Ульяна Соболева - Исчадие ада

- Она не шлюшка. Эта самая красивая и самая сильная женщина из всех, кого я когда-либо встречал в этой жизни. Она родит мне наследников, и я буду править двумя объединенными стаями, а ты, если не прикусишь свой ядовитый язык, годный лишь для того, чтобы лизать мой член, замолчишь навсегда. Не зли меня, Марго. Я бы никогда не женился на такой сучке как ты. Твой отец предал моего отца еще несколько веков назад, он предал так же и тебя саму, продав в вечное рабство. Я бы не породнился с тобой, даже если бы ты была последней женщиной на земле. А теперь, пошла вон. Подумай над моими словами. Надеюсь, к рассвету, ты примешь правильное решение.

Лина расчесывала длинные волосы дочери, с наслаждением наблюдая, как они искрятся и переливаются перламутром при свете тусклых лампочек в номере отеля. Она смотрела на отражение Крис в зеркале и с трудом сдерживала слезы, закусив нижнюю губу. До боли красивая в этом нежном белом шелковом платье и холодная. Лина физически ощущала холод от нежной кожи, от светло-голубых глаз, даже от неестественной улыбки, застывшей на губах Кристины. Материнская гордость сменялась отчаянной тоской. Ее девочка, самая сильная в их семье, самая отважная и такая нежная и ранимая, она снова идет на закланье, снова отдает себя в жертву ради семьи, и никто не в силах этого изменить.

- Крис, еще не поздно передумать, еще не поздно согласиться с планами Ника и Габриэля. Нам это под силу, мы сражались с большим числом противников.

Кристина посмотрела на мать и отрицательно качнула головой:

- Сейчас все иначе, и ликаны нам не враги больше, они должны стать союзниками. Если это единственный способ вернуть нам мир, то я так и сделаю. Я хочу быть красивой сегодня, вплети в мои волосы жемчуг.

- Крис…я давно хотела спросить.

- Спрашивай, ты знаешь – у меня нет от тебя секретов.

- Ты и Габриэль…что между вами происходит?

Лина могла поклясться, что внешне Кристина осталась совершенно спокойной, только напряглась немного, и пальцы сильнее сжали край стола.

- Ничего такого, о чем стоит рассказывать.

Лина закрепила последнюю шпильку на волосах Крис и положила руки ей на плечи.

- Но что-то происходит ведь так?

- Парень думает, что влюблен, а я пытаюсь его в этом переубедить. Вот и все.

Лина резко развернула дочь к себе:

- И все, Крис? Позапрошлой ночью он вышел из твоего номера, полуголый. Ты считаешь, что это совершенно ничего не значит или думаешь, что я настолько наивна?

Кристина тяжело вздохнула:

- Я считаю, что ты не должна придавать значения таким мелочам.

- Когда моя дочь плачет в одиночестве в своей комнате после того, как ее покинул мужчина - я не считаю это мелочью.

Крис посмотрела Лине в глаза.

- Это была слабость, мимолетная глупая слабость.

Лина грустно улыбнулась и провела ладонью по бледной щеке дочери:

- Мы плачем не потому что мы слабые, Крис. Мы плачем, потому что слишком долго старались быть сильными.

Крис прижалась к ее руке.

- Я так устала быть сильной, иногда мне кажется, что я высечена из гранита, который изнутри подтачивает ядовитая серная кислота, и когда-нибудь я рассыплюсь на маленькие кусочки забвения.

- Значит он не просто мелочь и слабость, Крис? Ты сейчас пытаешься обмануть меня или себя саму?

- Я не пытаюсь никого обмануть. Мы слишком разные. У него своя дорога, а у меня своя. И они никогда не пересекутся.

- Но они уже пересеклись. Даже самые мелкие ручьи впадают в океан, пройдя длинный путь.

- Но мой океан из крови, а его океан полон чистоты и благородства. Это пустой разговор, через час я подпишу все бумаги, и это не будет иметь никакого значения.

- Давай на секунду забудем о договоре, забудем о той реальности, что нас окружает. Если бы ты могла выбирать - ты бы хотела испить чистой воды из его океана?

Кристина посмотрела на мать:

- Если бы я могла выбирать - я бы хотела в нем утонуть.

- Он бы этого не допустил.

- Я знаю. А я не допущу, чтобы мои реки крови окрасили его океан в красный цвет боли и страданий.

Лина поправила складки на платье Кристины.

- Когда-то твой отец считал себя не достойным любить такую как я, когда то он все решил за нас обоих. Он искромсал мою душу на части и истерзал свое собственное сердце, он толкнул меня в объятия другого мужчины, потому что хотел, чтобы я была счастлива без него. Именно по той же причине, по которой ты отвергла Габриэля. У каждого в судьбе появляется однажды тот единственный, после встречи с которым - ты меняешься. И совершенно не важно, была ли эта встреча самой счастливой или принесла тебе адскую боль. Ты просто осознаешь, что в этот момент ты изменилась и такой как прежде уже никогда не будешь.

- Я сделала свой выбор, мама. Я своего решения не изменю.

- Я знаю, в этом ты похожа на своего отца. Я только молюсь, чтобы ты снова не обрекла себя на мучения. Я надеюсь, что Алексей будет хорошим мужем, и ты не пожалеешь о своем выборе, а Габриэль встретит достойную женщину и забудет о тебе когда-нибудь.

Лина увидела, как Крис побледнела еще больше и стиснула челюсти.

- Я тоже искренне на это надеюсь. Давай спустимся вниз, думаю, отец, да и все остальные, уже давно нас ждут.

- Крис…ты уверенна, что никогда не пожалеешь об этом решении?

- Я ни в чем не уверенна, я просто верю в то, что поступаю правильно.

- Твое сердце тоже в это верит?

- Мое сердце принадлежит единственному мужчине в этом проклятом мире и бьется только ради него – этот мужчина мой сын.

Кристина не узнавала собственный дом, со времен ее жизни вместе с Витаном еще никогда здесь не готовились к торжеству настолько шикарно. Повсюду горели разноцветные огни, вода в фонтане переливалась всеми цветами радуги. Огромная стоянка была забита иномарками, слуги сновали с подносами в руках и угощали гостей шампанским прямо во дворе. Наверняка князь готовился к этому событию не один день. Ничего подобного Крис раньше не видела. Витан и Марго не любили публичных вечеринок, скорее больше закрытые и обособленные встречи с влиятельными друзьями, но не настолько шикарно и вызывающе. Алексей встретил их прямо у порога, он бросил испепеляющий взгляд на Крис, потом вежливо приветствовал дорогих гостей. Они прошли в гостиную, и Крис снова отметила изменения, произошедшие с домом. Куда-то исчезла старинная мебель и картины, которые так любила Марго. Вместо них появились абстрактные полотна и совершенно новый интерьер. Саму Марго нигде не было видно.