Когда миры соприкасаются - Кут Лекс

у меня есть какое-то будущее, лично мое будущее, шанс на счастье.

- Чем я бы могла тебе помочь?

Мысли, испуганными птицами кружили в его голове, изумрудные глаза сверкнули пламенем безумия.

- Я знаю, чем ты мне можешь помочь. Стань моим приемником.

- Что? Что ты имеешь в виду? – Люксин понимала, о чем идет речь, но не могла поверить в столь безумные идеи.

- Я хочу стать человеком, и чтобы ты заняла мое место. Это решит все проблемы. Ты согласишься?

- Почему сейчас? Я слышала о случившемся, неужели ты хочешь весь этот бардак оставить мне?

- Нет, конечно нет. Я улажу этот вопрос. Я уже почти все решил. Мне осталось определиться с новыми старостами, я не оставлю тебе проблем.

- Почему я? Неужели нет более достойного приемника?

- Ты самая достойная. Ты была еще до меня, ты видела все, что происходит, ты нашла умиротворение и покой, сама решила остаться, чтобы охранять и беречь русалок, ты мудрая и добрая, заботящаяся обо всех. Я не знаю никого, кто бы справился с этой задачей. Ты живешь уже так долго, что тебя не будет терзать твое долголетие.

- Почему именно сейчас? Что изменилось?

Айсгайт долго молчал, боявшись признаться, в первую очередь, самому себе. Но Люксин догадывалась, что терзает сердце молодого мужчины.

- Это из-за Беллатрикс?

- Да.

- Ты влюблен?

- Нет. – Он замолчал, но через минуту продолжил. – Она мне очень нравится.

- А ты ей?

- Я не знаю.

- Тогда ради чего все это? Зачем отказываться от своего предназначения, подвергать огромному риску, если не знаешь взаимны ли твои чувства?

- Я хочу дать себе шанс. Если я удостоверюсь в том, что моя симпатия взаимна, решусь на этот шаг и погибну, то получается, я зря дал надежду Беллатрикс. Если чувства и не взаимны, то, как минимум, я быстрее постарею и мне недолго придется страдать или я смогу уйти в любое другое место. Я просто хочу попробовать, как любой другой нормальный человек. Мне не нужна уверенность во взаимности для того, чтобы попытаться.

- Я уверена, что ты в нее влюблен и это не простая симпатия. Дай мне время обо всем подумать. Я не могу так сразу дать ответ.

- Хорошо.

Айсгайт попрощался со своей подругой и надеялся всем сердцем на то, что она согласится занять его место. А пока, ему требовалось уладить множество вопросов.

Когда он вернулся, Беллатрикс еще спала. Хранителю очень хотелось лечь рядом и просто ее обнять. Пересиливая себя, он остаток ночи провел сидя на ступеньках своего дома, вглядываясь в ночное небо, вслушиваясь в тихий шум спящего леса. Получится ли у него? Кого назначить старостой оборотней? Согласится ли Люксин? Если согласится, то как она будет справляться? Умрет ли он, отказываясь от своей силы? Где и как он будет жить? Эти вопросы волновали, наполняли надеждой, восторгали. В будущее стало смотреть немного страшнее, но интереснее. Эта неизвестность притягивала мощной силой и воодушевляла.

Проснувшись под утро, Беллатрикс не обнаружила Айсгайта и не на шутку испугалась. Она выбежала на улицу и застала его, сидящим на ступеньках с закрытыми глазами и улыбающегося новому дню.

- Ты что здесь делаешь? – Она удивилась его здесь обнаружить в таком умиротворенном состоянии.

- Я решил… Я просто захотел здесь посидеть. Ничего не случилось. Садись рядом.

- Ты хорошо себя чувствуешь? – Она медленно опускалась на ступеньки, садясь рядом.

- Да. Чудесно. Бок еще до ужаса болит, но зато остальных повреждений не чувствую.

- Я принесу тебе обезболивающую настойку. – Она собралась встать, но он взял ее за руку и слегка потянул вниз, чтобы она не уходила.

- Не нужно ничего. Смотри какой день прекрасный. А боль. Ничего страшного, она напоминает о том, что я живой.

- Айсгайт, ты меня немного пугаешь. Ты сильно головой ударился? Ты, по ошибке, принял какую-то не ту настойку? Ты странно себя ведешь.

- Нет, Беллатрикс. Все чудесно, поверь. – Он и не заметил, что продолжал держать ее за руку.

Через некоторое время, заверив, что с ним все хорошо, он отправил девушку отдыхать домой и сообщил, что предстоит решить еще множество вопросов. На прощание он не удержался и обнял ее, чем очень сильно удивил.

глава 46

Не понимая, что происходит, Беллатрикс поспешила домой, чтобы поговорить с Флорой о своих опасениях, что их общий друг получил сильный удар по голове и сошел с ума.

- Да, ты же ему нравишься, глупая. – Флора порхала бабочкой по комнате Беллатрикс.

- Нет, ты не понимаешь. Он, действительно, ну, очень уж странно себя ведет. Я тебе точно говорю, что Айсгайт сошел с ума, это однозначно.

- Почему ты не хочешь поверить, что просто ему нравишься?

- Знаешь, Флора, то как он раньше себя вел, я бы могла поверить, что он испытывает ко мне симпатию, но сейчас, я точно тебе говорю, что он сошел с ума! Клянусь тебе. Поговори с ним, сама убедишься.

Еще немного поспорив, каждая из них осталась при своем мнении, но обеспокоенный вид Беллатрикс, встревожил Флору, и та допускала крохотную вероятность временного сумасшествия друга, но не стала себя накручивать.

Прошла неделя. Айсгайт полностью восстановился, только изредка старые раны давали о себе знать. Он назначил новых старост для нимф и оборотней. Стая оборотней самостоятельно выбрала трех претендентов и Айсгайт, среди них, выбрал одного, по своему усмотрению. Остальные старосты его поддержали. Старосту нимф он выбрал среди тех, кого предложила Флора. Все, кроме Хиленса остались довольны. Нира сама выбрала себе помощника, и хранитель его одобрил. Все вопросы были решены, осталось только дождаться ответа от Люксин, которая не торопилась.

Грусть и отчаяние мелкими шагами стали подступать к Айсгайту. Прошла еще неделя. Однажды, Беллатрикс пришла навестить старого друга и была рада его угрюмому виду, значит безумие отступило и Айсгайт стал прежним. Она поделилась своей радостью с Флорой. Сама Беллатрикс никогда бы и не подумала, что будет рада видеть хранителя грустным, задумчивым и неразговорчивым.

Приближалась середина лета, а ответа от Люксин все не было. Айсгайт решил напомнить ей о разговоре.

- Люксин, не терзай меня, скажи, что ты решила? Ты отказываешься?

- Айсгайт, мне так сложно принять решение, я думаю, что не справлюсь. А как же я стану человеком, я же всего лишь душа?

-