плоти. Сначала его пальцы ласкали меня между ног, заставляя почувствовать не только нечто новое и неизведанное, а то, что он заметил раньше меня — я потекла, как главная сучка в клане. И это всё из-за него. Да, умеет он нравиться женщинам, и не только это.

  Он разорвал очередной поцелуй и пристально посмотрел в глаза, сам сгорая от желания. Его палец скользнул в меня. Ахнула, настолько не привычно и остро всё это ощущалось. Прогнулась, мечтая слить с ним, но это привело лишь к тому, что Дин добавил ещё палец. Он не сводил своего взора с моего лица, наслаждаясь, как я сгораю от страсти и стыда. Хвостом обхватила его спину, пытаясь приблизить к себе, но силы неравны, а мои мысли обрывались быстрее, чем пальцы, скользящие в меня и наружу. 

  Казалось, что это неправильно, но так приятно. И всё же недостаточно. 

  - Нет. Пожалуйста, - изнемогая от потребности ощутить его всей кожей, прошептала я.

  Это заставило Дина замереть. 

  - Хочешь остановиться на полпути? - спросил он, дерзко улыбаясь и взглядом выпытывая ответ.

  А я, закусив нижнюю губу, не знала, что сказать. Нет, конечно. Но почему-то, глядя в его глаза, все мысли разбежались прочь, оставляя лишь меня один на один с мужчиной, которого я...

  - Хочу... - и зажмурилась, боясь увидеть гнев.

  Его пальцы, всё это время остававшиеся внутри меня, шевельнулись. Едва сдержала вскрик и вздрогнула всем телом.

  - Что хочешь? - спросил Дин и повторил свой приём с пальцами.

  Он медленно сгибал их внутри меня, словно подманивал что-то. А на деле: заставлял меня вздрагивать каждый раз и давиться вскриком от острого чувства, что вызывали его действия. 

  В груди вновь разгорелся пожар, с новой силой напомнив о неудовлетворенном желании.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

  - Хочу тебя, - прорычала, сдавшись под его пыткой.

  И как хорошая девочка получила очередной поцелуй, страстно сплетаясь языками на зависть любых хвостов. Его пальцы вновь заскользи во мне, вынуждая стонать в его губы. Мне казалось, что я очутилась в безумном вихре и вот-вот совсем потеряю себя и путь обратно. Никаких мыслей, никаких тревог, только жар страсти и желания. 

  Напряглась всем телом, чувствуя, что больше не смогу стерпеть. До безумия приятно и мучительно. Дин прекратил меня целовать, давая шанс немного отдышаться, а сам принялся терзать мой напряженный сосок. Я запустила руку в его волосы, радуясь возможности хоть как-то прикоснуться к нему.

  - Я больше... не могу, - выдохнула сквозь рваное дыхание.

  Вцепилась в волосы и попыталась оттащить его от своей груди, но ощутила сопротивление, а затем, вскрикнув, дернулась. Он меня укусил за сосок, а теперь, как ни в чем не бывало, продолжает его посасывать и ласкать языком, ускоряя темп своей руки, намеренно задевая чувствительные точки внутри и снаружи.

  Я напряглась до предела, отдаваясь на волю этому безумию. Сердце бешено стучало не в силах выдержать эту муку. И в миг, когда показалось, что сейчас помру от захвативших меня ощущений, что-то внутри лопнуло, словно мыльный пузырь. Вскрикнула и задрожала всем телом, поглощённая волнами удовольствия.

  И вновь получила поцелуй от Дина, но теперь нежный и неторопливый, снова отвлекая меня от своей руки, которая медленно покидала место преступления. А мне было все равно. Тело обмякло, утопая в приятной неге, которая словно горячая смола обволакивала и расслабляла. И с этим нельзя что-то поделать. 

  - Вот теперь можно спать, - с довольной улыбкой сказал Дин. - Или тебе не хватило?

  - Эм...я... на...ты...фырк... - и попыталась тряхнуть головой.

  Дин засмеялся и сел.

  - Это, видимо, значит, что хватило, - не переставая улыбаться, перевел он.

  От смущения я зажмурилась и попыталась найти в своей голове хоть одну цельную мысль, но нет. Пусто. И нет желания думать, слишком хорошо сейчас, и хочется прислушиваться не к своей голове, а к телу, что утопает в вязком наслаждение, отказываясь слушаться меня. 

  Дин переложил хвост, чтобы не отдавить случайно. Бедняжка, онемел после всего случившегося, а кончик судорожно подергивало от захватившего нас блаженства. Дин достал из-за пазухи платок и принялся обтирать руку от моих соков. 

  Я поправила задравшийся край сорочки и отвернулась, чтобы не видеть довольной физиономии охотника. Вот догадался же. И как теперь жить после такого? У нас самцы совсем не уделяют внимания самке, и даже наличие хвоста им не помогает.  И одно дело, когда тебя используют, чтобы снять своё напряжение, а тут использовали, чтобы унять моё... 

  И как это понимать? Взять меня, как обычную женщину, он не захотел? Это слишком муторно или недостойно для человека с его историей? Чувство, словно в душу плюнули. Остается надеяться, что ему не хуже, чем мне. Хотя по довольной моське и не скажешь так. Но он-то своё не получил и брать не собирается. А иначе как объяснить то, что Дин накрыл меня своим камзолом и устроился спать.

  Назло ему отбросила нахлынувшие мысли и сомнения, чтобы насладиться послевкусием после его выходки. Блаженно улыбнулась от приятных мурашек и убаюкивающей неги, медленно погружаясь в сон.

33 Моё! Не отдам!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

  -   Подъем! - прогрохотало над ухом.

  От страха распахнула глаза и вскочила на ноги, а запутавшись в покрывале со всего маха грохнулась на пол. Сердце завелось в бешеном ритме. Огляделась не понимая, где я и что опять случилось. Солнце уже во всю светило. Дина рядом нет, как и его камзола, а портреты вновь завешены.