Ирина Ангара - Звезда по имени... (СИ)

— Мда, — мужчина хмыкнул, и видимо отошел, потому как следующую фразу он прокричал в нескольких метрах от меня, — Лои? Принеси воды. Да поесть что-нибудь собери, что там едят маленькие девчонки?

— Кстати мелкая, благодари Космос, что тебя заметили парни из охраны, воды вокруг острова буквально кишат акулами. Твоему дружку не так повезло.

Я вскинула голову. Почти вскинула, скорее просто дернулась, в попытке приподняться и поймать глаза расхаживающего по комнатке мужчины. Чтобы удостовериться в моей страшной догадке. Но я только всхлипнула и обмякла. Как же я ненавижу это состояние беспомощности. Боюсь и ненавижу.

— Не дергайся, лежи. Вон, обгорела вся, — мужчина средних лет, высокий и худощавый, с коротко стрижеными темными волосами, отчего совсем не получалось разобрать их цвет, наклонился надо мной. Снова хмыкнув, он нажал на кнопку черного небольшого баллончика, направляя струю на одну из моих рук.

— Терпи, хотя можешь и покричать, этим здесь никого не удивишь, — задумчиво предупредил он, обрабатывая руки сантиметр за сантиметром. Кожа, горевшая огнем от ожогов, мгновенно вспыхнула, как будто кто-то добавил жару, а я с трудом сдержалась чтобы позорно не заорать. Сцепив зубы, сильно зажмурилась, чувствуя, как что-то влажное, похожее на слезы, медленно катится по щекам.

— Вот и молодец. Сейчас будет лучше, — и правда, буквально через несколько минут, там, где плавилось и сгорало, резко похолодало, как будто меня покрыли тонким снеговым покрывалом.

— На подоконник поставь.

Я открыла слезящиеся глаза. Мимо, бросая на меня любопытные взгляды, прошел крупный мужчина, явно из джати. Только у них бывает такая темно-фиолетовая, почти черная кожа. Вот только я никогда не видела таких больших джати. Все таурианцы из этой касты, что работали у меня, были не такими огромными. Хотя, с чем мне сравнивать? Не с женщинами же? Те трое мужчин джати, явно не являются лицом всей касты, как например я сама не являюсь лицом своей.

— Лои? Не отвлекайся, проверь лучше периметр. Может еще кого найдете.

Джати, резко отвернулся и кивнул моему невольному доктору, а потом быстро вышел, тихо закрыв за собой дверь.

— Держи, — мне в руки всучили стакан воды. большой, металлический. Потом критически посмотрев на мои попытки приподняться, со вздохом что-то пробормотали о бесполезных и немощных девицах, и резко посадили, прислонив спиной к нагретой солнцем спинке кровати.

Я пила воду жадно, стараясь не подавиться и не захлебнуться. Прохладная, вкусная. Она была похожа на амброзию, на нектар богов. Сделав большой глоток, зарыла глаза, смакуя, перекатывая на языке живительную влагу. Сглотнув, приложила краешек стакана к горячей коже лба. Приятный и прохладный металл мягко охлаждал кожу, и в этот момент мне показалось, что так я могу просидеть вечность. Потом в руки мне сунули такую же металлическую миску, наполненную непонятной кашей с кусочками мяса. Ее я ела не спеша, тщательно прожевывая каждую ложечку. Съев половину, с грустью посмотрела на вторую. желудок требовал еще, но сама я чувствовала, что хватит. Больше суток голодания и такая тяжелая пища к добру не приведут.

— Спасибо, — голос прошелестел, откашлявшись повторила чуть громче и более уверенно, — Спасибо уважаемый.

Мужчина хмыкнул и облокотившись бедром об подоконник, сложил руки на груди:

— А теперь давай поговорим. Кто такая? Что делаешь в наших водах?

Глава 21

— Светлейшая? — я уверенно кивнула, выдержав пронизывающий взгляд. Мужчина, представившийся уважаемым лэу Расусом Алдо, снова хмыкнул. — Интересно.

— И что же с вами делать, светлейшая лэу Рьед? — продолжая всматриваться в мое лицо, он казалось совершенно не верил, не сопоставлял меня, больную и измученную, покрытую толстым слоем охлаждающего крема с аристократкой. Где то я его даже понимала.

— Если вы будете так добры и одолжите свой информер…

— Угу, — приподняв брови, он опять хмыкнул и о чем то задумался, глядя сквозь меня.

Прикрыв веки, изобразила усталость, хотя что там изображать, итак держусь на честном слове. Хотя у меня уже и не было такого чувства, как будто кто-то заживо сдирает кожу, но усталость от вчерашнего дня и беспокойной ночи явно давала о себе знать, к тому же измученный, обезвоженный организм просто требовал покоя и темноты. В какой то мере я даже была рада присутствию в комнате моего спасителя — он элементарно прикрывал собою окно, создавая какую-никакую но тень.

— Светлейшая? К сожалению мой информер вам не поможет, остров находится вне покрытия сети.

Не открывая глаз я кивнула, как бы принимая его ответ, сама же судорожно пыталась вспомнить все, что знала о инфосети, чему никак не способствовала раскалывающаяся голова.

— Не расстраивайтесь, завтра кое-кто из парней летит на материк и мы свяжемся с вашими родными.

— Завтра?

— Да, к сожалению раньше не получится. Отдыхайте. Зайду проверю вас позже, — прощаясь он машинально кивнул, а я же вдруг вспомнила о Марике.

— Постойте! Мой спутник, он…

— Вам не стоит видеть то, что от него осталось, — положив ладонь на дверь, мужчина повернул ко мне голову, — Местные акулы охотятся стаями и от жертвы ничего не оставляют. Вам повезло что плыли второй. Отдыхайте.

Дверь закрылась бесшумно, но мне показалось что она хлопнула, словно крышка гроба.

Как же так?

Цепляясь когтями за тонкую простыню, я широко раскрыла глаза.

Это случай. Просто случай. Кошмарный. смертельный. Как же так!?

Я никогда не любила людей. И никогда не переживала, слушая новости. Войны, преступления. Одним больше, одним меньше. Я их не знала. Мы вращались на разных орбитах, не пересекаясь даже в мелочах. Я не полюбила таурианцев. За что их любить? Те же люди, со своими страстями и порядками. Мешающие жить, вставляющие палки в колеса, ищущие свою выгоду. Пытающиеся убить. Я никогда не ценила жизнь чужих, а если же покушались на мою, всегда придерживалась правила "око за око" и не гнушалась действовать на опережение. Свою то жизнь я любила. Но вот так глупо умирать? Бесполезная, бессмысленная жертва. Жертва, которую я знала, которая мне помогла. Нет, так было не правильно.

И эта неправильность раздражала, но я ничего не могла сделать. А только беспомощно смотрела в потолок, думая, "а если бы".

Проснулась я через несколько часов, кожа на руках и ногах нещадно зудилась, все тело чесалось от въевшейся, засохшей морской соли. Единственным плюсом было отсутствие головной боли. поэтому первой мыслью было найти ванну, или хотя бы что-нибудь, чем можно было бы обтереться и убрать выматывающее нервы раздражение. Обо всем остальном я старалась не думать, отодвинув неприятные мысли на задворки сознания. Я жива, и это главное.